Энальские свитки: Путь Ветра (с иллюстрациями)

Размер шрифта: - +

Глава 9. Его книга.

Неспешно постукивают колеса поезда. Одинокие попутчики спят уткнувшись в подушки, пока состав несется к незыблемой цели. Казалось, шум должен успокаивать, отвлекая от тяжелых мыслей. Но сейчас это только раздражало. Ведь мог бы купить билет на самолет и прекрасно долететь бизнес-классом, деньги и статус позволяли. Да мне бы и платить не пришлось, оформил как "командировочные" и вперед. Вот только приближать свой приезд на каторгу не хотелось. Пластиковая бутылка, наполненная в сортире вокзала водкой, и дешевые мойвочки в масле были еще одним способом ухудшить жизнь. Одна ошибка, ценой в загубленное счастье. "Молодой и перспективный"... 

- Ага, выброшенный на помойку жизни, - это произнес уже вслух, чокнувшись с невидимым собеседником.

Три месяца назад, на встрече одноклассников, помню, как брезгливо пожимал руку старому другу Гошке. Хороший парень, из простых. Выучился на учителя и безумно рад своей участи. Глупец, всю жизнь таскаться за сопляками, без какой либо перспективы. То ли дело я, приехал на своем темном седане. Не черном, а темно-серого цвета, с матовым покрытием, специально на заказ краску из штатов привезли. Дорогой костюм, с иголочки. Должность в министерстве, защита очередной научной работы на носу. Съемная квартира в сити и студия в новостройке с видом на кремль, через полгода достроят. Красиво, успешно, богато. Эти взгляды из толпы, в привычном окружении уже давно нет такой неприкрытой зависти. А Гошка смеется так искренне, и радостно хватает за руку, трясет, рассказывая о новом классе, который доверили вести. Старая бывшая теперь работает врачом в частной клинике, нацепила дешевую шубу и строит из себя недотрогу, стреляя глазками и намекая на прошлые отношения. Гошка умиленно подпихивает ее ко мне, радостно вспоминая, какая из нас красивая пара. Была. Пока эта лахудра не стала подстилкой, зарабатывая престижную должность отнюдь не талантами. Говорю это вслух, как-то само вырвалось, слишком крепкий градус — дешевая водка, смешанная с соком из пакетиков. Никакого вкуса, кроме крови, от пощечины. На правду конечно обижаются, да и Гоша как-то сник сразу, погрустнел. 

- Она мне тогда нравилась, такая красивая, далекая. Но ведь они всегда выбирают тех, кто богаче, успешнее, лучше, - шепчет старый друг с серьезным лицом.

- Такая тебя не стоит, фальшивка с царским самомнением. Поехали, я познакомлю тебя с настоящими красотками. Покатаемся, оторвемся!

Друг испуганно шарахается: - Да ты что, мне завтра на работу, вдруг кто узнает! Да и ты слишком много выпил, лучше вызови такси, не рискуй.

Чертов праведник, как он сохранил в себе всю эту честь в мире, где девки продают себя, вышагивая в коротких юбках с голыми задницами. Святоша, возомнивший себя счастливым, неудачный винтик системы, которая имеет всех нас. Нагрубить оказалось так легко, дело ведь не только в алкоголе. Что это, неужели зависть?  Он действительно рад своей жизни? Хватаю его за руку и насильно тащу к парковке, пусть посмотрит, как шикарна может быть жизнь. Вывернувшись, Гошка метким ударом сбивает меня с ног. 

Белые снежинки падают сверху. Февраль. Встреча выпускников. Я никогда не напиваюсь. Настолько сильно, чтобы не контролировать себя. Металлический привкус во рту, стираю рукой кровь, нос наверняка сломан: - Гош, я не помню, чтобы ты боксом занимался.

Устало привалившись к чьей-то машине, старый друг, взлохмаченный, с оторванным капюшоном и наливающимся под глазом синяком, смущенно оправдывался: - Пришлось, мне в первый год отстающих выпускников отдали. Там такие детины, они меня в школьной подворотне отметелили. А я все равно ставил двойки. Они там спортсмены, чтобы поступить в спец. Вуз нельзя иметь плохой аттестат. За год они выучили мой предмет, а я вроде как в борьбе поднаторел.  

- И у тебя, такого красавчика, даже девушки нет?

Дружище рассмеявшись, подхватывает меня, помогая встать: - Да ты что. Откуда. В школе с романами ни-ни. У нас там такая цербер в кресле. А на стороне, где мне искать? Да и кому я нужен? Зарплата бюджетная, квартира в старой хрущевке. Приезжаю за полночь, еще на курсах подрабатываю. Коплю на светлое будущее. 

Господи, как же стыдно. Сколько я наговорил ему. Да еще и в глаз двинул. Он конечно мне в челюсть тоже знатно приложил, но кто первый-то начал. 

На такси я так и не согласился, а друг отказался отдавать ключи от машины, вырванные из рук, при попытке запустить двигатель. Квартира Гоши была в квартале отсюда, снег заметал улочки, а в голове так пусто, то ли от выпивки, то ли от драки,  но говорить хотелось без умолка. Он травил веселые байки из жизни школы, а я неумело поддакивал, изредка рассказывая о себе. О красивой жизни. Предлагал ему о повышении позаботиться. Гошка так красноречиво закатывал глаза: - Вот спасибо, не надо. Я тебя наслушался, оно мне зачем, «счастье» такое? Сплетни, подвохи, мнение чужое. У меня жизнь простая, она мне нравится.

Поезд со свистом остановился, незакрепленная сумка рухнула с верхней полки. Вот так же моя жизнь. Проклятый Гошка, с его счастьем. А в голове опять воспоминания. Не отпускают.

- Вы же понимаете, какой это скандал. Мне говорят, чтобы вы писали по собственному желанию. Так для всех будет проще. Но ваша репутация. Вот зачем же, вы, молодой человек, до такого довели? - старый дядечка, «министр министров», с кустистыми бровями и одышкой, охающе тараторит, то вздыхая, то повышая голос.

Конечно, уволить меня проще, но терять столь перспективный кадр Вам не хочется. Кто не совершает ошибок?

- Так что, вот ваше назначение. Своей научной работой будете там заниматься, место подходящее. Университет при НИИ, городок закрытый, маленький, не перетрудитесь.

Распределение подписано, новый директор всея альма-матер. Смотрите, рукоплещите, к вам в ссылку едет настоящий столичный денди. Тьфу.



Алиса Куньева

Отредактировано: 09.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться