Фейри с Арбата. Гамбит

Глава 17. Лиля

Проснулась она поздно, часов в одиннадцать.

В лицо светило солнце, а на кухне бренчал миской Тигр.

Лиля потянулась и выпрыгнула из постели. Она изумительно выспалась, Сенька наверняка нашел что-нибудь интересное… И вообще жизнь была прекрасна и полна неожиданностей.

На кухне нашлась записка, заботливо приклеенная магнитиком к холодильнику: "Капелька, на вечер ничего не планируй, нас ждут великие дела".

Великие дела Лиле тоже понравились. И вечерние, пока неизвестные, и дневные, которыми она занялась тут же: сварила кофе и уткнулась в Ильясов ноутбук. Надо же еще раз перечитать те статьи и поискать новенькие, вдруг там есть еще ценная информация?

Так зачиталась, что даже звонок мобильного услышала не сразу.

— Спишь, что ли? — спросил Сенька и, не дожидаясь ответа, велел: — Быстро дуй ко мне! Обед через сорок минут, не опаздывай!

— А так сказать?.. — начала Лиля, глядя одним глазом в монитор, а вторым на "незаметно" подкрадывающегося к тапочкам Тигра.

— Нет уж, никаких по телефону. Жду!

— Ага, — согласилась она с гудками в трубке. Ухватила со стола маркер, написала на записке Ильяса: "Ушла в гости, до вечера вернусь!" — и поскакала одеваться.

В Ашан, где Сенька работал, она влетела мокрая, запыхавшаяся и растрепанная, зато ровно в половину второго, и принялась оглядываться, выискивая в жиденькой толпе покупателей знакомое лицо.

— Ну-ка, девушка, пройдемте! — раздался за спиной грозный Сенькин голос, и тут же ее сграбастали в охапку, не позволяя обернуться.

— В «Чайкоффского»? — тоном пай-девочки спросила Лиля и подмигнула скучающему около касс толстячку в такой же, как у Сеньки, черной форме с надписью «Аллигатор». Толстячок завистливо вздохнул, мол, некоторые неплохо развлекаются на рабочем месте, пока мы тут трудимся в поте лица.

Сенька за спиной хмыкнул, обнял ее за плечи и повел мимо коллеги.

Стало немножко смешно — потому что Сенька хвост распустил, хвастается, словно ведет не мышь белую, лабораторную, а какую-нибудь Анжелину Джоли.

— Эй, о чем задумалась? — Сенька ласково пихнул ее в бок.

— Да так, ерунда, — Лиля пожала плечами и сказала первое, что пришло в голову: — У Ильяса выставка, а я идти не хочу. Тусовка же.

Сенька посмурнел и сжал ее плечо.

— И правильно, нечего. Мутный товарищ этот твой… Ильяс.

Так сказал, что Лиля вздрогнула. Ну точно, искал информацию о следователе — мог и про убийство Кирана прочитать. Запросто. И теперь подозревает Ильяса черт-те в чем. А зря, Ильяс наверняка, нет, совершенно точно не виноват! Лиля затем к следователю и идет — чтобы убедиться. И Сеньке скажет, чтобы не думал всяких глупостей. Только потом.

А сейчас надо его отвлечь от дурных мыслей.

— Как у тебя с раскопками интернета? — поинтересовалась она нарочито весело. — Много ли взломал замков, сколько кладов отыскал?

— Чш! — Сенька приложил палец к губам и оглянулся вокруг, как заправский злодей из советского кинодетектива. — Болтун — находка для шпиона!

Лиля хихикнула. Сенька — он такой, всегда умел поднять настроение. И найти любую информацию, и вообще цены ему нет!

Официантка в почти пустой кафешке, куда они с Сенькой как раз зашли, похоже, была с ней согласна: разулыбалась ему, помахала рукой — и почему-то исчезла в служебном помещении.

— Сейчас обед принесет, — пояснил Сенька.

А Лиля во все глаза уставилась на белобрысого джентльмена лет двух, в аккуратном голубом свитерочке, с аккуратно повязанной салфеточкой и ложечками в обеих руках. Юных джентльмен сосредоточенно кормился поочередно двумя пирожными, вишневым и шоколадным, запивал их зеленым чаем из маленькой чашечки и совершенно не обращал внимания на маму, медитирующую над чашкой кофе и глянцевым журналом.

Засмотревшись на малыша, Лиля не заметила, как им принесли обед.

— Эй, суп остынет, — с набитым ртом пробурчал Сенька, дергая ее за рукав.



Татьяна Богатырева и Евгения Соловьева

Отредактировано: 23.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться