Это русские?

Размер шрифта: - +

Это русские?

160. Это русские?

13.07.2018 Комментариев нет Запись

Узбекская железная дорога решила вдруг летом 2018 года запустить поезд из Ташкента до киргизского озера Иссык-Куль. До этого от Бишкека в ту сторону таскался только «подкидыш» со всеми остановками – не каждый день, а первые годы послесоветского лихолетья даже не каждый год. И тут, внезапно, международный поезд дальнего следования, длиною аж в одиннадцать вагонов, когда в «подкидыше» больше шести не ходило. Разумеется, что мы с Игорем Сергеевичем решили ехать его снимать.

Начинался день солнечного затмения в пятницу тринадцатого. В такой день было настоятельно не рекомендовано куда-то ехать, но суеверных среди нас не нашлось. На рассвете мы выдвинулись в сторону границы с Кыргызстаном. Вскоре после начала за узынагашским постом узкой дороги на ней начались траблы. Все едва плелись со скоростью в двадцать-тридцать километров в час, а встречный поток, хоть и ехал побыстрее, не прекращался. Через час периодических обгонов урывками стал виден виновник задержки: трейлер волок на плоском прицепе какую-то металлическую конструкцию, едва плетясь по неровному и извилистому рельефу трассы. Почему ГАИ выпустило такого без сопровождения и организации остального движения по трассе, было совершенно непонятно. Но для сплошных родственных взаимоотношений в нашей стране это уже не удивляло.

К восьми утра мы, обогнув по кругу Кордай, добрались до следующего вверх по течению пограничной реки пограничного поста «Карасу». Выше было ещё два, но моего попутчика, гражданина России, там бы не пропустили. Они были только для граждан Казахстана и Кыргызстана. Грузовые фуры уходили куда-то в объезд, а перед воротами для обычных машин стояло с десяток легковушек, да человек пять перед калиткой пешего прохода. У служащих сего заведения была пересмена. Лишь через сорок минут калитки и ворота стали открываться.

Пешеходов пропускали группами человек по десять. Машины же проходили за ворота по три легковых раз в полчаса. Игорь пошёл на паспортный контроль пешком, а я заехал, получил от солдат-охранников талончик, куда следовало написать свою фамилию и номер машины.

«Иванов. До рынка…»

Для этого нужно было найти авторучку. Пока в самых дальних анналах бардачка нашёлся и этот предмет, на паспортный контроль из калитки прошла ещё одна толпа женщин с детьми из какой-то туристической группы. И когда я зашёл в здание досмотра, там уже было человек тридцать. Из десяти окошек контроля работало сначала два. Потом подошёл третий. Крикнули, чтобы водители автомашин вставали в отдельное окно, и там моментально собралось человек восемь. Пограничный мальчонка-солдатик постоянно гонял нас по залу – типа, слишком близко стоите к окошкам, видеокамера на которых не успевает вас сфотографировать. Не вмещаетесь в кадр по ширине своих физиономий. Ну естественно, что открыть ещё пару окон контроля никто и не подумал…

Получив обратно свои документы и штампик на талончике, я переехал к досмотрщикам. Мужик с зеркальцем на длинной штанге облазил всю машину (практически пустую, кстати) и попросил открыть заднюю дверь багажника. Но эта дверь у меня не открывалась, ибо сигнализация сломалась, непрерывно пиликая несмотря на нажатия кнопок на обоих ключах и внутри самой машины. А задняя дверь, похоже, была уже не родная, и поэтому просто ключом не открывалась. Мой пустой багажник излазили через задние боковые двери и вскоре отпустили. Проход киргизской стороны занял гораздо меньше времени, и снова на трассе мы оказались всего через каких-то два с половиной часа.

На шоссе Кыргызской Республики творился кромешный ад: где-то незадолго до этого его полили гудроном и рассыпали там щебень. Машины ползли еле-еле, и непонятно, чего хотел торчавший посреди этого участка poliмилицейский – разбивать себе стёкла летевшими из-под колёс камнями желающих не было. Нам в одном месте попалась вывеска, что у них «Милиция» называется английскими буквами «Politija»…

АЗС за последним погранпереходом в Казахстан любезно напоила нас кофе из автомата. Телефоны вскоре кончились, ибо роуминга никто из нас оформлять не стал. Пригородный уже пришёл из Бишкека в Рыбачье, так продолжала называться железнодорожная станция в Балыкчах – из-за пограничных траблов мы его поймать не успели. Гудронированые камни на шоссе тоже прекратились, и мы покатили к Балыкчам, рассматривая попутно железную дорогу и подъезды к ней.

Добрались до конечной станции, не которой стоял четырёхвагонный пригород. Какая-то тётка на перроне пыталась вызнать, для чего мы тут находимся, но разговаривать с ней просто не стали. В оборотном закутке одиноко торчал двухсекционный зелёный тепловоз, а многие пути станции были заняты грузовыми вагонами в состоянии, близком к отправлению. Так хотелось поймать на высокогорной трассе ещё какой-нибудь грузовняк – удавалось же это некоторым! – но не пёрло. Мы поехали обратно в сторону Бишкека.

Захотелось чего-нибудь перекусить. У моста на повороте в Нарын притулилась пара кафешников. Зашли – чашка чая и пирожок с картошкой обошлись в 2,2 доллара США – почти по-Божески. И, едва отъехали от кафе, как тут же были остановлены местными poliмилицейскими – якобы за превышение скорости. В этом месте у них было 60, а у меня не «Порше-Спайдер», а всего лишь двадцатилетний Форестер, так что набрать больше положенного я бы просто тупо не успел. Ментяра сказал, что официальный штраф тут чуть больше четырёх тысяч их сомов, и согласился на десять тысяч тенге. Откуда столько?!? Ну ладно, пять…

Солнца не было. Серая пасмурная хмарь постепенно заволакивала ущелье, и мы встали чуть ниже Красного Моста – там, где был виден большой кусок железной дороги со стороны Бишкека. Сверху ничего до пригорода уже бы не пошло, и надеялись, что может быть будет хоть какой-нибудь поезд снизу. Я побродил по берегу речки, надеясь снять панораму ущелья из нескольких кадров. Желаемое не получилось. Тогда мы снова выдвинулись вверх, чтобы застать пригород недалеко от нарынской развилки, где нашлось одно симпатичное местечко.



Ezdok

Отредактировано: 14.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться