Эмин

Размер шрифта: - +

Глава 8

Глава 8. Водопад

Объезжая все города, вырастающие у них на пути, Эмин и Николь провели в дороге еще целые сутки. Пейзаж менялся медленно: дорога становилась все уже, деревья с обеих сторон все ближе подступали к обочине и все плотнее друг к другу. Широкие высоченные стволы постепенно скрывали собой солнечные лучи, и внизу стелились по земле лишь самые сильные и упорные травы. К вечеру томное закатное солнце стало пробиваться сквозь лес, то там, то здесь освещая салон машины и заставляя щуриться.

С самого утра целый день в дороге было тихо, говорить ни Эмину ни Николь не хотелось. Размеренность езды, периодические остановки среди живописных уголков природы придавали сил и спокойствия. Во время остановок Николь выходила из машины и разглядывала крепкие сосны и дубы, меленькие дикие цветочки и разнообразных вездесущих насекомых. И не видела ничего. Девушка шла среди деревьев и кустов, машинально отмахиваясь от них, но не чувствовала, когда они задевали и иногда даже царапали ее кожу. Тем не менее, день в тишине, почти в полном молчании дал ей ощущение, что она одна, как будто она осталась наедине с самой собой. Эмин не напоминал о себе и не нарушал тишину, вторгаясь в ее пространство и мысли, и постепенно тревога и сомнения перестали болезненно разъедать кислотой все внутри. Важной осталась сама дорога, куда бы она не вела.

У Эмина же первоначальная эйфория и радость от принятого решения постепенно стала сменяться сожалениями о потерянном времени, упущенных возможностях изменить жизнь раньше. Ведь он мог еще два года назад все сделать по-другому! Он все время поглядывал на Николь, хотел рассказать… Но слова никак не шли на ум, а Николь впервые казалась умиротворенной рядом с ним. Причина ее спокойного расположения духа, конечно, не в нем, но все же приятно видеть, когда человеку хорошо. И Эмин не нарушил тишину между ними.

Ближе к полуночи он остановил машину и велел укладываться спать прямо в салоне. Голос его звучал глухо и устало.

От сильной усталость по всему телу Николь заснула не сразу. Лежа на разложенном сиденье, женщина вглядывалась в небо. Иногда небольшие темные тучки скрывали какой-нибудь кусочек полумесяца, а потом он снова сверкал во всей красе. Он то растет, превращаясь в луну, то снова спадает, но все века он светиться так же чисто, как и всегда.

На рассвете Эмин с Николь оставили машину и отправились через чащу с вещами за спиной в известном только Эмину направлении. Под ногами была мягкая нехоженая земля, которая при каждом шаге проваливалась, и ветки, которые больно впивались в ноги. Зато плотные кроны деревьев-исполинов отлично спасали от солнца. И они шли: Эмин впереди, и Николь сразу за ним. Солнце неспешно зашло в зенит, и также неспешно стало катиться к горизонту. К тому времени все тело у Николь уже гудело от боли, сумка, казалось, отяжелела стократно, а ноги были растерты до крови.

Шли молча. Молча проваливались в рыхлую землю на рассвете, молча пробирались сквозь сломанные ветки в полдень, и молча огибали упавшее дерево на закате. Молчание и чувство одиночества не были чем-то непривычным ни для кого из них, скорее старыми знакомыми друзьями. И только в том лесу Николь подумала, что так, скорее всего, было не только для нее, но и для Эмина не было в жизни более знакомого ощущения в мире. И все его «выгодные» друзья по клубами и вереница красивых женщин - всего лишь развлечение и способ убить время.

Однако, когда почва становилась особенно рыхлой и все глубже проваливалась под ногами, Эмин оборачивался и протягивал руку Николь, от которой женщина враждебно отказывалась. В других обстоятельствах мысль о том, чтобы прикоснуться к этому мужчине вызвала бы ужас и волну неприязни, но теперь Николь слишком устала и слишком сильно злилась на него, поэтому яростно игнорировала каждое его предложение о помощи, не скрывая презрения на лице.

Эмин и не ждал, что жизнь можно поменять за одну минуту, лишь приняв такое решение, а отношение другого человека может измениться стоит лишь загрустить о собственном одиночестве. Поэтому раз за разом он снова предлагал Николь руку. Не сдавался.

На закате, когда горизонт поглощал последние лучи уходящего солнца, темноту леса пробил свет человеческих жилищ. Спокойно наслаждаясь всю дорогу звуками живого леса, теперь женщина испугалась по-настоящему: неужели Эмин привел их к себе подобным – предпочитающим на завтрак кровь?

 

Эмин ускорил шаг, а Николь наоборот стала отставать и часто спотыкаться, пытаясь рассмотреть из-за деревьев, что за поселение их ждет впереди. Мужчина уже вышел из леса и шел по открытой местности к ближайшим домам, когда к нему подоспели трое незнакомцев. Николь остановилась и стала рассматривать их. Незнакомцы встретили Эмина как близкого и дорого им человека, обняли, много и радостно о чем-то расспрашивали, пытались даже перехватить его тяжелый рюкзак. А Эмин тихо им что-то изредка отвечал, и, кажется, совсем забыл о том, что следом за ним шла его жена. Все четверо медленно двинулись в глубину поселка.

Николь осталась в тишине в темном лесу одна. Даже ночью жизнь в лесу не замирала: везде было движение – иногда осторожное, а иногда резкое и пронзительное, звуки – совсем не похожие на звуки леса днем. Один шаг назад в глубину леса, еще один шаг… и Ники могла бы навсегда уйти от навязанного мужа, и сделать со своей жизнью то, что всегда хотела.

Почему-то именно в этот момент она отчетливо заново почувствовала всю тяжесть рюкзака за спиной. Облокотилась о ствол дерева, а потом и вовсе сползла на корточки и прикрыла лицо руками. В поселении больше никого не было видно.



Ева Иф

Отредактировано: 05.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться