"Файролл-11. Снисхождение. Том 2

Главы 8-13

 

Глава восьмая

в которой все происходит хоть и согласно плана, но с элементами внезапности

 

- Без меня меня женили – признаться, не сколько растерянно сказал я Ватутину – Нормальный ход?

Тот молча пожал плечами – мол, прости, старик, это твои заморочки.

- И все-таки – Устюгов потряс стопкой бумаг, которую он цепко держал в руке – Не на коленке же нам все это подписывать? Неужели в этом здании нет никакого помещения, где стоял бы стол и несколько стульев?

- Например – кабинета собственно главного редактора – подсказал кадровик – Вашего нового кабинета. Там и закрепим ваше право на него документально, так сказать -проведем инаугурацию.

- Какую нафиг инаугурацию? – наконец собрался с мыслями я – Мне ни она не нужна, ни кресло главного редактора. У меня своих дел полно.

Нет, где-то внутри у меня было теплое чувство – все-таки приятно вылезти из грязи в князи. Ну, не то, чтобы совсем из грязи – но все-таки. При этом мне этот потенциальный геморрой все равно был совершенно не нужен.

- Как? – в один голос спросили клерки.

В их головах такое не укладывалось. Ну вот трудно им было понять то, что человек по доброй воле не хочет повышения. Не задано это было в их программном коде, если можно так выразится.

- Да никак – я не знал, как им еще объяснить очевидную для меня вещь – Совершенно.

- Скажите, а от кого исходило решение о назначении на эту должность господина Никифорова? – внезапно спросил Ватутин – Кто вам дал прямое указание и вручил те документы, которыми вы размахиваете? Приказ о назначении кто подписывал?

Клерки переглянулись.

- На них виза Зимина – наконец произнес кадровик – Формально именно он вправе назначать и снимать первых лиц в данной организации, как лицо, уполномоченное «Радеоном». Ведь именно наша компания владеет контрольным пакетом акций издательства, а значит именно за ней остается окончательное решение на предмет того, кто здесь главным будет. А вот приказ они тут сами сделают, у них свой документооборот.

- Как вас зовут? – мягко спросил у него Ватутин и этот его тон заставил меня насторожиться.

- Василий Марсов – смутившись, произнес молодой человек, щека которого начала опухать – Вот так вот удружили родители с именем.

- Вася с Марса – хихикнул Устюгов – Мы его так называем.

А что, ему подходит. Как есть – Вася с Марса. Немного косноязычен, исполнителен и обладает невероятной гибкостью позвоночника, общаясь с теми, кто ему выгоден. Порождение красной планеты, иноземная рептилия. Эк меня занесло, так и сыплю метафорами.

- Так вот, Василий – Ватутин приобнял сына неба за плечи – Я не спрашиваю вас, кто поставил подпись, я хочу знать, кто инициировал это назначение.

Клерк замялся, и Ватутин сжал его покрепче, да так, что у того что-то хрустнуло в районе шеи.

- Ой! – сморщилось лицо Марсова.

- Это пока «ой» - невероятно обаятельно улыбаясь, сказал ему Ватутин – А вот когда вы, Василий, вернувшись в главное здание, отправитесь в увлекательнейшее путешествие на его нижние этажи, там не только «ой» будет. Там и «ох» воспоследует», и «ай», и даже «вах, мама-джян». Правда, если вас это хоть как-то порадует, вы туда отправитесь не один, а с вашим другом. С вот этим.

И он показал пальцем свободной от объятий руки на Устюгова.

- Ядвига Владековна – в один голос тут же выпалили клерки – Она это! Мы тут не при чем, нам сказали – мы поехали.

- Так вас никто и не винит – совсем уж по-доброму сказал Ватутин – Вы люди-то подневольные, разве мы этого не понимаем? Да, Харитон Юрьевич?

- Несомненно – кивнул я, теперь окончательно убедившись в том, что от предложения этого надо отказываться.

Что бы не придумала Ядвига, как бы это красиво и заманчиво это не выглядело, добра от этого ждать точно не следует, по крайней мере – лично мне. Она меня ненавидит давно и прочно, так, как это умеют делать только польские женщины – до крошащихся от сжатия зубов, до красных пятен на скулах, до состояния «sama umrę ale i ten pies zdechnie». Причем причина этой ненависти от меня скрыта тайной. Нет, есть у меня кое-какие догадки, но догадки – не факты, их к делу не подошьешь.

- Да-да – закивал Вася с Марса, у которого явно все поджилки уже ходуном ходили. Трусоват был Вася бедный, как сказал бы Пушкин. Там, правда, был не Вася, а Ваня, но это не столь и важно. В наше время ни Вась, ни Вань в России уже почти и не встретишь. Вот Эдуардов, Рогволдов и Эмилей – полно. А Васи с Ванями закончились – Так и есть.

- Вот только Илья Павлович – он на слово никому не верит – расстроенно сказал Ватутин – Он в бумажки верит. Так что – пошли-ка, друзья в тот кабинет, который временно пустует, в ожидании нового хозяина, и там вы мне и опишете все, как было, начиная с самого начала. Кто сказал, что сказал, какие указания дал. Досконально, со всеми деталями. Понятно?

- Чего не понять? – оживились эти двое – Все ясно. Напишем, как не написать. Мы же тут ни при чем, нам сказали – мы поехали.

- Само собой – понимающе покивал Ватутин – Люди вы подневольные. Да, Харитон Юрьевич.

- Ну да – мне этих двоих жалко не было, не понравились они мне, особенно этот, Вася с Марса. Он мне напоминал огромную отъевшуюся на мертвечине крысу. И то, что с ними потом сделает Ядвига Владековна, меня совершенно не волновало. А она – сделает – Правильно.



Андрей Васильев

Отредактировано: 10.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться