Если ты - не совсем эльф ("Хаос в моей крови" - книга 1)

Глава 9

Камень холодил босые ступни, холод тонкими колючими иголочками впивался в кожу и пробирался выше, потихоньку отвоевывая территорию. Я занимала самое почетное место, предназначенное для главного участника – центр многолучевой пентаграммы и сдерживала дрожь.

По заклинательной зале бегали тени от всполохов живого огня в чашах, потоки воздуха стелились по полу и трепыхали мантии преподавателей, влага сочилась туманами из крупных водяных сфер, смягчая тяжелый запах сложносоставных эссенций. Эфир заплетался замысловатыми узорами, пока шли последние приготовления, подсвечивал руны над лучами магических печатей, добавляя мрачной таинственности. Однако меня ничего не трогало, бессонная ночь в ожидании неизбежного, казалось, вытравила во мне страх. Суета, царящая вокруг, замедлялась, а внутреннее чутье подсказывало, край неба вот-вот засветлеет с первыми лучами солнца. С ними и начнется ритуал.

Сердце ухнуло вниз и забилось быстрее, болезненное оцепенение спадало вместе с тем, как магистры занимали свои позиции. Не было ничего постыдного в сомнениях или желании очутиться где-нибудь за сто миль от этой мрачной залы и не менее жизнерадостных магов. Потому что я знала, на что шла.

Совсем отрешиться от происходящего не выходило, перспектива получить мощный заряд боли не помогала выключить защитные реакции организма, как бы я не старалась расслабиться. Древние трактаты убеждали в отсутствии физического вреда, но мозг странная штука. Разве сложно поверить ему, если он убеждает тебя в собственной мучительной смерти? Мозг будет стараться доказать реальность каждого ощущения. Единственный вопрос, который оставался открытым – время. Никто не мог рассчитать его заранее, процесс слишком индивидуален. Пять минут, десять? Или десять часов? И если продолжительность возрастет многократно, выдержат ли маги, ведь ритуал требовал колоссального вложения сил и энергии.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Тациратус заверил в полной готовности к любым непредвиденным ситуациям. Попробую поверить на слово.

Первый голос грянул неожиданно громко, я вздрогнула и вся сжалась, словно беспомощная букашка, которую вот-вот раздавят большие и бесстрастные к ее участи гиганты. Заклинание подхватил еще один голос, потом еще. Говорили то вместе, то поочередно, меняя темп, языки, структуры плетения заклинания, пока и вовсе не перешли на пение. У ног одного из магистров вспыхнула чаша. Порадоваться правильному течению ритуала я, правда, не успела, вместе с этой мыслью поплыло в глазах. Можно было сколь угодно долго грешить на расползающийся туман, на дым, на густоту эфира, но это не будет правдой, зрение ушло в минус.

Тациратус заговорил громче, повторяя на распев заклинание. Я чуть повернула голову, мне подумалось, так нервы чуть замедлят разбег до истерики, ведь контроль над собственным телом у меня еще сохранялся, а происходящее не выходило за рамки содержания древних книг. Прислушиваясь к каждому звуку, я старалась отвлечься от счета времени, оно растягивалось в неестественно длинную мерность, закручивалось петлями и не собиралось заканчиваться.

Тишина обрушилась резко, в одно мгновение. Вот только я прислушивалась к каждому слову, вычленяла тоны и тембры различных голосов, пыталась угадать их обладателей, и какая-то доля момента все это свернула и закупорила вне залы. Возможно, я ошибалась, потому что глаза уже не могли видеть. Почти сразу же меня скрутила первая волна боли. Пока не очень сильной. Я лишь крепче сжала челюсти. На лбу выступила испарина, под сердцем стало нестерпимо жечь.

Внутренний жар разгорался все больше, отвоевывал у меня мое же тело, обжигая внутренности и заменяя саму жизнь во мне жидким пламенем. Руки же наоборот едва шевелились, как будто обмерзли на морозе. Я попыталась потереть их друг об друга, но тело перестало слушаться, оно начинало жить своей жизнью, подчиняясь словам чужой воли. Меня снова скрутило болью. На этот раз сильнее, значительно сильнее. Казалось, легкие медленно наполнялись жидкостью и воздуха не хватало, я открывала рот, но ни вдохнуть ни выдохнуть уже не получалось, каждая клеточка организма запылала в дикой агонии так, как будто тело рвали на куски темные чудовища бездны. Боль вгрызалась в мозг и текла по венам вместо крови, заполняя все пустоты и ломая кости, не оставляя ничего от прежней девочки-эльфы, растворяя всю ее без остатка.

Почему так? Ведь на самом деле я должна была все так же стоять в центре магического круга, цела и невредима, неужели вся эта боль – моя кровь?

Эта мысль была последней. Мозг взорвался новой болезненной вспышкой. Иной. Сминающей все барьеры, выжигающей дотла. Она врезалась тысячами осколков в мои глаза и накрыла беспросветной тьмой...

***

Асгарот. Башня клана Черного пламени.

День обещал трудности.

Так думал черноволосый мужчина средних лет, невесело усмехаясь своему отражению. Смуглая кожа совсем не портила аристократические черты лица, подчеркивая хищный взгляд черных, как ночь глаз. Это был Ясгар эр Латрис шии Наашдар – глава клана Черного пламени.

Верховный совет собирал влиятельных лордов держать слово и Ясгару, как представителю своего рода и клана, надлежало присутствовать. И сам демон уже догадывался, отчего совет так настоятельно просил главу Наашдар явиться. Отец давно передал Ясгару бразды правления домом и кланом, затем последовала свадьба и куча наследников один за другим, но не один не проявлял наследной магии. Это омрачало Ясгара с каждым годом все больше и уменьшало силу слова Наашдар в совете. Хватит ли сил его супруге рожать снова и снова, до появления истинного мага?

А может не ходить? Никто не посмеет упрекнуть главу Наашдар, если тот пойдет в патрулирование с крагом(33) над драконовым ущельем.

Так думал демон, пока собирался покинуть кабинет. Но едва он коснулся дверной ручки, сердце пропустило удар, потом еще один, и еще.

О боги, наследник! В ком-то из сыновей проснулась магия! Неужели богиня Судьба смилостивилась над родом?