Фестиваль

Глава 12

Макс не любил много разговаривать, но в этот день ему требовалось выговориться. Он вспомнил перекошенное лицо милиционера и дубинку на своей спине. Дернул же его черт полазить по этим подземельям, он даже не понял что вылез в магазине. Хорошо, что на всякий случаи парик надел, да одежду грязную, чувствовал же...

Он вышел на Ленинский проспект и сразу же увидел то, что искал. Они стояли под деревьями, вычурно накрашенные, совершенно безвкусно одетые. Группками по две-три.

Недалеко от них стояли сутенёры с видом арабских принцев. Внутри него закипела дикая ярость. Еле сдерживая себя, Макс прошел мимо.

Вдруг он увидел проститутку, стоящую поодаль и совершенно одну, Макс подошел поближе. Одета она была просто, косметики ей явно не хватало. Ее манера держать себя выдавала в ней новенькую.

– Эй, киска, – крикнул ей Макс. – Идем со мной.

Она посмотрела на него, пытаясь оценить.

Макс засмеялся жестким циничным смехом.

У меня хватит денег, – он достал сто баксов и помахал ими. – Пойдем.

Они пошли вместе.

– Ты новенькая? – спросил ее Макс

– С чего ты взял? – спросила она грубо.

– Видно. Поедем в видеоцентр?

– А что там делать?

– Кино смотреть. – Он подошел к киоску и купил шампанское с шоколадкой. – Едем?

– Поехали, – согласилась она.

Минут через пятнадцать они были на моте.

Макс взял в руки список фильмов и рассматривал его довольно долго.

– «Прирожденный убийца» есть? – спросил он.

– Да, проходите в первый зал. Через минутку поставлю, – живо откликнулась бабка из гардероба.

Они уселись и когда фильм начался, Макс откупорил шампанское и налил ей в пластмассовый стаканчик.

– А ты? – спросила она.

– Я не пью, – сухо ответил он.

– Почему? – Она посмотрела на него как на больного, – за рулем?

– Религия запрещает. Она приняла это за шутку.

– Почему ты там стоишь? – спросил ее Макс, – на проспекте?

– А что, нельзя? Деньги зарабатываю.

– Деньги можно и другими путями зарабатывать. За это занятие в некоторых странах женщин забивают камнями...

– Да?.. – она удивилась. – Откуда ты знаешь?

– Видел. Она горестно засмеялась.

– Может и забивают... А что прикажешь делать? Мать – старуха, больная совсем, сердце у нее больное, отец – алкоголик, и дня не бывает, чтобы он трезвый был. Как нажрется, так лезть начинает...

– Он, что, тебя насиловал? – спросил Макс.

– Было, – тихо ответила она. – А деревня то маленькая, все про всех знают. Злые языки появились, пальцами тычут. Вот я и забрала сестренку и сюда, в Калининград. Не дай бог, чтоб и ей жизнь такая... – Она начинала хмелеть. – А у меня ж ни образования, ни специальности, откуда ж оно в деревне возьмется корову там, могу подоить, кур, свиней прикормить, да что по хозяйству... Так что приходится вот... – Проститутка посмотрела на него с надеждой. – А ты чем занимаешься?

– Я – прирожденный убийца, – ответил Макс. Она хихикнула.

– Как вон тот? – и указала пальцем на экран.

– Лучше. Ты вот, продаешь свое тело. А я никогда ничего не продаю. Ты продаешь свою честь, и за это надо отвечать. Никаких не может быть отговорок. Никаких. Но я помогу тебе.

При этих словах она выпрямилась.

– Правда?

– Да. Тебе больше не нужно будет выходить туда. Как тебя зовут?

– Маша.

– А фамилия?

– Земская.

– Отлично. Считай, что тебе очень-очень повезло. Ты мне понравилась. Будешь жить у меня? У меня много свободного места...

Она не верила в свою удачу.

– А сестренка?

– Она тоже.

– Я даже не знаю...

«Господи! – думала она, – ванная, чистая постель...»

– Я... я не знаю, как отблагодарить тебя...

– Потом, – ответил Макс. – Еще успеешь.

-Конечно, – ее рука потянулась к его ширинке, но он грубо сбросил ее.

– Потом я сказал!

– Да. – Она налила еще шампанского и откусила шоколад. Голова немного кружилась, но этот вечер казался ей самым лучшим, самым восхитительным в жизни.

«Немножко грубый и неприветливый, но такой и должен быть мужчина «, – подумала Маша.

Когда дверь подвала немецкого дома за ними закрылась, Макс достал тряпку, обмотал ею руку, развернулся и ударял ее в подбородок. От неожиданности и силы удара она повалилась.

Макс накинулся на нее и принялся избивать, ногами в живот, сильнее, сильнее...

Он чувствовал, что плачет, как будто бил кого-то близкого. Сквозь слезы ой взял ее за волосы я принялся наносить удары по груди и лицу. Она еще пыталась как-то защититься руками, но это мало помогало.

Потом, когда она уже почти потеряла сознание, он достал скальпель и полоснул ей по щекам. Плача и всхлипывая, он приблизился к ее лицу и поцеловал ее в губы. Кровь начала обильно струиться, и, он, смешивая ее со слезами принялся подхватывать ее языком. Она была теплая и очень-очень соленая.

– Теперь тебе не надо будет там стоять, – прошептал он. – Ты будешь жить у меня.

Маша уже ничего не чувствовала, она была без сознания.

Макс долго петлял извилистыми коридорами, пока не притащил ее тело в нужную нишу. Потом он некоторое время возился с перегоревшими лампочками, чувствуя на себе испуганные взгляды своих жертв.

Когда, наконец, свет загорелся, он увидел трех, сбившихся в кучу женщин, пожиравших его глазами.