Фея-Крёстная желает замуж

Размер шрифта: - +

Глава 29, в которой я собрала...

Следы действительно улепётывают вдаль коридора, а за ними несётся Мурчелло. Последнего успеваю остановить, бросив в него заклинанием торможения. Он пробуксовывает, едва не летит кубарем, но поскольку всё-таки кот, уравновешивает себя в воздухе, подруливая хвостом, и приземляется на четыре лапы.

Правда, тут же вскакивает на задние, а передние недовольно складывает на груди. В его радужных глазах, как круги на воде, расходятся гнев и презрение.

— Ты совсем спятила, глупая стрекоза!

Он что, Хмуруса подслушивал? А что, с Мурчелло станется.

— Не злись, — задабриваю котяру улыбкой, — я знаю, куда они направились. Мы легко их настигнем, нужно только дождаться Хмуруса.

Не успеваю сказать, а он уже тут как тут. Лёгок на помине. Не ожидала от него такой прыти.

— Я слышал шаги. Снова следы? Вещники?

Мы с Мурчелло дружно киваем. Хмурус смотрит на нас с недоумением:

— Тогда чего стоим? Кого ждём?

— Это всё она! — Мурчелло указывает на меня лапой. — Даже заклинанием в меня шарахнула! Чуть хвост не спалила!

Хвост поддерживает хозяина возмущённым шипением.

— Объясните, что происходит, госпожа Айсель?

Ненавижу, когда Хмурус переходит на этот елейный тон, полный яда.

— Книга-Всех-Историй… Она показала мне будущее. И если мы сейчас, не разработав стратегию, ринемся за следами, то это запустит цепь крайне неприятных и даже трагических событий.

— Книга-Всех-Историй показала будущее? — повторяет Хмурус и задумывается. — Это очень серьёзно. КВИ — надёжный источник, весьма уважаемый в научно-магических кругах…

Я не сразу ловлю в его голосе издевательские нотки. Но когда ловлю — понимаю, к чему он клонит:

— То есть, вы не доверяете ей?

Хмурус прыскает:

— Конечно, не доверяю и имею на то все основания. Она недаром называется «всех историй». Она вправду собирает все, только вот — подряд. И глупые, и нелепые, и вовсе сущие выдумки. Ей доверять — себя не уважать.

— Погоди, Чариус, — Мурчелло, когда хочет придать некую доверительность своим словам, всегда зовёт его по имени. — Из лабораторий, мур-мяв, я вынес то, что в любом абсурде можно найти рациональное зерно. Мы, конечно, не грызуны, чтобы зёрна искать, так что постараемся добраться до рационального мяса. Что нам следует знать, Айсель?

Сейчас все мои симпатии были на стороне Мурчелло. Он это чувствует и пушится.

— Во-первых, — говорю я, — следует помнить, что магия крысоров подчиняющая. В той, книжной версии, они натравили на нас молодцов из ларца, и даже Мурчелло обратили против нас. Во-вторых, эти следы не просто вещника, а сказочника Христиана. Он являлся мне…

— То есть привиделся? — ехидно уточняет Хмурус, чуть выпячивая нижнюю губу. — У неё ещё и видения. Кажется, вы слишком много времени проводите в медотсеке с доктором-приведением.

Кажется, кто-то слишком много ревнует в последнее время. Но, хвала волшебным силам, в наш диалог вклинивается Мурчелло.

— Стало быть, сказочник связан с крысорами?

— Ну да, ведь даже крысоров когда-то придумали сказочники.

— А я всегда считал их порождением Чёрной Злобы…

Пожимаю плечами.

— В творчестве всё сложно, никогда не разберёшь, где цитата, где пасхалика, где аллюзия.

Думаю, Мелоди аплодировала бы мне…

Мелоди… Анатоль… стихи…

Так, будем решать проблемы по мере их поступления. А вот это, по-моему, вслух. Но со мной соглашаются и кивают.

— Сейчас главное нейтрализовать магию крысоров. И чем дольше мы будем топтаться здесь, тем скорее молодцы выпустят пленников.

Хмурус и Мурчелло переглядываются — снова я права.

Котяру мы отправляем за зельями в лабораторию Хмуруса, а сами направляемся к камерам. Успеваем вовремя. Там только-только началась игра на раздевание. Видимо, молодцов оказалось не так просто подчинить.

Следы, должно быть, почуяв наше присутствие, мечутся из стороны в сторону. Но я успеваю выстрелить в них сетью света из волшебной палочки.

Они бьются, как пойманные рыбёшки.

Крысоры тоже щерятся, явно расстроенные тем, что всё пошло не по их плану.

— Кусайте их! — кричит Рыр.

— Рвите их! — командует Ыыр, натравливая на нас двоих из ларца.

Рыжие-копопатые уже идут на нас, устрашающе выпятив грудь.

Но тут Хмурус делает то, чего я никак от него не ожидала: радушно улыбается и раскидывает руки.

— Дружбу помни, а зло забывай, — произносит он на чистом русском, немного напевно растягивая слова.

И великанов будто переклинивает. Они останавливается, оглядывают друг друга и бормочут:

— Чёй-та мы, а? А чёй-та мы?

Хмурус, тем временем, берёт ларец, открывает крышку и говорит:

— Ну-ка, полезайте-ка назад, добры молодцы.

И те прыгают внутрь, уменьшаясь в полёте. Хумрус захлопывает ларец, коварно улыбаясь.

— Что это было? — шёпотом спрашиваю я. — Никогда не слышала подобных заклинаний.

— Древняя русская магия, — поясняет Хмурус. — Называется пословицы и поговорки. Всегда действует безотказно. Сильнее только мат, но то уже оружие.

Значит, от обмена опытом всё-таки есть положительные результаты. Главное, их правильно и вовремя использовать.

… Мурчелло выходит прямо из стены. В его лапах агрессивно поблёскивает с алым бутылочка зельем. Хмурус тут же вооружается доставленным магическим атрибутом. Глаза зельевара маниакально взблескивают, аура идёт чёрными и красными всполохами. Мне такое не нравится, крысорам — тоже. Они ёжатся и, дрожа, отползают в другой угол клетки.



Яся Белая

Отредактировано: 08.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться