Эти цвета не уходят

Размер шрифта: - +

Пролог. Начало пути.

    Нескончаемый, пронизывающий ледяной дождь продолжался на протяжении всего пути. Копыта вороной лошади утопали в грязи, и та чуть ли не спотыкалась при скачке галопом. Тело всадника предохранял от влаги плотный кожаный плащ, а лицо закрывал матерчатый капюшон. У груди он держал послание, которое необходимо было как можно скорее передать местному управителю города. Однако, добираться предстояло ещё не один день. Ветки деревьев стегали по бокам, многочисленные мелкие и крупные камни всячески впивались в копыта животного, но это нисколько не замедляло темп. С неба на тёмный и практически голый лес, меж чёрных туч, разливала свой свет луна. 

      Дикие звери, а в особенности волки, были не редкостью в тех местах, потому нельзя было мешкать и как можно скорее нужно было добраться до ближайшей деревни, чтобы там сменить лошадь и переночевать. Но в мыслях всадника были совсем не тёплая кровать, горячая еда и столь нужный отдых. Их место занимали размышления о том, что будет, когда он вернётся домой. В разъездах по государству были свои положительные стороны, ведь это приятнее, чем многолетним трудом вспахивать землю, отдавая практически всё полученное барону. Да и никакого оседлого образа жизни быть не могло, ведь близилась одна из тех бессчётных и бессмысленных войн за земли, богатство и власть, а значит, прямое попадание в армию было обеспечено. И от этого можно было лишь бежать, упорно и без оглядки.

      Спустя множество часов, путник добрался до глухой деревеньки из нескольких домов. На заре он вошёл через огромные, но покосившиеся от старости деревянные ворота. Это место не было ему знакомо, из чего он сделал вывод, что заблудился, так как перед въездом в лес повернул не туда из-за густого непроглядного тумана. В центре стоял каменный колодец. Как ни странно, практически никого не осталось. Все молодые ушли вспахивать поля, и лишь малые дети да старики остались присматривать за хозяйством. Всадник вылез из седла, и, привязав лошадь к чьему-то забору, пошёл по направлению к ближайшему дому.

      Он откинул капюшон, с которого всё ещё стекала вода. Его молодое лицо пока что не было испорчено шрамами. Густая каштановая борода и такого же цвета волосы, карие глаза, довольно крупный, присущий простому люду нос и издевательская ухмылка. Вот, что увидел бы в нём проходящий мимо человек. Средний рост, но крепкое тело были присущи этому гонцу. Потрёпанная, но надёжная одежда сопровождала его жизненный путь.

      Постучав в дверь, Гвинстальф дождался, пока кто-то подойдёт. Открыл ему пожилой мужчина с бельмом на глазу и недовольно спросил:
— Чего надо, молокосос?
— Добрый день, господин. Хотел сменить лошадь и отдохнуть. У вас есть таверна?
— Ну ты конечно выдал. Откуда такое возьмётся в нашем захолустье? И вообще, куда спешишь? Хочешь сбежать от службы?
— Нет, я должен доставить приказ короля графу Новак, что управляет городом Меатон, - вынув письмо из под полы плаща, он показал печать на нём. 
— Ничем не могу помочь. 
— Вы можете хотя бы указать, в каком направлении ехать?
— Дорожные указатели тебе ни о чём не говорят? Читать не умеешь?
— Грамоте не обучен.
— Ну, а я уж тем более. Сейчас вообще не до тебя. Ты что, не видишь? У нас тут бык рожает. 
— Какой к чёрту бык?

Деревенский окинул прибывшего полным презрения взглядом и захлопнул дверь прямо перед его носом. Тот, покрутив пальцем у виска, пошёл дальше, не смотря под ноги, из-за чего чуть не споткнулся об лежащего в грязной луже пьяницу.

— К-к-куда прёшь, растяпа? Добрых людей тут давишь. Пшёл вон с моих глаз! – выругался тот, а затем освободил содержимое своего желудка чуть ли не на ботинки Гвинстальфу.

      Неужели в этом проклятом месте нет ни одного нормального человека, – подумал гонец и сплюнул на землю, перешагнув через уличное отребье. 

      Не получив никакого толка от местных, Гвинстальф решил покинуть деревню. Он отвязал лошадь и принялся самостоятельно разбираться в том, куда двигаться. И хоть все те, кого он встретил, не были приветливы, можно было задуматься о том, почему они так себя ведут. Беднота пьёт явно не от счастливой жизни, как и огрызается. Но задуматься об этом в подобные времена некому.

      Всадник поскакал по ближайшей дороге, направляясь в неизвестном для него направлении. Солнце уже начинало припекать, высушивая одежду. Впереди были бескрайние, сухие степи, из чего он сделал вывод, что движется на юг, то есть в правильном направлении.

      Городок, который являлся пунктом назначения, находился на побережье, и в основном промышлял торговлей морепродуктами. Неподалёку от него было несколько мелких островов, на которых всё ещё властвовали племена. 

      Население крупных городов континента зачастую страдало от мучительных болезней, потому в том, чтобы быть обычным сельским жителем, тоже было своё преимущество. Чем больше простор и меньше жителей – тем безопаснее. На крайнем севере государство было защищено высокими горами, на западе – многочисленными болотами. 

      А со стороны востока в последнее время образовалась угроза – люди, пришедшие из-за простирающейся на многие километры пустыни, которые при этом за счёт торговли и умения выживать и процветать даже в таких суровых условиях, были развиты лучше, чем местные. О них ничего не было известно долгие века, так как ни один путешественник, отправившийся в те места, так и не вернулся назад. 

      Тем временем, Гвинстальф натолкнулся на путника, у которого сломалась телега и решил помочь. Поднатужившись, они приподняли её за оглобли, и тот принялся прилаживать колесо на место.

— Спасибо, добрый человек. Куда направляешься? – спросил мужичок средних лет, вытирая пот со лба.
— В Меатон.
— Подвезти тебя?
— Не откажусь.
— Тогда запрягай свою лошадь, и поедем.

      Гвинстальф сел в телегу, после чего её хозяин взял в руки поводья, и насвистывая себе под нос какую-то мелодию, начал движение.



Марк Стаффорд

Отредактировано: 15.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться