Эндора

Размер шрифта: - +

Глава 11

Кадес долго вел Катю и угрюмого Эльдара по бесконечным коридорам. Они то осторожно спускались по лестницам, покрытым красно-золотыми коврами, то пересекали огромные гулкие залы с темными погашенными каминами и батальными полотнами на стенах, то оказывались в крошечных комнатках без мебели, где идти приходилось, согнувшись в три погибели, чтобы не зацепить головой потолок и витые лампы. Откуда-то доносилась музыка – кто-то играл на клавесине, раз за разом повторяя незамысловатый мотив - клекот птиц, запах чего-то, похожего на цветы – хотя Катя подумала, что его источник может не иметь никакого отношения к цветам. Однажды где-то за стеной грозно взревел хищник, наверняка, огромный и голодный. Одним словом, обиталище Кадеса оказалось весьма экзотическим и достаточно беспокойным. Когда, в конце концов, их путь закончился в лаборатории, Катя невольно вздохнула с облегчением.

Большая лаборатория, до потолка забитая и заставленная книгами, ларцами, сундуками и коробками всех размеров, горами бумажных свитков, скелетами неизвестных животных, чучелами птиц, бабочками в стеклянных ящиках, темными портретами на стенах, чертежами и рисунками, банками и баночками, наполненными разноцветными жидкостями, действительно производила впечатление. Припадая на правую ногу, Кадес прошел в самый конец помещения и с усилием надавил на не заметный сразу рычаг – повинуясь ему, книжный шкаф с разномастными фолиантами легко отодвинулся в сторону, и навстречу Кате и Эльдару бесшумно выплыла огромная прозрачная капсула. Там, погруженный в бледно-зеленую жидкость неподвижно висел второй Кадес – такой же маленький и пухлый. Глаза его были закрыты: он то ли еще не ожил, то ли спокойно спал.

Как зачарованная, Катя приблизилась к капсуле. Впечатление неподвижности оказалось ошибочным: сейчас Катя видела, что пальцы Кадеса-второго едва заметно шевелились, безволосая грудь тихонько поднималась и опускалась, а глазные яблоки за тонкими, почти прозрачными веками быстро двигались то влево, то вправо – гомункул смотрел сон. Длинные волосы колыхались в жидкости, словно водоросли, волнуемые течением. Ассоциация с утопленником была настолько явственной, что Катя невольно сморщилась и отошла в сторону.

- Вы создали его сами? – сухо осведомился Эльдар. Кадес довольно кивнул, и тогда Эльдар решил снизойти до похвалы: - Право же, это колоссальное достижение. Аплодирую стоя.

- Тело без души есть труп, как вам известно, - откликнулся Кадес, и Эльдар сурово посмотрел в его сторону, словно ученый отпустил в его адрес небольшую, но очень неприятную шпильку. Кадес мягко похлопал себя по груди и продолжал: – А душа скоро покинет это печальное пристанище и отправится на новое место жительства.

Он взял с низенького круглого столика пухлый исписанный блокнот, что-то уточнил в своих заметках и приблизился к капсуле. Катя с интересом смотрела, как Кадес пристально изучает цвет жидкости, должно быть, анализируя состояние своего нового пристанища.

- Ваша книга успела наплодить сорок эндор, - холодно сообщил Эльдар. – Зачем так много?

Кадес пожал плечами.

- Рано или поздно одна из них попала бы сюда. Я просто увеличил свои шансы… надеюсь, вы не будете обвинять умирающего в том, что он хочет получить исцеление.

- Все, кроме Кати, погибли, - сказал Эльдар. Подтекст был ясен: девушка спаслась только благодаря мне, а ты имеешь наглость утверждать, что я ее не люблю.

- Как жаль, как жаль, - спокойно откликнулся Кадес, и было понятно, что судьба уничтоженных эндор волнует его примерно так же, как прошлогодний снег. – Право, я не ожидал этого… Но ведь невозможно приготовить омлет, не разбив яиц и не нарезав ветчины.

- Цель оправдывает средства, - глухо произнес Эльдар. Кадес отложил свой блокнот, довольно посмотрел на гомункула – видимо, все шло так, как запланировано – и, дотронувшись до руки Кати, промолвил:

- Итак, дорогая моя, слушайте. Я провел слишком много времени вдали от моего медицинского аппарата и думаю, что в течение пары часов моя нынешняя оболочка придет в полную негодность. Как, я полагаю, вам известно, душа покинет тело с последним вздохом, но некоторое время останется привязанной к своему прежнему вместилищу. Ваша задача – пристально наблюдать за выходом души и, как только она окажется на свободе, незамедлительно перехватить ее и поместить в новое тело.

Катя кивнула. Поставленная задача практически ничем не отличалась от того, чем ей приходилось заниматься каждый день в лаборатории Знаменского.

- Это потребует от вас большой отваги, - продолжал Кадес. – Не знаю, как обстоят дела в вашем мире, но здесь вокруг умирающего тела начинают кружить хищные даймонии, душееды, невидимые людскому взору. Они жаждут ухватить душу и растерзать ее. Вам понадобится вся ваша смелость, чтобы противостоять им, но я уверен, что вы справитесь.

- Я помогу, - произнес Эльдар, но Кадес тотчас же вскинул руку, приказывая ему молчать.

- Любое постороннее вмешательство разрушит обряд, - с несвойственной ему жесткостью сказал Кадес. – Даймонии пожрут душу, а эндора в лучшем случае лишится рассудка, а в худшем тоже станет их жертвой. Уверяю, вам лучше остаться среди зрителей, друг мой. Что скажете, Катя?

Несколько минут Катя молчала, задумчиво глядя на висящего в капсуле Кадеса-второго и не видя его. В голове не было ни единой мысли – только звонкая пустота, как при гриппе.

- Да, я согласна. Я хочу домой, пора закончить со всем этим, - сказала она, когда тяжелое молчание стало почти физически ощутимым. Кадес торжествующе улыбнулся, словно и не ожидал другого ответа. – Эти даймонии могут как-то навредить мне, или они охотятся только за вашей душой?

- Пока вы не боитесь, они не сделают вам ничего плохого, - уверенно отчеканил Кадес.

- Хорошо, - кивнула Катя. – Я постараюсь не бояться.



Лариса Петровичева

Отредактировано: 31.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться