Энальские свитки: Путь Ветра (с иллюстрациями)

Размер шрифта: - +

Глава 12. Измена

Молодой и бравый, он, семнадцать лет назад, был завидным женихом. Кутила и ловелас, заедающий скуку разбитыми девичьими сердцами. Пока не встретил ее. Дочка старого портного, страшненькая в своем нелепом старомодном наряде под горлышко. Похожая на пестрого птенца, несуразная. Девчонка подняла глаза, смерила их компанию оценивающим взглядом и вместо привычного интереса, он увидел в глазах ее плескавшееся раздражение. Передав трактирщику сверток и пересчитав полученные монеты, девушка в бешенстве схватила мужика за рукав, начиная рьяную перепалку с хозяином лавки. Споря и ругаясь, они казалось могли разнести все вокруг, но после пары колких фраз, он отдал девчонке еще несколько монет, и не дожидаясь пока та уйдет, смачно сплюнул. За что заслужил еще и недобрый взгляд от уборщицы - старой, скрюченной карги. 

Девчонка, сумевшая вытрясти причитающееся из самого страшного скряги в городе, внушала трепет. И любовь. Вот только девушка обратила внимание на другого, на друга его. И броситься бы отнимать, любовь на всю жизнь одна. Но как счастливо блестят глаза, как говорит он об избраннице своей. Братец шепчет, мол нашли друг друга. За что же боги соединили их, коли он так влюблен? 

Свадьбу сыграли скромную, друг боготворил жену. Умница, в счетах разбирается лучше поверенного. С Микаином они такие схемы крутят, что окружающие лишь завистливо вздыхают. А ему лишь тенью рядом, из умений - кораблем управлять. Три года пролетели птицей, да только не послали боги детей, о которых мечтала пара. Да с чего быть детям, если союз ложный, он уверен в том. Не другу, а ему быть с ней должно. И все также кусать губы в немой ярости и тоске. 

Тот рейс был заведомо опасен. Отправиться через буяновы воды безумство, зато можно путь сократить и привезти заморские диковинки. Враз получить славу и богатство, один такой путь позволит им купить треть дюжины трехпалубных кораблей, к имеющимся трем суденышкам.  

Они просчитали каждую милю, делали поправки на течение и ветер, сверялись с картами морских воронок, плыли на одном дыхании. За ужином друг разоткровенничался о детях и без разницы кого сына иль дочку. А он наигранно утешал, чтобы ночью сквозь зубы цедить слова проклятий. Он проклинал себя, за нерешительность, его, за влюбленность и проклятых богов, допустивших эту мучительную боль. На небосклоне ярко светили две луны, и он не сразу сообразил, что у лун не бывает гало. Однако дневной вестник плохой погоды появился, и спустя пару часов, к рассвету, шторм накрыл их. Он помнил волну, сломанную мачту и облегчение, что боли не будет. Сердце его успокоится, а душа проплывет в караване Эналии, последний раз вглядываясь в мир оставленный. 

Он очнулся на обломке судна, маленькая шхуна подобрала его и заклятого друга вскорости. Что-то сломалось внутри, да и снаружи пожалуй тоже. Бывший кутила, задорный красавчик, превратился в нелюдимого седовласого ворчуна.

В храме не нашел он ответов, отправился к ведьме узнавать. По шепоткам, да слухам, нашел в соседнем порту девчонку, зовущую себя травницей. Языкастая девка попыталась метлой выгнать его, но услышав про Вилло, вмиг растеряла спесь. 

Поведала Ведьма историю о том, как за полгода до встречи нашей, повстречала Марова Сына. Лживый бог наделил ее на седьмицу дней даром будущее видеть, ровно полгода судьбы человеческой. Как могла скрывалась Ведьма, не желая дорогу богам перебегать. Да только встретила она девушку, что о ребенке пришла к ней узнавать. Посоветовали, коли боги дитя не дали, так может ведьма поможет. Столько боли и мольбы было в глазах ее, что заглянула Веда в судьбу ее, увидев похороны мужа в гробу пустом и кровь от потери ребенка, что под сердцем носит две седьмицы дней. Ведьма о том девице не сказала, напоила зельем хмельным, да спать уложила. А потом к туману воззвала, ибо никогда лживый бог ничего не делает просто так и за все дары его заплатишь сторица. Туман рассказал о Ветре и грехе его, как соединил две души невинные, убив по прихоти своей. Чтобы вернуть силу свою, Ветер должен найти сосуд для тех душ, переселив и жизнь вернув. Поведала Ведьма о судьбе девушки, мирно спящей в ее каморке. Предложил Туман помочь, коли пожертвует та душой своего не рожденного ребенка, позаботится о рожденном подменыше, то Туман спасет мужа ее и будет оберегать и его, и детей ее будущих. 

Повторил Маров Сын все это девушке, а Ведьма рассказала какое будущее ждет. Не раздумывая согласилась девчонка. Что ей душа, когда любимый погибнет и ребенок умрет. Она бы и свою сверху положила, лишь бы спасти любовь. 

Только после спросила Ведьма, отчего же Ветер силы лишился. Улыбнулся Вилло, рассказал, как своими руками убил Властелина Стихий - седогривого коня ветренного. Поняла Ведьма, как обманул ее Туман, ее руками Загнал Ветра в ловушку этого мира. До коле не нашел бы Туман сосуды для душ потерянных, то и клятву сдержать не смог. Тогда бы Ветру вся сила Тумана досталась, по воли матери своей пустоглазой почти всесильного. 

Все это рассказала Ведьма, с ненавистью поминая Тумана. А ему-то что, до распрей богов. Узнал он в истории ведьминой женщину любимую и избранника ее ненавистного. Вот только в видении ведьмином не было его спасения, что если бы только он спасся по воле Аквасия и медальона отцовского? Вернулся бы к женщине любимой, утешил, пообещал бы ребенка своим вырастить? Оборвалось чудо с подачки Тумановой. Но сотворено зло было руками Ведьмы. 

Знак Аквасия на теле нарисовал, дабы богу воздать. Прямо на лице, чтобы каждый раз вспоминать, как жестоко шутят боги. Спасенный одним и убитый другим. Разорвал отношение и с братом своим Микаином, и с другом лучшим, и с той, что любил когда-то молодой здоровяк и потерял тридцатилетний старик. 

 



Алиса Куньева

Отредактировано: 09.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться