Fanfic/fem Potter 5. Вселенная Гарри Поттера. Что если?

Глава 1: Совы и Дурные новости.

Сердито хмурясь, Асмодея, указывая рукой на парящего Дадли, с трудом двинулась по садовой дорожке дома номер четыре. В прихожей горел свет.
  Девушка сняла с кузена заклинание, и придерживая его, позвонила в дверь и увидела растущие очертания тети Петуньи, причудливо искаженные узорчатым дверным стеклом.
  — Дидди! Пора, пора уже было тебе, я начала вол... что... Дидди, что с тобой? Асмодея скосила глаза на Дадли и вынырнула из-под его руки. Как раз вовремя. Дадли качнулся на месте, лицо бледно-зеленое... Потом открыл рот, и его обильно вытошнило на коврик у двери.
  — Дидди! Дидди, что с тобой? Вернон! ВЕРНОН! Из гостиной внушительным шагом вышел дядя. Как всегда, когда он был взволнован, его моржовые усы раздувались. Он поспешил на помощь тете Петунье, и вместе они перетащили норовившего свалиться Дадли мимо рвотной лужи в прихожую.
  — Он болен, Вернон! — В чем дело, сынок? Что случилось? Миссис Полкисс чего-то не то дала тебе к чаю? — Почему ты весь в грязи, родной мой? Ты что, лежал на земле?
  — Погоди! Сынок, тебя избили? Избили, да? Тетя Петунья вскрикнула. — Вернон, звони в полицию! Звони в полицию! Дидди, милый, скажи маме хоть что-нибудь! Что они тебе сделали? В суматохе никто не обращал внимания на Асмодею. Она проскользнула в дом за секунду до того, как дядя Вернон захлопнул дверь, и, пока Дурсли шумно перемещались на диван в гостиной, Асмодея стояла на пороге.
  — Кто это сделал, сынок? Назови имена. Мы до них доберемся, будь спокоен.                                      — Тсс! Вернон, он хочет что-то сказать! Что, Дидди? Скажи маме! Асмодея уже хотела уходить, когда Дадли обрел дар речи.
  — Она...
  Асмодея вздрогнула. Ну, сейчас будет!
  — А ну-ка иди сюда!
  Со смешанным чувством страха и злости девушка медленно двинулась к Дурслям. После наружной темноты идеально чистая и светлая гостиная создавала ощущение чего-то нереального. Тетя Петунья посадила Дадли в кресло. Он по-прежнему был весь зеленый и липкий от пота. Дядя Вернон, стоя перед журнальным столиком, смотрел на Асмодею маленькими, сузившимися глазками.
  — Что ты сделала моему сыну? — грозно зарычал он.
  — Ничего! На нас напали, и мне пришлось отбиваться. — ответила Асмодея, прекрасно понимая, что дядя ей не поверит.
  — Что она тебе сделала, Дидди? — спросила тетя Петунья трепещущим голосом — Это было... ну, сам знаешь что, родной мой. Да? Она использовала... эту штуку?
  Медленно, подрагивающей головой Дадли отрицательно дернул подбородком.
  — Что же тогда, черт меня дери, это было?! — Закричал Вернон, и снова обернулся к Асмодее.
  — Дементоры... — Асмодея пожала плечами — Вам очень повезло, что я смогла оказать сопротивление... Не будь меня здесь...
  — Кто такие дементоры, черт бы их драл?
  — Они стерегут Азкабан, тюрьму для волшебников, — сказала тетя Петунья.
  Две секунды звенящей тишины — и тетя прихлопну­ла рот ладонью, как будто из него случайно вылетело нехорошее слово.
  Дядя Вернон уставился на нее, выкатив глаза. У Асмодеи голова пошла кругом.
  — Откуда вы знаете? — изумленно спросила она.
  Тетя Петунья, казалось, пришла в ужас от самой себя. Посмотрела на дядю Вернона пугливым извиняющимся взглядом, потом чуть опустила руку, так что стали видны лошадиные зубы.
  — Я слышала... много лет назад... как этот жуткий че­ловек... рассказывал о них ей, — прерывисто произнесла она.
  — Если вы про моих родителей, почему не называете их по именам? — громко спросила Асмодея, но тетя не ответила. Она испытывала крайнее смятение.
  — Будь я проклят! Это все ты и твое племя! Я...
  — Вернон, прошу! — Петунья удивленно смотрела на мужа — Она спасла Дадлика!
  — Уж простите, что посмела сделать то, чего вы просили не делать. Но иначе я не могла. Дементоры высасывают души, так что...
  — Души?! — теперь Вернон побледнел.
  — Нужно отвести Дидди в больницу, Вернон! — Петунья перестала хлопотать возле сына, и решительно посмотрела на мужа.
  — Не нужно, я сейчас... — Асмодея быстро сбегала в свою комнату, и вернулась держа в руках огромную плитку шоколада.
  — Дайте ему это. Все последствия тут же пройдут... — Осторожно передав плитку тете, Асмодея дождалась утвердительного кивка, и вернулась в свою комнату.
  Осторожно прикрыв за собой дверь, девушка старалась не слушать восторженные возгласы Петуньи, по поводу того, что Дадлик пришел в норму.
  Устало вздохнув, Асмодея хотела уже лечь спать, как вдруг её отвлек скрежет на подоконнике.
 За окном сидела ушастая сова, держа в клюве конверт.
  Открыв окно, Асмодея смутно догадывалась, что бы это могло значить, и немедля открыла конверт:
  
 "Уважаемая мисс Поттер!
Согласно имеющимся у нас сведениям, сегодня в девять часов двадцать три минуты вечера в населенном магглами районе и в присутствии маггла Вы использовали одновременно несколько заклинаний.
 За это грубое нарушение Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних Вы исключены из Школы чародейства и волшебства «Хогвартс».
 В ближайшее время представители Министерства явятся к Вам по месту проживания, с тем чтобы уничтожить Вашу волшебную палочку.
 Поскольку за предыдущее нарушение Вы, согласно разделу 13 Статута о секретности, принятого Международной конфедерацией магов, уже получили официальное предупреждение, мы с сожалением извещаем Вас о том, что Ваше личное присутствие ожидается на дисциплинарном слушании в Министерстве магии 12 августа в 9 часов утра.
 С пожеланием доброго здоровья, искренне Ваша Муфалда Хмелкирк.
 Сектор борьбы с неправомерным использованием магии.
 Министерство магии."
 
 Новость засела в её сознании, как парализующая стрела. Она исключена из школы «Хогвартс». Все кончено. Она никогда туда не вернется... И прежде чем Асмодея успела сделать что-либо, в её окно снова настойчиво постучали. Очередная сова держала записку в клюве.