Фабрика звёздной пыли (романтический детектив)

Размер шрифта: - +

Глава 19

- Люда, ну я ведь тебе уже всё объяснила! Я не имею права разглашать информацию, да и нечего пока разглашать, - в тысячный раз повторила Ангелина мобильнику, возмущающемуся звонким голосом подруги. - Мне очень жаль, что у тебя проблемы с работой, но помочь, правда, ничем не могу. Что? Ой, ничего не слышу, ты куда-то пропала, я перезвоню!

Вздохнув с облегчением, девушка отключила телефон и вошла в приёмную детективного агентства. Перезванивать она, разумеется, не собиралась. И дело было даже не в угрозах Арбенина, его она больше не боялась. Просто имя Заряны и без того склоняли почти в каждом издании, раскладывая по полочкам столь рано оборвавшуюся жизнь и пытаясь отыскать в ней как можно больше грязи. Зачем? Почему-то вспомнилось как Алик сравнил представителей прессы с мухами. А ведь и вправду эти насекомые тоже тяготеют к нечистотам. Из задумчивости девушку вывел недовольный голос Мая:

- Ну, и где вас носило, Ангелина Сергеевна? Только не говори, что в метро тоже пробки.

- Где Нина Костенко? Что вы с ней сделали? - вместо ответа потребовала отчёта Ангелина.

- Стоп! Так не пойдёт: вопросы здесь задаю я, где ты была целых два часа?

- Нигде, просто гуляла и думала…

- О смысле жизни? - с усмешкой уточнил Май.

- О ваших методах работы, - честно призналась помощница. - Вы можете делать что угодно, только меня в эту уголовщину впутывать не нужно.

- Раньше надо было думать. Ты сама впуталась, согласившись шпионить на благо жёлтой прессы, так что поздно пить боржоми, когда почки отвалились, - спокойно заметил Май.

Ангелина тяжело вздохнула - возразить было нечего, но один вопрос по-прежнему оставался открытым:

- Что вы сделали с Ниной, где она?

- Да всё в порядке с твоей Ниной - в обезьяннике она. Посидит до утра, глядишь поумнеет.

- Где?! В каком ещё обезьяннике?

- В обычном - не слишком чистом, не слишком уютном, в компании ароматно пахнущей бомжихи. Я попросил знакомых ребят в отделении подержать её там, не оформляя.

- Зачем вы её, за что?! Она не сделала ничего плохого!

- С каких это пор попытка убийства считается благим делом? Она пыталась отравить любовника своей сестры - Миронова Андрея Николаевича, помнишь такого? И отравила бы, если бы Голицын достал настоящий яд. А рвотный порошок в большом количестве вызвал у мужика лишь обострение язвенной болезни с последующим прободением.

- Подождите, я запуталась Миронов - это муж Ларисы, за которой мы следили?

- Он самый, - кивнул Май, - и таинственный возлюбленный Маши, сделавший из неё наркоманку, тоже он. Сюжетец - так себе, избитый, я бы сказал сериальный.

Ангелина поспешно отвернулась к окну. От нахлынувших чувств защипало в глазах - слишком много потрясений и разочарований за один день.

- Но ведь он жив, а Нина…за что вы её?

- За попытку убийства, - терпеливо объяснил Май, - по-твоему, это не преступление?

- А делать из людей наркоманов и калек на всю жизнь - это, по-вашему, нормально? - резко обернувшись, с вызовом спросила девушка. Синие глаза потемнели от возмущения и невысказанной боли.

- Нет, это ненормально, но я-то здесь при чём?

- При том! Почему Нину вы заперли в обезьяннике, а этому Миронову даже слова не сказали?! Разве он не такой же преступник?!

- Эй, ты чего? Это не в моей компетенции! Доказательств нет, и вообще - я не Робин Гуд, чтобы восстанавливать повсюду справедливость.

Май чертыхнулся, осознав, что фактически оправдывается перед девчонкой, этого ему только не хватало!

- Но вы и не господь бог, чтобы судить других, - немного успокоившись, напомнила Ангелина.

Арбенин шумно выдохнул:

- Я и не претендую! И вообще, по какому поводу митинг? Я ведь сказал - твою Нину не оформляли, утром её отпустят. Зато охота закончить начатое у неё, надеюсь, пропадёт. Сама ведь слышала - она настроена очень решительно.

- Слышала, - неохотно согласилась Скворцова и снова отвернулась к окну. На душе было тоскливо или, как говорила Щукина, слякотно.

Май наблюдал за тем, как опускаются плечи помощницы, и хмурился. Ему не нравилось её состояние - совсем не рабочее.

- Ладно, хватит философствовать, пора работать. Я там, на столе, пролил клей, убери, пожалуйста.

Ангелина была слишком подавлена, чтобы возмущаться.

- Клей-то вам, зачем понадобился? - безучастно спросила она.

- Как зачем? Я его нюхаю! - торжественно признался Май и скорчил такую уморительную гримасу, что Ангелина невольно улыбнулась в ответ. - Да, совсем забыл, помнится, ты утверждала, что с Машей Голубевой фактически не знакома. Тогда откуда у неё твоя фотография?

- Моя? - не поверила Ангелина. - Вы ничего не путаете?

- Нет, Сергеевна, зрение у меня стопроцентное. Правда, ты там была не одна, а с Машей и какой-то прыщавой рыжей девицей.

- А, так это мы с девчонками на кастинге фотографировались, у меня тоже такая есть.

- На каком кастинге? - осторожно уточнил Май.

- На том, который был перед самым первым «Рождением звезды», - Ангелина без смущения выдержала насмешливый взгляд начальника. - Там я и познакомилась с Машей.

- В проект, как я понял, ты не попала. Талантом не дотянула?

- Возрастом, мне тогда шестнадцать было - несовершеннолетняя. Позже я снова попыталась.

Май, перестав усмехаться, вдруг хлопнул себя по лбу.

- Чёрт! Как же я сразу не догадался, а ведь смотрел список людей, не вошедших в последний проект, но очень близко к этому стоявших. Скворцова А. С. - это ведь ты!

- Гениальный вывод для опытного следователя, - усмехнулась девушка, - я и что с того?

В карих глазах заплясали озорные искорки.

- Как опытный следователь я теперь просто обязан внести тебя в список подозреваемых, - заявил собеседник. - У тебя был реальный повод завидовать Заряне и не желать добра Зарецкому. Что скажешь?



Наталия N

Отредактировано: 25.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться