Fatal amour. Искупление и покаяние

Глава 54

Отцвела сирень, осыпался чубушник, тёплый солнечный май сменился дождливым июнем. Старожилы давненько не помнили такой ненастной погоды: сырой и промозглой. Крестьяне опасались, что обилие влаги и довольно холодные дни погубят будущий урожай.

В усадьбе тоже царило уныние. После панихиды обитатели Полесья словно погрузились в спячку. Только маленькая Лиза и Мишель, едва сделавший свои первые шаги, не понимая всеобщего настроения, радовались своим маленьким детским открытиям, случавшимся ежедневно. Иногда, наблюдая в детской за играми малышей, Княгиня Куташева улыбалась, но не прежней жизнерадостной улыбкой, а лишь бледной её тенью, мелькавшей на бескровных губах, но то случалось крайне редко. Череда серых унылых дней нагоняла тоску на молодую вдову, грустные думы одолевали Марью Филипповну. Пытаясь представить собственное будущее, она неизменно мысленно возвращалась к одному и тому же видению: Софья в подвенечном платье и подле неё Ефимовский. Она не могла видеть его, говорить с ним, опасаясь, что не сможет держаться достойно, коли ей придётся выслушать его. Долг, честь - для неё эти слова не значили ровным счётом ничего, но несли в себе угрозу её спокойствию, возможному счастью. Может быть именно потому она до последнего, как утопающий за соломинку, цеплялась за мысль, что весть о смерти Николая - чудовищное недоразумение, но сама жизнь задалась целью убедить её в обратном.

Она и радовалась и огорчалась отсутствию вестей от Андрея. Стало быть, он не спешил объясниться с Софьей, но и разлука с ним давалась нелегко.

Вскоре после отъезда Хоффманна в Полесье пожаловал ещё один гость, поверенный князя Куташева. Целью его поездки было оглашение завещания. Согласно последней воле усопшего князя имение Сосновки отходило его сыну и наследнику Михаилу Николаевичу, большая усадьба под Варшавой дальнему родственнику по материнской линии Владеку Кшесинскому, а всё остальное имущество, в том числе владения в Тверской губернии и дача в Ялте – Софье. Своей же вдове князь не оставил ничего, кроме Ракитино, что получил за ней же в приданое.

Марью Филипповну завещание нисколько не удивило, а вот Софья после его оглашения пребывала в глубоких раздумьях. О том, что её покойная матушка была из рода Кшесинских, Софья знала, как знала и то, что княгиня Куташева была единственным ребёнком в семье богатого польского шляхтича, потому после смерти отца и унаследовала большой фольварк неподалёку от Варшавы. Ни о каком Владеке Кшесинском она и слыхом не слыхивала. Ежели у них и имелась родня по материнской линии, то она о ней ничего не знала.

Выслушав душеприказчика покойного супруга, княгиня Куташева, не проронив ни слова, покинула комнату. Едва за Марьей Филипповной закрылась дверь, поверенный смущённо взглянул на княжну:

- Софья Васильевна, ваш брат оставил ещё одно распоряжение относительно вас, - сконфуженно пробормотал он. – Я не хотел говорить о нём в присутствии княгини.

- Говорите же, - Софья отвлеклась от своих размышлений. – Не думаю, что меня можно ещё чем-то удивить.

- Николай Васильевич распорядился, что в случае вашего замужества за графом Ефимовским, вы лишаетесь права на наследство, и всё имущество переходит к Михаилу Николаевичу.

Mademoiselle Куташева промолчала в ответ, пытаясь осмыслить сказанное поверенным, но заметив его вопрошающий взгляд, рассеянно улыбнулась:

- Благодарю вас, вы проделали долгий и утомительный путь, дабы выполнить последнюю волю Николая Васильевича.

- Это мой долг, - поверенный развёл руками. – С вашего позволения, мне бы хотелось отдохнуть с дороги. Годы дают о себе знать, к тому же сырая ненастная погода... - седовласый адвокат поморщился, - долгие путешествия уже не для меня.

Что ж, Николай оказался верен себе даже после смерти, поставив сестру перед выбором: любовь или наследство. Впрочем, сей выбор был бы совершенно очевиден, будь у неё хоть малая толика уверенности в том, что однажды Андрей откроет ей своё сердце, но, увы, разум подсказывал, что тому не суждено случиться. А может быть, его решение продиктовано раскаянием и угрызениями совести? Ведь он не мог не знать о чувствах Марьи Филипповны к Andre, а стало быть, лишая её возможности соединиться с тем, кого она любит, он, таким образом, хотя бы попытался смягчить боль потери.

Но нет, это слишком маловероятно. Она голову сломала, пытаясь разгадать сию шараду. Безусловно, Сосновки большое и доходное имение, но всё же это ничтожно мало по сравнению со всеми остальными владениями Куташевых. Что хотел сказать Николай, лишив своего наследника, пускай и не по крови, но по фамилии, причитающегося ему наследства?

Софья устало потёрла виски. Ежели она откажется от брака с Ефимовским, не надобно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что по окончанию траура Андрей обвенчается с Марьей Филипповной. Мишель его сын, стало быть, Ефимовский не оставит его, и будущее юного князя Куташева будет обеспечено должным образом. Но ежели она пойдёт на поводу собственного эгоистичного желания и согласится на этот брак, навязанный Ефимовскому её братом, тогда Мишель обретёт права на всё наследство Куташевых. «Справедливо», - вздохнула княжна. Глаза слипались, от множества мыслей, противоречащих друг другу, разыгралась мигрень. Как бы то ни было, Софье надлежало принять решение, пока она не сделает выбора, вопрос о наследстве останется нерешённым.



Леонова Юлия

Отредактировано: 09.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться