Элинор

Глава III

В тот день больше я мистера Дрейка не видела. Когда спустилась к ужину, оказалось, что он давно ушел. Не могу сказать, что почувствовала в связи с этим событием разочарование, но улыбка, прежде блуждающая на моих губах, исчезла, будто по мановению волшебной палочки.

В столовой меня также встретили чем-то озабоченные и недовольные лица. Даже всегда улыбающийся папенька о чем-то серьезно задумался, как будто решал в голове сложный вопрос. На маменьке, редко когда улыбающейся, если рядом, конечно, не ходят молодые джентльмены, буквально лица не было. Тетушка молча смотрела в тарелку, хотя обычно у нее всегда был припрятан для меня добрый приветливый взгляд. Я села на свое место и внезапно почувствовала, словно на меня навалилась огромная тяжесть. Никто из домашних не смотрел на меня, но я всё равно ощущала, будто причина их дурного настроения я и только я. Неужели снова злятся относительно моего утреннего бегства в леса?

Я принялась за еду, хотя кусок не лез мне в горло. Обычно наш ужин сопровождался красочными рассказами папеньки или рассуждениями о нравах современной молодежи из уст маменьки, но никто из них не разговаривал и почти не притрагивался к пище. Тетушка, единственная, чей аппетит не могло испортить ничего в целом мире, с удовольствием уплетала жаркое, но и она выглядела значительно более поникшей, чем обычно. Я не могла взять в толк, что случилось, но спрашивать напрямик мне не хватало смелости.

Я пробовала справиться с порцией в своей тарелке, но каждый кусок буквально вставал мне поперек горла. В конце концов, я решила, что нет смысла себя мучить, отодвинула тарелку в сторону и решительно встала.

— Прошу меня простить, у меня совсем нет аппетита.

Все три пары глаз тут же впились в меня, подобно острым иглам. Я едва не вздрогнула от этого полного холода и, как мне показалось, презрения взгляда. Чудилось, будто на меня смотрят не три отдельных человека разом, а одно огромное существо с шестью глазами и диким желанием меня уничтожить.

— Сядь, дорогая, — холодно произнесла маменька. — Нам надо поговорить.

Я покорно села. Ужин был безнадежно испорчен, даже тетушка отодвинула от себя тарелку и как-то невесело улыбнулась, словно знала, что этим всё и кончится. Я ожидала гневной тирады по поводу моей утренней прогулки, но слова, сказанные маменькой, меня совершенно поразили:

— Ты ведь понимаешь, дорогая, что мистер Дрейк — твой последний шанс? — Ее взгляд был остер и холоден, а слова она цедила, словно каждое отравляло ее изнутри. Я воззрилась на нее в полнейшем замешательстве и едва не открыла рот от крайней степени возмущения. — Не надо этих твоих гримас, дорогая. Будем называть вещи своими именами. Чем старше ты становишься, тем меньше у тебя шансов выйти замуж.

Я посмотрела на папеньку, ища спасения, но его взгляд был таким же холодным, как у маменьки, хотя руки его взволнованно сжались в кулак. Тетушка и вовсе не могла мне ничем помочь, хотя смотрела она на меня горестно, словно понимая, насколько эти разговоры ранят. Вероятно, она вспоминала, как эти же самые слова когда-то за семейным ужином говорили ей.

— Maman, — обратилась я к ней, как обычно обращалась, когда желала выказать свое недовольство или позлить, — боюсь, вы слишком категоричны.

— А я боюсь, что ты начинаешь мне дерзить.

— У меня в мыслях ничего подобного не было.

— Прошу вас, успокойтесь, — наконец вклинился в начинающий становиться ссорой разговор отец. — Дорогая моя, — он понизил тон, обращаясь ко мне, под его усами наметились очертания нежной улыбки, — мама хочет сказать, что мы все очень переживаем за твое будущее, а мистер Дрейк… гм… лучший способ его устроить в самом лучшем виде.

— Боюсь, я не могу с этим согласиться, — возразила я. — Вы даже не спрашивали его мнения и всё давно решили за него.

— Джентльмены часто не знают, чего хотят, — сказала маменька, небрежно махнув рукой в сторону папеньки. — Твой отец сначала тоже меня не замечал.

— Чего не скажешь о мистере Дрейке в отношении тебя, — подхватил папенька. — Он смотрел на тебя весь вчерашний вечер…

— И если бы ты не пребывала в своих сказочных фантазиях, ты бы тоже наверняка это заметила, — завершила реплику отца матушка.

Я молчала, пораженная их словами. Они атаковали меня всё новыми и новыми фразами, не давая вставить мне ни звука. Меня начинал обижать этот разговор. Обижать настолько, что я почувствовала явственное желание заплакать. Я непременно так и сделаю, оставшись наедине с собой, но сейчас необходимо выслушать их доводы со спокойствием и достоинством. И согласиться с ними, как послушная и хорошая дочь. В конце концов, мистер Дрейк, если он достаточно умен, довольно скоро поймет, что мои родители подготовили для него ловушку. Жениться он точно не намерен, судя по его сегодняшним словам о ненависти к оседлой жизни, а значит, мне остается потерпеть месяц или даже меньше, прежде чем он прекратит наносить нам визиты.

— Что ж, даже если так, — стараясь быть покорной, сказала я, — к чему этот разговор? Maman еще вчера совершенно ясно дала мне понять, каково мое положение.

Она, видимо, собралась ответить что-то неприятное и колкое, но не успела, прерванная спокойным голосом отца: