Фамильяр. Проклятая книга

Размер шрифта: - +

=1.5=

– Знаешь, мне, наверное, нужно немного отдохнуть, – нахмурившись, проворчала я. – А то мы тут ещё, чего доброго, поубиваем друг друга.

Ну, то есть, убивать бы начала я, потому что со Стоуном явно происходит что-то из ряда вон выходящее, а у меня слишком хреновое чувство юмора, чтобы должным образом оценить его преображения.

И, не дожидаясь его ответа, направилась обратно в свою комнату. Стоун давно не маленький мальчик, сам найдёт дорогу домой. Уже переодевшись и забравшись под одеяло, я услышала, как хлопнула входная дверь. На душе отчего-то стало паршиво, – не хватало ещё из-за этих глюков потерять лучшего друга, которые нынче и так на вес золота.

В постели я провалялась до самого вечера, невольно прислушиваясь к звукам на улице и каждые десять минут выглядывая в окно в поисках Безликого. Что ему всё-таки от меня надо?

К приходу мамы и отчима я уже успела убедить себя в том, что все сегодняшние странности не более чем плод моего разыгравшегося воображения, но вылезать из-под такого безопасного одеяла даже ради ужина почему-то не рискнула. Единственное, что всё-таки привело меня в себя, заставив буквально взлететь с постели – мысль о том, что я так и не написала сочинение по «Джейн Эйр», которое завтра нужно было сдать в обязательном порядке, иначе миссис Робинсон засыпет рефератами до самого окончания учебного года.

Около полутора часов я провозилась с эссе и оторвалась от экрана компьютера лишь тогда, когда строки с текстом стали буквально расплываться перед глазами. Но всё же я была довольна тем, что не придётся идти завтра с пустыми руками прямо на растерзание миссис Робинсон, которая в гневе была страшнее лесного зверя. Из-за этого даже самые отпетые лентяи приходили на её уроки подготовленными на сто процентов. Если такое, конечно, возможно.

С чувством выполненного долга я завалилась на кровать, но сон упорно не желал забирать меня в своё царство. В душе смутно расцветало ощущение назревающей катастрофы, а у меня не получалось определить, откуда у неё растут ноги. Мне до боли хотелось верить, что сегодня на завтрак я просто съела что-то не то, отравилась, и теперь переживаю последствия своего наплевательского отношения к рациону.

Ближе к трём утра меня всё же сморило, правда, сон был каким-то поверхностным: я слышала каждый шорох, как внутри, так и снаружи, и каждый раз моя трусливая по натуре душа забивалась куда-то в уголок. Так что я совершенно не удивилась, встав утром разбитая, как дорога в какой-нибудь глухой деревне. Если сравнивать себя с клубком ниток, складывалось впечатление, что жизнь, превратившись в кошку, размотала меня по всему дому, что я сама не могла найти ни начала, ни конца.

За столом я зевала так, что хрустела челюсть, и, кажется, впервые в жизни маме было жаль меня настолько, что она почти позволила мне остаться дома. Всю малину испортил отчим, который с самым невозмутимым видом заявил, что мне ещё рановато самостоятельно распоряжаться своей жизнью и принимать такие серьёзные решения. Я злорадно хмыкнула в ответ и мысленно потёрла руки. Не так уж и долго вам осталось принимать решения за меня, учитывая, что через неделю мне стукнет восемнадцать, и я наконец-то стану полноценным членом общества. Ну ладно, может не совсем полноценным... Алкоголь смогу покупать сама только после двадцати одного, но в остальном мне будет предоставлен полный карт-бланш, чем я незамедлительно воспользуюсь.

К машине шла наобум, потому что даже свежему утреннему воздуху оказалось не под силу сделать из меня трудоспособную ученицу и адекватно воспринимающего реальность человека. Если к уроку миссис Робинсон я так и не смогу оклематься, боюсь, даже наличие отличного на триста процентов эссе не спасёт мою жизнь от превращения в полную задницу.

По дороге ехала как сапёр по минному полю: ежесекундно ожидала, что откуда-нибудь и впрямь выскочит Годзилла, или на мою машину грохнется метеорит. С моим-то везением в последнее время можно ожидать от жизни чего угодно. Но нет, камни с неба не падают, земля не трясётся, кажется, даже машина не собирается предательски глохнуть, как вчера. И всё же, до школы добираюсь в полубессознательном состоянии, оглядываясь по сторонам, словно законченный параноик, но вчерашний глюк в лице Безликого – какая ирония – так и остался на уровне глюка.

Видать, у меня был какой-то сбой в системе, и мне срочно требовалась перезагрузка.

В этот раз приезжаю довольно рано и первым делом замечаю Опал, которая сидит в своей машине и старательно тычет пальцами по кнопкам лэптопа с наклейкой Пикачу на крышке. Никогда не разделяла эту её страсть к покемонам, но именно эта деталь всегда заставляла меня улыбаться. Я как-то раз даже заикнулась о том, что Ник Роузен никогда не обратит внимания на девчонку, которая помешана на аниме, но была деликатно послана далеко и надолго.

Моего появления подруга даже не заметила. Выхватив с заднего сиденья неподъёмный рюкзак, я уверенно юркнула на пассажирское в машину Опал.

– Что это? – тычу пальцем в экран и усмехаюсь. – Эссе, которое ты должна была сделать максимум вчера?

Опал недовольно хмурится.

– Совсем забыла про это дурацкое задание. Если не успею закончить до четвёртого урока, ты останешься без подруги.

Закатываю глаза, стараясь сдержать смех, и охотно подключаюсь к работе, на ходу создавая зеркальное отражение своего собственного сочинения. И после того, как мы заканчиваем его ещё до звонка на первый урок, готова сама себе аплодировать, потому что настолько изменила собственный стиль изложения, что даже дотошная миссис Робинсон не сможет заподозрить неладное.



Карина Рейн

Отредактировано: 10.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться