Эссенц: Кризис Силы

Размер шрифта: - +

ПРОЛОГ+ГЛАВА 1. ДОКАЗАТЕЛЬНАЯ

ПРОЛОГ

 

Девочки рода Айвгард жили в далёкой глуши вместе со своей приёмной матерью. Они считали, что Веста просто решила дать им нормальную жизнь и забрала их из сиротского приюта Асвейга - Империи Зла, как его называли жители других государств Торреда. В Асвейге женщину считают лишь удобным приложением к хозяевам жизни - мужчинам. Жёны - собственность мужа с длинным списком обязательств. Дочери - собственность отца или старшего мужчины рода, которые могут жонглировать их судьбами на своё усмотрение и без оглядки на мнение самой девочки. Ведь у девочки не должно быть собственного мнения.

Сёстры Айвгард считали, что Веста спасла их именно от этой стороны Империи Зла, но реальность оказалась ещё страшнее. Рэйвен готовил на продажу родной отец. Алексис и Валентину совсем маленькими и со стёртой памятью отдала Весте женщина по имени Аврора, назвавшаяся матерью Лексы, а затем умерла прямо на её глазах от рук неизвестных преследователей. 

Сильным мира Торред зачем-то понадобились три невероятно одарённые девочки. Учитывая способы, которыми их пытались заполучить, помыслы этих людей далеки от добрых.

 

Веста постоянно напоминала сёстрам Айвгард об опасности, но они не до конца осознавали серьёзность угрозы, пока одну из них не похитили из самой защищённой академии Торреда. Теперь всё изменилось, они изменились. Рэйвен вернули живой, но опустошённой. Валентина потеряла былую уверенность в себе и ведёт борьбу с взбесившимся даром эмпатии, раздирающим её изнутри. Младшей Айвгард ничего не оставалось, кроме как объединиться с мужчиной, от которого раньше пыталась держаться подальше. Теперь Алексис нужно отвоевать свободу своей семьи и не потерять при этом свою собственную.

 

Из записей Алексис Айвгард:

“Когда-то Веста рассказывала, что самым худшим днём в её жизни был день смерти родителей. Я не помню, как убили мою мать. Я вообще её не помню и единственной мамой мне всегда была сама Веста, за которую я держалась, как за какой-то якорь - оплот нашей счастливой, маленькой семьи. 

Сначала я посчитала худшим днём тот, в который похитили мою сестру Рэйвен.

Потом в академии, где мы с сёстрами учились на тот момент, неожиданно появилась пропавшая ещё четыре месяца назад Веста. Мы радовались недолго. Приёмная мать помогла обезвредить нас с Валентиной, а потом снова исчезла. Так мы потеряли сразу двоих из нашей маленькой семьи Айвгард. 

Я очнулась через несколько дней в лечебнице при академии и с ужасом осознала, что больше не чувствую связи с Рэйвен. Затем проснулась Валентина и разворотила весь этаж в состоянии аффекта. Я даже не пыталась её остановить. Не хотела. Я могла лишь присоединиться к ней, но тогда от замка не осталось бы и следа, а некоторые его жители на тот момент активно вели поиски Рэйвен. Пока был шанс на спасение сестры, нужно было сдерживаться. Валентину успокоили ректор Авиан и декан её факультета Нортон. Справились с большим трудом, надо сказать. Я даже ощутила некую гордость за старшую сестру, хотя все чувства на тот момент тонули в горечи и страхе за Рэйвен. Я вся состояла из них.

Но и этот день не стал худшим, нет. 

Спустя сутки, когда мы строили планы на побег с академического острова в Асвейг, где оборвалась связь с Рэйвен, Валентина закричала и упала на пол. Я испугалась, что у неё снова начался кризис силы из-за эмоциональной нестабильности, ведь у эмпатов такая реакция на горе не редкость. Я не угадала, так как спустя минуту тоже почувствовала боль. Меня будто били не пропуская ни одного участка тела. Методично, скрупулёзно, с удовольствием. Внизу живота обожгло, будто клеймо приложили. Эти ощущения не принадлежали нам. Рэйвен была жива и её мучили. 

Я поочерёдно то бежала, то ползла к силовому куполу, защищающему ранговую академию от внешнего мира. План был прост - взломать защиту и следовать инстинктам, зовущим к страдающей, родной душе. Но побег не удался. Проклятый Гидеон Райнер перехватил меня по дороге и отправил “под домашний арест” в его комнату, защиту которой я не способна взломать. Почему я встретила тогда единственного не уступающего мне в силе магикера? Любой другой был бы просто сметён с моего пути.

Я чувствовала Валентину. Её накачали успокоительными отварами и насильно погрузили в сон.

Час за часом я ощущала, как разрушаюсь изнутри. Боль стала терпимее, но ещё была со мной. Где-то там, слишком далеко от меня, страдала та, ради кого я готова на всё.

Не помню, сколько прошло времени до момента, когда Гидеон со своим длинноволосым другом вошли в комнату и пытались меня вразумить. Я-то была в полной боевой готовности и собиралась размазать всех, кто помешает мне уйти на поиски сестры.

Райнер меня скрутил и я наконец-то прислушалась к смыслу того, что он говорил.

“Алекса, мы нашли её. Она жива, она здесь.”

В палате, на белых простынях лежало тело. Жизнь в нём едва теплилась. Я вглядывалась в родное лицо, в котором не угадывалось ни одной знакомой чёрточки. Изломанная. Моя сестра была сплошь изломанная. Гидеон выгнал из палаты всех и держал меня. То ли обнимал, то ли сдерживал. 

Но самым худшим в моей жизни стал день, когда моя сестра открыла глаза.”

 

 

ГЛАВА 1. ДОКАЗАТЕЛЬНАЯ

 

- Валентина, перестань над ней плакать. Она жива.

Первый шок от вида слёз старшей сестры прошёл уже давно, теперь её чрезмерная эмоциональность вызывает только глухое раздражение. Валентина всегда была наиболее рациональной из них, даже холодной.

Лекса отстегнула катары, бросила их на низкий столик и упала в глубокое кресло у койки спящей Рэйвен. Валентина внимательно проследила за ней своими воспалившимися от рыданий глазами. Малиновый зрачок практически слился с покрасневшей склерой. 



Аюла Мафи

Отредактировано: 06.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться