Fanfic/fem Potter 5. Вселенная Гарри Поттера. Что если?

Глава 21: Дорога в Министерство.

  Летя вниз с Астрономической Башни, Асмодея не испытывала страха, вовсе нет. Совсем наоборот. Неотрывно следя за красными лучами, которые периодически били в грудь и спину Хагрида, Асмодея, которая по началу вспыхнула гневом, тут же загнала все эмоции под барьер, и вернулась к тому сну, в котором она была Волдемортом, и он напал на Азкабан.
  — Магия, это сила, способная изменить все. Но только по настоящему сильный маг, способен придать ей любую форму по своему желанию. — Асмодея вспомнила предпоследний параграф книги по беспалочковой магии и улыбнулась.
  Каждой клеточкой своего тела возжелав стать легче перышка, Асмодея почувствовала, как падение начало замедляться. А кожа местами почернела, и начала источать черную дымку, прямо как во сне.
  Остановившись окончательно на уровне второго этажа школы, девушка вдохнула полной грудью и справившись с напряжением, тут же устремилась к хижине Хагрида.
  За спиной слышались крики. Похоже, проверяющие были в ужасе. Но девушке было не до них. Прямо сейчас, Хагрид, по всей видимости, нуждался в её помощи.
  Долетев до опушки Темного леса, Асмодея замерла. Пришедшим удалось связать лесничего, и тот рухнул на колени.
  — Прочь от него! — Асмодея взмахом руки оборвала все веревки, и некоторые из магов тут же рухнули на спины, как только натяжение ослабло.
  — Спустите и её на землю! — кричала Амбридж — Она мешает работе Министерства!
  — Вы нарушаете правила Хогварса! — Асмодея блокировала почти все заклятия щитами, а некоторые даже отправила обратно обидчикам. — Без разрешения директора, вы не имеете никакого права, находиться здесь. Разве что, вы осознанно пришли к Хагриду именно ночью, когда почти все спят!
  — Наглая выскочка... — Амбридж растянулась в усмешке — Хагрида нужно уволить, так постановил Министр! Он больше не является преподавателем по уходу за волшебными существами!
  — Согласен Долорес, но увы, с поста лесничего, вы его выгонять не имеете никакого права! — Дамблдор был тут как тут. Он не был вооружен палочкой, а руки его были скрещены на груди, поверх его длинной бороды.
  — В таком случае, Директор, вам следовало отвечать на мои письма, а не избегать прямого разговора! — Долорес вздернула нос.
  — И все же, Асмодея права. Вы нарушили правила школы, так что, я требую вашего незамедлительного ухода! — Дамблдор был спокоен, но в данный момент, Асмодея почувствовала от старика такой мощный выброс магии, что невольно отшатнулась.
  — Вы не имеете права! — пропела Амбридж — Меня сюда направил Министр!
  — Да, но вы больше не являетесь преподавателем по Защите от темных искусств, а всех остальных профессоров вы уже проверили, так что, покиньте школу, незамедлительно! Я не потерплю в стенах Хогвартса столь отвратительного человека!
  — Дамблдор, будьте благоразумны. — Долиш вскочил на ноги и вытянул палочку. — Мы здесь по приказу министра, и Хагрид пойдет с нами, так как оказал сопротивление!
  — Не стоит, Долиш, — вежливо сказал Дамблдор. — Я уверен, что вы прекрасный мракоборец — недаром же вы получили «превосходно» по всем Ж.А.Б.А., — но если вы попытаетесь... э... применить силу, я вынужден буду причинить вам вред.
  Долиш глупо заморгал. Вид у него при этом был довольно дурацкий. Он посмотрел на Амбридж, словно не знал, что делать дальше, и надеялся получить от неё подсказку.
  — Так что же, — ухмыльнулась Долорес, уже успевшая прийти в себя, — надеетесь справиться с Долишем, остальными и мной в одиночку, а, Директор?
  — Нет, клянусь бородой Мерлина, — улыбаясь, ответил Дамблдор, — разве только вы меня заставите...
  — Ему не придется действовать в одиночку! — громко заявила Асмодея, раскинув руки в сторону, и приземлившись перед Дамблдором сверля взглядом Долорес. — Меня и одной на вас всех хватит.
  — Мне это надоело! — Амбрилж оскалилась — Взять её!
  — Остолбеней! Дэпульсо! Петрификус Тоталус! — тут же вразнобой крикнули волшебники, но едва лучи заклятий слетели с их палочкой, перед Асмодеей уже выросла стена из земли, которую та, буквально вырвала перед собой. Поглотив заклятия, стенка мгновенно полетела вперед, опрокинув мракоборцев, и только Долиш успел отскочить.
  — Любишь попрыгать? — Улыбнулась Асмодея и без слов, и вообще каких либо движений руками, приморозила ноги Мракобоца к земле. Тот естественно глупо огляделся по сторонам, пытаясь понять, откуда прилетело заклинание, но это было его ошибкой. Асмодея тут же обезоружила его, и отшвырнула палочку в высокую траву.
  — Как видите, Долиш, знания — еще не все. — проговорил Дамблдор практически удовлетворенно глядя на Асмодею, после чего перевел взгляд на поверженных мракоборцев — Вы свободны. Забирайте товарищей, и Долорес. И если еще хоть раз, Министерство спланирует ночные вылазки на территории Хогвартса, Я лично займусь вами.
  — Ох, проваливайте уже... — Асмодея почувствовала, что её спина все еще источает черную магическую дымку, а силы быстро истощаются. Похоже, использование в качестве проводника все тело — требует огромной практики.
  Подавив магическую "утечку", девушка вдохнула уже более спокойно.
  — Переговори с Северусом, Асмодея. — Директор покосился на ученицу — Он конечно освоил подобный полет намного позже тебя, но уверен, что он поделится с тобой всей необходимой информацией.
  — Директор? — Асмодея удивленно покосилась на старика, но тот лишь покачал головой — Ступайте. У меня еще много дел. Мне следует отправиться в Министерство прежде чем Фадж нанесет нам визит.
  Со стороны школы, к директору подлетел Фоукс, и схватившись за хвостовые перья птицы, Дамблдор исчез в яркой вспышке света.
  Асмодея в свою очередь, поспешила к Хагриду, который тяжело дыша, довольно смотрел на Асмодею.
  — Вот это ты им задала! Этим министерским упырям! — прохрипел он — Горжусь тобой, Асмодея!
  — Всегда пожалуйста, Хагрид. — девушка улыбнулась и проводя великана взглядом до его хижины, вновь покрылась черной дымкой и взмыла в воздух. Если и увеличивать магический барьер, то лучше делать это приятным способом.
  Асмодее нравилось летать на метлах, но сам факт того, что она сидит на древке, которым необходимо управлять практически всем телом - убавляло радость от полета. Но теперь... Летя над Озером, Асмодея коснулась прохладной поверхности воды, оставив рябь, и снова взмыла в воздух. Все выше и выше, она летела до тех пор, пока не пролетела сквозь плотно сжатый воздух.
  — Барьер Хогвартса. — Догадалась Асмодея, а это значит, что она уже поднялась на порядочную высоту.
  Подождав до тех пор, пока усталость не станет хорошо ощутимой, Асмодея еще несколько минут полетала, после чего, спикировала вниз, прямо к парадному входу, который Долорес не закрыла, когда выходила за Хагридом.
  Войдя в Холл, Асмодея пошатнулась. Внезапно, голова её закружилась и подойдя к ближайшей стене, она схватилась за неё, чтобы не упасть. Это было мало похоже на магическое истощение. Что-то было не так.
  Она слышала шаги с мраморной лестницы, и голос, доносившийся до неё сквозь воду. Силясь услышать хоть что-то, она закрыла глаза и прислушалась...
  Эхо шагов. Что? Она же стоит на месте... Или нет? Она снова шла по прохладному темному коридору к Отделу тайн, шагала твердо и целеустремленно, иногда переключаясь на бег, уверенная, что уж теперь-то непременно достигнет цели своего путешествия... Черная дверь распахнулась перед ней, и она очутилась в круглой комнате с многочисленными дверьми... Вперед по каменному полу во вторую дверь... пляшущие на стенах и полу световые блики и это странное механическое тиканье, но разбираться нет времени, ей надо спешить... Она миновала последние несколько шагов, отделявшие её от третьей двери, и она распахнулась, как предыдущие... И Асмодея очутилась в высоком, как собор, зале со стеллажами, на которых лежали стеклянные шарики... её сердце забилось очень быстро... сейчас она наконец попадет туда, куда нужно... 
  Добравшись до ряда номер девяносто семь, она повернула налево и поспешила дальше по узкому проходу между стеллажами... Но в самом конце прохода, на полу, была какая-то фигура — эта черная фигура корчилась, словно раненое животное. От испуга и волнения у Асмодеи сжалось сердце. И вдруг из её собственных уст раздался голос — высокий, равнодушный, лишенный всякой человеческой теплоты.
  — Возьми его и отдай мне... ну же, бери... я не могу до него дотронуться... зато ты можешь...
  Черная фигура на полу шевельнулась. Асмодея увидела, как перед её глазами появилась белая рука с длинными пальцами, сжимающая палочку, — это была её рука... И снова услышала холодный, высокий голос:
  — Круцио!
  Человек на полу закричал от боли, попытался встать, но сразу же, корчась, рухнул снова. Асмодея смеялась. Она подняла палочку, исходящий из нее луч тоже поднялся, и человек на полу застонал, но остался недвижим.
  — Лорд Волдеморт ждет!
  Очень медленно, опираясь на дрожащие руки, человек приподнял плечи и голову. Его лицо было залито кровью, искажено страданием, но на нем застыло выражение непокорства...
  — Тебе придется убить меня, — прошептал Сириус.
  — Рано или поздно — разумеется, — произнес холодный голос. — Но сначала ты дашь мне его, Блэк... Думаешь, тебе уже известно, что такое боль? Подумай еще... у нас впереди долгие часы, и никто не услышит твоего крика... Но едва Волдеморт вновь опустил палочку, как кто-то отчаянно закричал и боком рухнул на холодный каменный пол. От падения Асмодея проснулась, все еще крича, — её шрам невыносимо жгло, а впереди вместо Отдела тайн внезапно выросли двери ведущие в Большой зал.
  * * *
  — Я не хочу... не надо меня в больничное крыло... пожалуйста... Асмодея бормотала эти бессвязные слова, пытаясь освободиться от профессора Тофти, который только что поднял её с пола, и повел наверх.
  — Со мной... со мной все в порядке, сэр! — запинаясь, сказала Асмодея и вытерла со лба пот. — Честно... я просто заснула на ходу, и мне приснился кошмар...
  — Нервное напряжение! — сочувственно произнес старый волшебник, похлопывая Асмодею по плечу дрожащей рукой. — Бывает, юная мисс, бывает! Но, вы уверены, что все в порядке? Подобное волшебство я видел лишь у некоторых Мракоборцев, в частности, у старины Грозного Глаза, и то, в его лучшие годы. С вами точно все хорошо?
  — Да, Сэр! — Асмодея энергично кивнула и избавившись от поддержки профессора, тут же бросилась в Выручай-комнату.
  — Животворящий эликсир! — проговорила девушка, как только двери за её спиной закрылись и исчезли.
 В руке Асмодеи возник флакон с требуемым содержимым, который буквально пару секунд назад был еще среди запасов Снейпа.
  Осушив флакон, Асмодея Тут же созвала оставшихся Учеников. Невилл и Гермиона явились первыми, так как были ближе всего. Следом, появились Дафна, и заспанная Джинни.
  — Что случилось? — Гермиона вздернула брови — Тебе крупно повезло, что я успела с экзаменом почти сразу после тебя.
  — Сириуса поймали. Волдеморт! Он пытает его в Отделе Тайн! — Асмодея покачала головой — Я должна улететь отсюда, и выручить Крестного!
  — Стоп! — Невилл поднял руки — Объясни толком, что произошло? Сейчас глубокая ночь! Ладно Сириус Блэк, но как Волдеморт... — тут Невилл удивился собственной храбрости — Попал в Министерство незамеченным? 
  — Быть может, мантия невидимка, я не знаю, или дезилюминационные чары? — Асмодея схватилась за голову — Нужно спешить!
  — Быть может, следует проверить в доме твоего дяди? — предложила Гермиона. И как только прозвучал Этот вопрос, Асмодея тут же сорвалась на бег. Остановилась она лишь тогда, когда оказалась перед дверью в запертый кабинет Амбридж.
  — Бомбарда! — Асмодея вынесла дверь с петель, и ворвалась внутрь. Картинки с котами тут же принялись мяукать, но словно не видя их, девушка ринулась к камину, и прошептав:
  — Площадь Гриммо двенадцать! — кинула щепотку порошка и оказалась в особняке Сириуса.
  — Дядя?! — Асмодея тут принялась бегать по дому, ища Сириуса, но того и след простыл.
  Вернувшись в Хогвартс, девушка столкнулась с озадаченными учениками.
  — Его нет дома! Какие еще доказательства требуются? — Она была готова вылетать в Министерство сию минуту, но Невилл её остановил.
  — Я пойду с тобой. Если там есть Волдеморт, то наверняка и супруги Лейстрендж. — От мстительного взгляда Невилла, Асмодее стало не по себе — Очень хочется взглянуть на них в живую...
  — Я тоже с вами! — Джинни нахмурилась — Неважно кто, вся их шайка виновата в смерти моего отца. Я иду с вами! 
  — Одну я тебя не пущу! — Дафна боролась с сомнениями в голосе, но тоже согласилась.
  — Я пожалуй пас... — Гермиона покачала головой — Я ведь, даже метлой толком то и управлять не умею.
  — Если дело только в этом, я понесу тебя... — Асмодея протянула Гермионе руку — Только держись крепче!
  * * *
  Спустя полчаса, в сторону Лондона летели две метлы, Фестрал, и черная дымка, в которой Асмодея за талию прижимала к себе Гермиону.
  — Боже, это потрясающее ощущение! — Гермиона удивленно озиралась по сторонам — Как ты этому научилась?
  — Подглядывала за Темным Лордом. — Отмахнулась Асмодея, принимая очередной Животворящий эликсир.
  Желтые огоньки со всех сторон приближались, становясь все больше и круглее; уже можно было различить крыши домов, яркие фары автомобилей, похожие на светящиеся глаза насекомых, бледные желтые квадратики окон. Вдруг, совершенно неожиданно, на них понеслась мостовая; собрав последние силы, Асмодея нырнула под мост, и приземлилась недалеко от той самой будки, в которую её провожал покойный Артур Уизли.
  Забравшись внутрь кабинки и спустившись вниз, Асмодея и остальные услышали женский голос:
  — Министерство магии желает вам приятного вечера! — произнес женский голос. Дверца телефонной будки распахнулась; Асмодея, а за ней и Невилл с Гермионой вывалились наружу.
  Тишину, царящую в атриуме, нарушал только ровный шум воды в золотом фонтане — это журчали струи, изливающиеся в бассейн из палочек чародея и волшебницы, кончика стрелы кентавра, острия гоблинской шляпы и ушей эльфа-домовика.
  — Пойдем, — тихо сказала Асмодея, и все пятеро двинулись в конец зала. Асмодея шагала впереди. Они миновали фонтан и подошли к столу, за которым когда-то сидел дежурный колдун.
  — Признаюсь, я думала, что министерство магии охраняют получше. А мы смогли вот так просто пройти... — проговорила Джинни.
  Асмодея встревожилась: она была уверена, что здесь должен сидеть дежурный, уверена, что его отсутствие — зловещий знак, и это дурное предчувствие усилилось, когда они прошли через золотые ворота к лифтам.
  Она нажала ближайшую кнопку со стрелкой вниз, раздался лязг, и кабина появилась в поле их зрения почти мгновенно. С грохотом, отдавшимся эхом, разъехались золотые решетки, и ребята шагнули внутрь. 
  Асмодея ткнула пальцем в кнопку с цифрой девять, решетки с лязгом сомкнулись, и лифт, натужно гремя, пополз вниз. В первый раз, придя сюда с мистером Уизли, Асмодея не заметила, сколько шума от этих лифтов; теперь она подумала, что шум наверняка перебудоражил всю охрану здания, но тут лифт остановился, прохладный женский голос сказал: «Отдел тайн», и решетки разошлись в стороны.
  Они выбрались в коридор, где все было неподвижно — только легкий порыв ветерка, поднятого лифтом, колыхнул пламя ближайших факелов.
  Асмодея повернула к простой черной двери. На протяжении долгих месяцев она видела ее во сне — и вот наконец увидела наяву.
  — Идем, — шепнула она и повела их по коридору. Прямо за ней шла Дафна, озираясь по сторонам с чуть приоткрытым ртом.
  — Погодите, — сказала Асмодея, останавливаясь в нескольких шагах от двери. — Может... может, кому-нибудь из нас лучше побыть здесь... и в случае тревоги предупредить...
  — И как же ты услышишь наш сигнал? — подняв брови, спросила Джинни. — К тому моменту ты можешь оказаться за милю отсюда.
  — Мы пойдем с тобой, Асмодея, — сказал Невилл. — И нечего терять время.
  Асмодея по-прежнему не хотела брать с собой всех, но ей не оставили выбора. Она снова обернулась к двери, пошла вперед, и, точно как во сне, она распахнулась перед ней и её учениками.
  Они очутились в просторной круглой комнате. Все здесь было черным, даже пол и потолок; вокруг всей комнаты через равные интервалы были расположены одинаковые черные двери без ручек и табличек, а между ними горели синим пламенем свечи в канделябрах. Их холодный мерцающий свет, отражаясь на гладком мраморном полу, делал его похожим на темную воду под ногами.
  — Кто-нибудь, откройте вторую дверь, — тихо попросила Асмодея.
 Теперь, когда они наконец оказались на верном пути, сердце у девушки неистово колотилось; она быстро зашагала по узкому проходу между рядами столов, направляясь, как это было и во сне, прямо к источнику света — хрустальному сосуду высотой с неё саму, который тоже покоился на столе и, казалось, был полон искристого, вихрящегося ветра.
  — Ой, смотрите! — воскликнула Джинни, когда они приблизились к нему, и показала в самый центр хрустального сосуда. Там, в искристом потоке, мерцало крошечное яйцо, сверкающее, как драгоценный камень. Постепенно всплывая, оно раскололось, и из него появился колибри, который вознесся на самый верх; но потом воздушные течения понесли птичку вниз, и ее перышки снова обвисли и стали мокрыми, а у самого дна сосуда она вновь исчезла в яйце.
  — Не останавливайся! — резко сказала Асмодея, потому что Джинни явно вознамерилась посмотреть, как яйцо опять превратится в птичку.
  Они наконец нашли то, что искали, — зал, высокий, как в соборе, где не было ничего, кроме бесконечных стеллажей с маленькими, пыльными стеклянными шариками. Кое-где к полкам были прикреплены зажженные канделябры, и шарики тускло блестели в их лучах. Здесь, как и в круглой комнате, свечи тоже горели синим пламенем. В зале было очень холодно. Асмодея осторожно шагнула вперед и заглянула в один из сумрачных проходов между стеллажами. Она ничего не услышала и не заметила ни малейшего движения.
  — Держите палочки наготове, — тихо предупредила Асмодея. Они украдкой двинулись вперед, по дороге загляды­вая в длинные проходы между рядами стеллажей, дальние концы которых тонули в кромешной тьме. Под каждым стеклянным шариком, лежащим на полке, был приклеен крохотный пожелтевший ярлычок. Некоторые шарики испускали зловещее красноватое сияние, другие были темны и безжизненны, как перегоревшие лампочки. Они миновали восемьдесят четвертый ряд... потом восемьдесят пятый...
  Асмодея прислушивалась изо всех сил, стараясь уловить малейший шорох, но Сириусу могли заткнуть рот кляпом или он потерял сознание...
  — А может быть, — сказал непрошеный голос в её сознании, — он уже мертв... «Я бы это почувствовала, — сказала она себе.
  Теперь её сердце билось под самым горлом.
  — Я бы уже знала...» — Девяносто семь! — прошептала Джинни. — Асмодея, что мы ищем? Они сбились в кучку у самого края ряда, пытаясь разглядеть что-нибудь в проходе за ним. Там никого не было.
  — Он в дальнем конце, — сказала Асмодея. Во рту у неё вдруг слегка пересохло. — Отсюда разве увидишь... И она повела их мимо высоченных стеллажей со стеклянными шариками — некоторые из этих шариков провожали их своим неярким сиянием...
  — Он должен быть где-то здесь, — прошептала Асмодея, каждую секунду ожидавшая увидеть в темноте скорчившуюся на полу фигуру Сириуса. — Вот-вот дойдем... мы уже совсем близко...
  — Асмодея, — осторожно окликнула её Гермиона, но она не захотела ей отвечать. Во рту у дневушки было совсем сухо. — Кажется... где-то... здесь, — сказала она.
  Они достигли конца ряда, тускло освещенного канделябром. Тут никого не было. Их окружала гулкая, пыльная тишина.
  — А вдруг он... — хрипло прошептала Асмодея, заглядывая в соседний проход. — Или, например... — Она торопливо шагнула к следующему.
  — Асмодея! — снова сказала Гермиона.
  — Что? — буркнула она.
  — Я... я не думаю, что Сириус Блэк здесь! - Остальные молчали.
  Асмодее не хотелось смотреть на них. Ей было тошно. Она не понимала, почему Сириуса здесь нет. Он должен быть здесь! Ведь именно это место Асмодея видела во сне... Она побежала вдоль рядов, заглядывая в каждый по очереди. Пусто... опять пусто... Она развернулась и побежала в другую сторону, мимо своих молчащих учеников. Нигде не было ни следа Сириуса, не заметила она и признаков недавней борьбы.
  — Асмодея! — позвал Невилл.
  — Что? — Она не хотела слушать, что скажет Лонгботтом; не хотела слышать, как Невилл скажет ей, что она дура, или предложит вернуться обратно в Хогвартс, но она чувствовала, как жар заливает её лицо, и сейчас с удовольствием шмыгнула бы в темноту и сидела там долго-долго, прежде чем подняться в залитый светом атриум и встретить обвиняющие взгляды учеников...
  — Ты видела это? — спросил Невилл.
  — Что? — повторила Асмодея, но на этот раз с жадным нетерпением — наверное, речь шла о знаке, говорящем, что Сириус был здесь, о ключе к разгадке. Она подбежала к концу девяносто седьмого ряда, где маленькой кучкой стояли остальные, но увидела там только невилла, взгляд которого был прикован к одному из пыльных стеклянных шариков на полке.
  — Ну? — мрачно спросила Асмодея.
  — Тут... тут твое имя, — сказала Гермиона.
  Асмодея придвинулась ближе. Невилл уже указывал на маленький шарик, тускло светящийся изнутри и покрытый толстым слоем пыли — Похоже, никто не трогал его уже много лет.
  — Мое имя? — озадаченно переспросила Асмодея. Она сделала еще шаг вперед. Поскольку Невилл был выше неё ростом, Асмодее пришлось вытянуть шею, чтобы прочесть надпись на пожелтевшем ярлычке, приклеенном к полке точно под стеклянным шариком. На нем тонким, почти неразборчивым почерком была написана дата — примерно шестнадцать лет тому назад, — а под ней стояло:
 С. П. Т.— А. П. В. Б. Д. Темный Лорд и Асмодея Поттер.
  Асмодея уставилась на ярлычок.
  — Что это значит? — спросил Невилл. В голосе его звучала тревога. — Почему здесь стоит твое имя? Он посмотрел на другие ярлычки, приклеенные к той же полке. — А меня тут нет, — недоуменно сказал он. — И никого из остальных тоже.
  — Асмодея! По-моему, тебе лучше его не трогать! — резко сказала Гермиона, когда девушка протянула к шарику руку.
  — Почему? — спросила Асмодея. — Ведь это имеет ко мне отношение!
  — Не надо, Асмодея, — внезапно сказал Невилл. Асмодея посмотрела и на него. Круглое лицо Невилла слегка блестело от пота. Он выглядел так, словно нервы у него были уже на пределе.
  — Но здесь мое имя! — сказала Асмодея. И, поддавшись безрассудному порыву, она сомкнула пальцы на пыльной поверхности шарика. Она думала, что она будет холодной, но это оказалось не так. Наоборот, впечатление было такое, будто шарик много часов пролежал на солнце, точно внутреннее свечение согревало его. Ожидая чего-то необычного и даже надеясь на то, что сейчас произойдет какое-нибудь эффектное, волнующее событие, которое сможет-таки оправдать их долгое и опасное путешествие, Асмодея сняла стеклянный шарик с полки и вгляделась в него. Но ровным счетом ничего не произошло. Друзья обступили Асмодею, наблюдая за тем, как она счищает прилипшую к шарику пыль. И тут, прямо за их спинами, раздался голос. Кто-то сказал спокойно, чуть растягивая слова:
  — Очень хорошо, Поттер. А теперь повернись, медленно и без глупостей, и отдай его мне.