Феникс Пробуждение

Глава 26

Родрик сидел в своем великолепном кресле, выкованном из красочной стали, которая существовала только на Оракуле. Сам метал, напоминал больше прозрачное стекло, сквозь которое было видно, как переливаются в бесконечном движении - полыхающая магия на фоне ночного неба и молча размышлял у себя в чертоге.

Его сердце на некоторое время приняло покой, ведь Эрион, его названный, но очень дорогой его душе сын, вернулся и вернулся живым. Это придало Родрику какой-то уверенности в будущее , он не представлял, что бы он делал, если с Эрионом случилось бы необратимое. Попросту не смог бы простить себе, потерять еще одного дорогого члена семьи, как это было с Элеонор и его дочерью. В том, что мама вынуждена была расстаться с ним, доставило не меньше боли – знать, что она жива, знать, где она, но не позволять себе видеться с ней ради ее же безопасности и ее семьи.

Король понимал, что время может быть не на его стороне и нужно действовать. Но, все же понимая, что небольшой отрезок времени, есть у него в запасе, пока Арлен будет заниматься своим делом – инструктажем воинов, он сможет успокоить свои мысли и дать поток новым и уравновешенным идеям.

Родрик к тому же размышлял, нужно ли ему сейчас направляться в мир Стихий? Уместно ли сейчас это, может Виктор прав? И народ Оракула справиться без посторонней помощи? Но если это не так, и мы потерпим поражение? Слишком много вопросов, думал про себя он. Родрик как не старался все же не мог предвидеть планов Аскала, черная магия защищала его, и дар короля был в этом случае бесполезен.

- Нет, я не должен так рисковать! Вместе с их магией мы будем надежно защищены и сможем раз и навсегда положить конец этой непрерывной тирании со стороны Аскала и его народа, так больше не должно продолжаться, - невозмутимо принял решение он, не позволив нелепым сомнениям проникнуть в его сознательность и выбрать неверный курс.

Но ту его отвлекло воспоминание, что он просил распорядиться, чтобы к его апартаментам принесли еду для Эриона, ему же нужно немного подчерпнуть сил и восстановиться. Достойно удивления – невыполнение его приказа, тем более Берном. Берн никогда не ослушивался его и был готов всегда выполнить любое поручение. Странно, но Родрика это не смутило, так как он понимал, что в случившемся сумбуре и столпотворении кто угодно мог растеряться и все забыть. Родрик незамедлительно направился к стражнику возле своих покоев и отдал тот же приказ.

Как только закрылась дверь, после поручений короля, в нее вломился в приподнятом настроении Эрион.

- Что с тобой случилось? – не смог удержаться от просившегося наружу вопроса Родрик.

- Что ты имеешь в виду? – в недоумении спросил Эрион.

- Ты как то подозрительно счастлив, или мне кажется??? - с неким добрым предположением спросил он.

- А ты об этом? – поняв, что Родрик успел заметить его отличающийся от недавнего душевный подъем.

- Я встретил Найтири, очень обрадовался ее теплым словам. Она же как сестра мне, ее поддержка важна для меня сейчас как никогда.

- И все? А как Натали? Ты проводил ее? – не мог себя сдержать Родрик, намекая Эриону, что он не все договаривает.

- Пока, что все, еще не готов судить или размышлять на эту тему, - поняв, куда клонит, не угомонив свое любопытство Родрик.

- Натали она особенная, - продолжал отвечать с улыбкой Эрион. - Но нам обоим нужно время прийти в себя и кроме того я понятия не имею что мне от нее ожидать.

- Тут я с тобой согласен, она так похожа на Амели. Также непредсказуема и упряма, – поспешил приободрить его король.

Я уже говорила, что Родрик очень любил Эриона и желал ему только счастья. Он хотел, что бы Эрион познал настоящую любовь и был счастлив со своей будущей избранницей. Родрик вообще очень жаждал счастья своей семье, всем и каждому. Что может быть лучше семейного тепла, когда ты кому-то нужен и этот кто-то ждет тебя, любит и оберегает? Он считал, что именно в этом смысл жизни, пусть и такой долгой как на Оракуле, но найти дорогую своей душе возлюбленную или возлюбленного и быть рядом до последнего вздоха. Ценить каждый день, хранить в памяти все приятные моменты прожитые вместе. Это удивительная ценность – умение любить и быть любимым, считал Родрик.

- Эрион, - все же вернул себя к действительности он, - сейчас тебе принесут еду, ты подкрепишься, и мы направимся к Арлену. Нужно спешить в мир Стихий. Прости, конечно, но на твой сон сейчас у тебя не будет времени, в этом вопросе нам поможет заклинание энергии.

- Это хорошо, но во сне я не нуждаюсь. Я стал еще сильнее, чем был, восстановиться сейчас мне не составило труда.

- Но как? – удивился Родрик. Он знал о способностях и границах его силы, что сказанное Эрионом произнесло впечатление на него.

- Я столько раз пытался вырваться из-под власти черной магии Багир, а это скажу я тебе совсем не просто. Вырваться на несколько мгновений было почти невозможно. Но я пытался, снова и снова, это закалило меня и мою магию. Еще мне кажется, что Аскал сам того не осознавая придавал мне сил, когда восстанавливал меня после очередного поражения. Черная магия укрепила мою магию против моей воли. Но от еды я не имею никаких сил отказаться, - смеясь, произнес он.

- Я не ел… я не помню, что бы я ел, будучи заклятым, - пытаясь вспомнить это заветное чувство, наслаждение от пищи, размышлял Эрион.

- Это внушительно слышать, ты теперь сильнее меня. Может потому и выдержал натиск Натали с Фениксом? – предполагал Родрик.

- Может быть, это же ведь хорошо? Пусть я и не желал этого, но все же случилось, то что случилось и теперь мне остаётся лишь принять себя таким и привыкнуть к новым возможностям.

- Ты прав, я не скрою своего удивления, но я рад, что ты жив, а все остальное не важно. Ты со всем справишься, я в тебе не сомневаюсь и никогда не сомневался, помни об этом!