Фан-клуб колдовства

Размер шрифта: - +

Глава 7. День третий, мертвецкий

Ирка глядела и понимала – создатели всяких фильмов ужасов на самом деле никогда не видели кладбища встающих мертвецов. Потому что на самом деле все было совсем не так, как в кино! Не шатались кресты, и не разверзалась земля, не лезли из нее полуразложившиеся руки, и не гремели костями скелеты. Просто возле шести могил начали медленно сгущаться серые тени. Они становились все плотнее, приобретали очертания человеческих фигур, и вот уже шестеро крепких мужичков невозмутимо шагают к жавшейся у ворот троице.

Вроде бы самые обычные мужички. Правда, только трое из них в современных черных костюмах. Остальные: один в старинном сюртуке, второй в мундире, вроде бы жандармском, а третий в длинной просторной рубахе до пят. Ирка вспомнила, что такая рубаха называется саваном. Но всех шестерых объединяло ощущение невозможной, нечеловеческой жути, что волной катилось впереди них. Волна докатилась до девчонок, накрыла, выжимая ледяной пот и заставляя сердца колотиться со страшной быстротой.

– Вы… Вы не волнуйтесь, девочки, – тихонько клацая зубами, пробормотал их спутник. – Все будет хорошо. Я… Я вам помогу. – И он сделал шаг вперед, навстречу приближающимся мертвецам.

Все шестеро остановились. Седоватый мужчина, явно предводитель, с любопытством склонил голову, разглядывая неожиданного защитника.

Парень стоял перед ним, по-цыплячьи выпятив грудь. Ирка видела, как у него часто и мелко, совсем по-мультяшному, дрожат коленки. Но он стоял!

– Отойди, пацан, – тихо и доверительно попросил седоватый. – Мы не к тебе. Мы к ведьмам.

– Не отойду, – хотел сказать парень, но лишь пискнул что-то невнятное. Откашлялся и закончил: – Вы их обидеть ходите. – А в голосе явственно звучала надежда, что его сейчас же убедят: мертвецы вовсе не собираются обижать забредших на их кладбище девчонок, а пришли сюда исключительно для того, чтоб подарить им по букетику со своих могил.

Но убеждать его никто не стал. Седоватый лишь согласно кивнул, а высокий бритоголовый амбал с кулаками, не влезающими в рукава костюма, гоготнул:

– Обязательно обидим. В меру сил.

– Не уйду! – выкрикнул парень и беспомощно выставил перед собой кулаки.

– Сам выбрал, – кивнул седоватый. Лицо его дрогнуло, поплыло, рот раздался широкой щелью, и из него выметнулись длинные желтые зубы, а на пальцах стальным блеском сверкнули кривые когти. Оглушительно взревев, мертвец навис над парнем.

Тот присел на полусогнутых, сдавленно вякнул и вдруг заячьим скоком метнулся прочь. И скрылся за ближайшим обелиском. Дружно расхохотавшись, шестерка мертвецов выставила когти и неторопливо двинулась к обмирающим от ужаса девчонкам.

Из-за ближайшего памятника вдруг высунулась бледная физиономия насмерть перепуганного парня.

– К часовне бегите! – крикнул он. – Святое место!

– Бежим! – С силой толкнув Таньку вправо, Ирка метнулась влево.

Разделившись, подруги в который уже раз понеслись по кладбищу, почти привычно перескакивая знакомые могилки. На очередном прыжке Ирка запнулась о низенькую железную оградку, упала, больно приложившись коленкой. Сзади послышался торжествующий вой. Мертвецы тоже разделились – трое за Иркой, трое за Танькой, – и теперь Иркина троица, нетерпеливо пощелкивая челюстями, надвигалась на свою жертву. Ирка вскочила и, прихрамывая, помчалась к часовне.

Танька уже подбегала туда. Ирка видела, как она изо всей силы рвет дверь, а та лишь глухо лязгает, скованная скобой замка. Оглянувшись на преследователей, Танька выхватила из кармана булавку. С размаху ткнула себе в палец, коротко вскрикнула и тут же мазнула кровью по замочной скважине. Быстро забормотала. Правильно, заговор на открытие замка! Ирка побежала быстрее.

– Не выходит! У меня не выходит! – в отчаянии завопила Танька.

Торжествующий вой стал шестиголосым – мертвецы видели, что добыче от них не уйти. Ирка с разбегу налетела на подругу, выхватила у нее булавку… Капелька крови скользнула в замок.

– Нельзя! – почти простонали сзади. – С чарами в святое место!

– А нечего запирать! – огрызнулась Ирка, срывая осыпающийся ржавчиной засов.

– Так разворуют, – несчастным тоном пробормотал их знакомый бледный парень и, расталкивая девчонок, первым ввалился внутрь. Танька с Иркой вбежали следом, захлопывая створки и задвигая засов.

Танька бессильно привалилась к дверям.

– Темно, – пробормотала она. – Надо бы свечи поискать.

И тут же по всей часовне разом вспыхнули сотни свечей!

– Уже нашли! – Фигура у алтаря повернулась, и на девчонок в упор взглянул седовласый. Укоризненно покачал головой. – Вас же предупреждали, девочки, нельзя с чарами в святое место. Путь открываете…

– Для нас! – окна разом осыпались брызгами стекла, и остальные мертвецы полезли в проемы.

Девчонки уже и орать были не в силах. Они принялись отчаянно дергать засов, пытаясь вырваться из ловушки. Но мертвецы уже были здесь, рядом! Дохнуло невозможным смрадом, когтистые лапы вцепились в плечи…

– Надеюсь, ты не собираешься вмешиваться? – поинтересовался седовласый у бледного парня.

Тот шагнул вперед, потом снова назад, дернулся, набрал полную грудь воздуха… И виновато глянул на подруг:

– Извините. – Он беспомощно развел руками. – Они такие здоровенные. И их много!

Торжествующе взревев, монстры подняли девчонок на вытянутых руках и поволокли наружу. Отчаянно извернувшись, Ирка поглядела, куда же их тащат. Увидела, и пропавший было голос мгновенно нашелся. Она заорала.

Впереди виднелись все те же скамеечки и темный обелиск с надписью «Татьяна». Только теперь на нем добавилось еще одно слово – «Ирина». Сам обелиск был сдвинут в сторону. Под ним зияла темная могильная яма.



Илона Волынская, Кирилл Кащеев

Отредактировано: 15.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться