Факультет Темной магии: Всё не то, чем кажется

Размер шрифта: - +

Глава 2

В очередной раз отчаянно зевнув, я потерла слипающиеся от усталость глаза и захлопнула книгу. И кто придумал эти ночные дежурства? Вернее, кто их придумал, я-то знала: наш ректор лет так сто пятьдесят назад, когда стало ясно, что учебная магия, творимая в стенах нашего родного факультета, пробудила какие-то неупокоенные сущности, и что исчезновения студентов вовсе не случайны. Сначала здание хотели расселить, а занятия перенести в другие корпуса университета, но после недолгого раздумья решили, что эти самые неупокоенные души, проснувшиеся на свою беду, являются прекрасным практическим материалом для подрастающих некромантов и темных магов, так что все кафедры остались на своих местах. Ну а чтобы больше никто не пропадал, жилые комнаты зачаровали, студентам под страхом отчисления запретили выходить после отбоя, а преподавателям особым указом ввели ночное дежурство.

Мера, кстати, оказалась вполне действенной. Настолько, что на моей памяти не пропало еще ни одного студента. Нет, были, конечно, отчаянные товарищи, пытавшиеся проскользнуть мимо преподавателей кто по своим делам, кто на спор, однако после нескольких отчислений, смельчаков резко поубавилось. Хотя, все же, они не исчезли до конца, но в первые дни учебы дежурства обычно были довольно спокойными и скучными – первокурсники еще опасались нарушать правила, а более старшие курсы только-только приходили в себя после летних каникул.

 Вот и сейчас часы уже пробили конец третьего часа Ночи-Хранительницы, а, значит, конец моего дежурства, а ни одного даже самого завалящегося нарушителя я так и не встретила. Да что там нарушителя, даже ни одна нечисть не соизволила выползти откуда-нибудь из простенок, чтобы хоть как-то скрасить мое дежурство и заодно благородно послужить практическим материалом на завтрашней лекции. Так что я с чистой совестью решила, что вполне могу идти спать, тем более что одна из расставленных мною магических нитей тихо звякнула под ногами сонно бредущего мне на смену коллеги.

Развеяв нити и погасив магический огонек, который мне до этого освещал страницы, я в кромешной тьме побрела в сторону преподавательских комнат, уже прямо предвкушая, как сейчас залезу под теплые струи душа, а потом утону в мягкой перине и…

– Вир! – зашипел опомнившийся раньше меня молодой человек и, схватив за руку, оттащил с прохода к стене. Сейчас, когда его волосы были собраны в небрежный хвост, а обруч исчез с головы, он намного больше походил на студента, чем в тогда в аудитории. – Что ты тут делаешь?!

Я-то что делаю? Развеиваю огненный сгусток, которым чуть не испепелила первокурсника и будущего темного мага.

– Студентам, вообще-то, запрещено ночью покидать комнаты, – уперев руки в бока, гневно заявила я, правда тоже почему-то шепотом.

– А сама-то, – хмыкнул не впечатлённый Руан.

– А мне можно, – в тон ему ответила я, как-то позабыв, что я вообще-то преподаватель. Ну вот что сделать, если, несмотря на то, что аспирантуру я закончила уже как два года назад, а занятия вела так все четыре, мне до сих пор с трудом верилось, что я больше не студентка, что мне больше не надо писать шпаргалки к контрольным, сидеть часами в библиотеке, готовясь к экзаменам, делать ночами домашнюю работу и втихаря пробираться на местное кладбище за нужными для сдачи зачета по зельям травками. Что бегущий по коридору и кричащий: «Магистр Наррей! Магистр Наррей!» – темный маг обращается ко мне, а не к идущим впереди старичкам-профессорам. Что галдящая у аудитории молодежь хочет сдать экзамен, а не позвать на очередную гулянку.

Может быть именно поэтому, когда наш содержательный разговор прервал голос магистра Сивьерн, грозно прозвучавший откуда из соседнего коридора:

– Эй, там, кто тут раньше времени решил закончить обучение? – я, вместо того, чтобы спокойно отозваться и сказать, что молодой человек дежурит со мной в наказание за нарушение дисциплины на лекции или, на худой конец, что я решила совместить свое дежурство с обучением, и показать ему, как одному из самых способных учащихся, несколько заклятий, которые практикуют только ночью, схватила Руана за руку и потащила в нишу.

Не сказать, чтобы нам повезло – магистр Сивьерн, высокая худая женщина, ведущая у старших курсов практику по воскрешению умертвий, отличалась весьма отвратительным характером и в равной степени не любила как студентов, так и студенток. Первых – за то, что им от природы магия давалась значительно проще, да и вообще мужчин-магов было значительно больше. Вторых – за то, что вообще учились здесь. Женщины, с точки зрения магистра, существа к обучению малоспособные, так что такой тонкой материи, как магия, вообще касаться не должны. А должны себе сидеть дома, содержать хозяйство, кормить мужа, да воспитывать детей. Как она сама вписывалась в свою картину мира, я за все эти года так и не поняла. Но, как-то, вероятно, вписывалась, раз до сих пор верила.

Сдать у нее экзамен порой казалось даже сложнее, чем защитить дипломный проект перед конклавом. Обычно после зимней сессии, на которую как раз и выпадало это нелегкое для студентов испытание, группы редели почти наполовину. К ее предмету готовились, как ни к одному другому. Хотя, стоит отдать должное магистру, занятия она вела интересно, все подробно разжёвывая и показывая. Зато отрывалась на экзамене. И ведь придраться было абсолютно не к чему – все ее оценки были обоснованы и объективны. Просто на экзамене только одно можно было сказать с точностью – написанное в билете существо она просить воскрешать не будет. А вот кого будет – это уже другой вопрос... И попробуй только запнись – сразу минус балл. А если путаешься в основных понятиях и заклятиях, коих было около ста, так вообще можешь сразу идти писать заявление об отчислении. Как и если ты попался ей на серьезном нарушении, вроде ночных прогулок. Отчисление с легкой руки магистр Сивьерн было просто обеспечено.



Валентина Льер

Отредактировано: 02.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться