Если он оборотень

Глава 15.

Я проснулась от ощущения жара в правом ухе и чужой руки на мне. Вслед за этим пришло понимание, кто лежит рядом со мной, посапывая в перегретое ухо. Раскрыла глаза. Темнота. Что случилось, почему он хотел уйти? Неужели из-за той самой ерунды, что напридумала себе и я? А, может действительно есть ещё кто-то, возлагающий надежды на их отношения? И его вчерашние слова про небезразличие ко мне. Ухо требовало, чтобы его почесали, что я и сделала, иначе оно скоро станет варёным, наверное, долго лежу в таком положении.

Разбуженный мной Севка завозился, по-хозяйски прижимая сильнее к себе и довольно урча. Мне тоже приятно, а от понимания, что кроме одеяла на нас ничего нет, порадовалась темноте. Иначе лежать мне стыдливой помидориной. И пусть мы знаем друг друга уже давно, так не в такой обстановке! Катрина будет в шоке, но ведь не обязательно об этом говорить ей прямо сегодня, можно и чуть позднее.

- Ангела, у тебя что, чирей на одном месте? Ты крутишься уже минут десять без остановки,- Сева нежным голосом  пропел мне в ухо, забывая о том, что ведь могу сдать сдачи, ткнув локтем в рёбра, он знает, это я умею,- ой! И это милый слабый пол?

-С добрым утром,- я прижалась к нему, положив голову на плечо. Шутить больше не хотелось, а нахальная рука, скользнувшая по груди, заставила замереть в предвкушении.

- Привет,- он уткнулся в мою макушку и вдохнул. Сева вообще постоянно вдыхал, как будто ему нравился мой запах, но я и не против. Приятно.- Как спала?

- Хорошо. А ты?- Я вытащила руку из-под одеяла, чтобы рисовать узорчики на его груди. Он не возражал, а наоборот разлегся, давая мне как можно больше свободы действий. Цветы, лодочка, дом,… что на ум приходило, то и выводила. Когда-то так играли с Катей, угадывали буквы и вот теперь я, без предупреждения написала "Мой? ".

Всеволод тихо рассмеялся, словно понял, включился в эту вовсе не игру и сгрёб меня в охапку, придавив всей своей тяжестью. Мы продолжили изучать друг друга, поглаживая и целуя, а затем сумасшедшая ночь, переходящая в утро повторилась.

Завтракали мы странно, а точнее очень даже интересно. Мы кормили друг друга, но, не желая тянуться ко мне, Сева бесцеремонно выдернул меня со стула и без лишних разговоров усадил к себе на колени.

-Будем так,- он светился, довольный. Поднося мне то бутерброд, то чашку с ароматным кофе. Мне понравилось и даже очень! А потом кормить его начала я, правда, по-прежнему сидя у него на коленях.

-Слушай,- отчего-то напавшее стеснение заставило слезть с его колен и сделать вид, что мытьё посуды гораздо важнее, чем разговаривать, смотря в глаза, - как скажем Катрине?

- О чем? О нас?- Он не хотел разговаривать, уставившись в мою спину, и развернул меня к себе,- а так и скажем. Что ты боишься спать одна, разрыдалась и от страха позвонила мне. Я, конечно, сразу же приехал и успокоил одинокую девушку, помог, чем мог,- хитринка в лучистых глазах и ни капли раскаяния. Вот ведь зараза самодовольная!

- Нахал и наглец,- мне стало смешно,- а успокаивать пришлось исключительно под одеялом?

-Ага,- он просто опять сгрёб меня в охапку, наклонился и, уткнувшись своим носом в шею, пробормотал,- а ещё я теперь всё время буду так сторожить, исключительно в кровати, но без  всяких покрывал. Ты не возражаешь?

- Не-е-ет, что ты,- пропела я сладким голоском,- в большой комнате, где спал прошлую ночь, новое одеяло, оно как раз для тебя подойдет. А хочешь, без него, если тебе так свободнее.

- Ледышка бесчувственная, я, можно сказать планы строю на счет нас, - он перестал покусывать мою шею и, посмотрев, многозначительно приподнял правую бровь,- жениться хочу, а ты про отдельную кровать.

- Не шути так,- веселье тут же смыло, и я осторожно попыталась высвободиться из  кольца его рук. Безрезультатно, всё равно, что пытаться ногтем открыть железную дверь, вроде думаешь, что всё получается, однако результат нулевой.

- Ангела, скажи, я когда-нибудь тебе врал? - Он серьёзен, а светлый янтарь прожигал, стараясь забраться в мои мысли.

- Нет, никогда,- я осторожно высвободила одну руку и прикоснулась к окаменелому лицу. Он тут же губами поймал мои пальцы. Об этом даже не пришлось задумываться, просто так сложилось, что ни они мне, ни я им никогда не врали, не знаю такого случая. – Но ведь это не повод для шутки, согласись.

- Я не шучу, Лик,- янтарь в глазах на миг погас и снова разгорелся, обдавая теплом,- ты подумай. И мне есть, что тебе рассказать, что-то очень важное. И узнаешь это раньше, чем дашь свой ответ. Но, наверное, не сейчас. Договорились?

Отчего-то подумалось, что он на счет своих девиц. Их было много, не сомневаюсь, а вот точную цифру мне называть не надо! Что такого он мне хотел бы, но не может пока рассказать? Но не о детях же, ведь их у него нет,… или есть? Об остальном вроде всё знаю.

-Женат ты не был, …а дети?

- Нет, вот этого точно нет, уверен,- он усмехнулся моим предположениям. Но ведь имею право всё заранее прояснить.

- Сев, всё конечно произошло очень быстро,- я почувствовала, что покраснела до корней волос на голове, - но у тебя кроме меня никого? Точно?

- Васильева,- он рассмеялся и, отобрав полотенце, бросил его на стол, а меня, сопротивляющуюся,  быстро закинул на плечо и понёс,- пошли смывать твои лишние мысли, гляжу, их слишком много стало.

Через час мы, мокрые, но довольные покинули ванну, облив всё вокруг. Но отчего-то мне кажется, что Всеволод неспроста отправил меня туда, а воплощал какую-то свою довольно интересную мечту, даже догадываюсь какую.

Родители с дачи должны были вернуться поздно и я, чтобы им помочь, хотела съездить и приготовить что-нибудь свежее к их приезду, тем более что выходной. Но как оказалось, одну меня никто не планировал отпускать, даже белым днём. Поэтому пришлось готовить у себя, а после под надзором самого лучшего охранника везти всё на другую квартиру. Всеволод не обратил ни капли внимания на моё ворчание, когда я хотела одна быстро сходить и оставить всё на плите. Он, молча, отобрал у меня пакет и с важным видом прошагал мимо любопытных соседок родителей, осторожно поддерживая под локоть.



Ирина Снегирева

Отредактировано: 17.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться