Элоиза

Размер шрифта: - +

Элоиза

Ресторан "Аржанталь" насчитывал уже ни много ни мало, почти век... Менялись владельцы, интерьер, подаваемые блюда и униформа персонала... Да что там говорить - даже посетители были разными в тот или иной период его истории. И лишь одно оставалось всегда неизменным, став своеобразной "фишкой" данного заведения - VIP-зал на втором этаже. Его обычно заполняла публика, которую не смущали даже цены в меню - эти люди могли позволить себе любое блюдо.

В углу зала находилась небольшая приподнятая сцена для приглашенных звезд и групп, а возле нее - маленький огороженный пятачок пространства, в котором всегда, сколько помнили эти стены, находилась арфистка, девушка, которая играла на арфе. И вот в чем заключалась особенность зала... Все менялось, но всегда, с самого основания, здесь непременно находилась арфистка. Они были высокими и низенькими, худыми и полными, дурнушками и ослепительными красавицами, задерживались надолго или уходили через месяц... Но они были. и их всегда звали - Элоиза.

Так и сегодня, очередная Элоиза играла на арфе. У мэра города был банкет - его жена, находясь в возрасте далеко за сорок, все-таки родила ему близняшек. Сына и дочку. И новоиспеченный отец пригласил сюда всех мало-мальски знакомых людей отпраздновать это событие. Вообще Элоиза предпочитала классику, но сегодня перерывы между выступлениями местных певичек и музыкальных групп, между конкурсами и поздравлениями заполняла арфа, точнее переложенные на ее манеру звучания современные популярные песенки. Она переваривала их плохо но... кто платит, тот и заказывает музыку. Не омрачал праздника даже тот факт, что буквально накануне насмерть разбились, упав с обрыва на крутом повороте дороги, председатель правления главного городского банка с супругой. А с мэром они были давними, хорошими друзьями.

Номер сменялся номером... Арфа журчала, неся свои переливы над залом... Вдруг полная женщина за третьим столиком от сцены побагровела, приподнялась над стулом и грузно упала обратно, как-то сразу оплыв, словно спущенный воздушный шарик. Ее сосед по столику закричал на весь зал:"Женщине плохо! Кто-нибудь, вызовите скорую!". Все засуетились, сразу несколько человек достало мобильные и начали вызывать неотложку... А у Элоизы с звонко-басовитым гудением лопнула одна из струн на арфе, не выдержав напряжения этого вечера. Сокращаясь, полоска металла хлестнула по пальцам, рассекая мякоть почти до кости. У ног Эли (так звали ее девушки из персонала) всегда стоял дамский саквояж со всем необходимым как раз для таких случаев. Она достала вату, Йод и плотный, широкий лейкопластырь.Быстро протерла йодом ранку и, пока кровь из пореза не хлынула потоком, а только начала набухать первыми каплями, споро перетянула палец. "Ну вот,- сокрушенно вздохнула она,- еще один порез". На ее пальцах красовались уже четыре полосы пластыря.

Однако, надо теперь менять струну. Чем она и занялась, пока приехавшие врачи ложили женщину в бессознательном состоянии на носилки и несли к машине.

В том же саквояже находилась шкатулка со струнами. Достав ее, Эля долго перебирала их в поисках нужной, что-то бормотала себе под нос, недовольно кривя и поджимая губы... Наконец, она нашла искомое. Придирчиво осмотрела, оборвав подписанный ярлычок, отсоединила и извлекла порванную струну а взамен вставила и натянула ключом новую. Проверила звук - вроде такой-же.

В этот момент произошло сразу 4 события. В карете скорой помощи, не приходя в сознание, скончалась пациентка, которую увезли прямо с праздничного банкета в "Аржантале". В паре кварталов от ресторана, в роддоме, успешно разродилась девочкой некая Миницкая Мария Андреевна, жена Миницкого Георгия Константиновича, причем вопреки современной медицине - по уверению врачей годичной давности она была бесплодной. На клочке бумаги, оборванном со струны Элоизой, проступило написанное в старинном стиле имя Алевтина. Радостный Георгий кричал на весь переулок под роддомом что у него теперь есть дочка, и, плача от счастья, пообещал назвать ее Алевтиной, в честь бабки-знахарки, поившей несколько месяцев его жену травами.

А Элоиза играла на арфе, морщась каждый раз, когда струны задевали свежий порез, и думала - а зачем она вообще выбрала на распределении такую специализацию, как "поздние" дети? И арфа несла над залом, над рестораном, над всем этим городом звенящую музыку рождений и смертей.
 



Книжная Сова

Отредактировано: 16.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться