Фиолетовый браслет

Юлькина месть

И снова я бежала на тренировку, как бешеная собака. На этот раз я опаздывала ни много ни мало - на сорок минут. Мое физическое состояние оставляло желать лучшего, даже ледяной душ не привел меня в чувства. Когда я, запыхавшись, влетела в танцевальный зал, ребята сразу обратили свое внимание на мою персону. 

- Продолжаем, не отвлекаемся, - сказал хореограф команде, а сам подошел ко мне. - Не обнаглела? – спросил он строго.

- Я спешила как могла. Даже голову не посушила, - пыталась оправдаться я, указывая на свои мокрые волосы, собранные в пучок.

- Боже мой, - тихо сказал Антон и чуть отошел от меня. – От тебя несет, как от пивной бочки, - парень тут же вытащил из кармана синих спортивных штанов мятную жвачку, которую я сразу взяла. – Теперь иди на свое место.

Я послушно встала на исходную, рядом с Олегом. Сегодня танцы давались мне с огромным трудом. Помимо дикой головной боли и слабости, меня начало подташнивать. Кое-как я дотянула до перерыва и сразу же рванула в туалет.

- Так, так, так, - раздался голос Пономаревой позади. Она застала меня возле раковины, когда я умывалась. – Гадко выглядишь. Намереваешься и сегодняшнее выступление нам запороть?

- Иди к черту, дура, - ответила я. Только тупых изречений этой курицы мне не хватало для полного счастья. 

- В отличии от тебя, я умная. Я вовремя хожу на тренировки и всегда в состоянии танцевать, чего не скажешь о тебе. Ты вчера бухала или, быть может, ты залетела? А может, наркоманка?

Слова Пономаревой стали последней капелей. Я быстро подошла к ней и жестко схватила ее за рыжую, кудрявую гриву.

- Слушай, ты, еще раз скажешь обо мне чего-то подобное, я тебя в унитазе утоплю. Будешь говно у меня жрать, поняла? - я сама от себя не ожидала таких грубых слов, но в этот момент моей ненависти к Юльке не было предела.

- Отстань, больно! – застонала Пономарева.

- Пошла вон отсюда, - я тут же разжала пальцы и отпустила ее волосы. 

- Ты сумасшедшая! Ты еще горько пожалеешь об этом! – закричала Юлька, перед тем как уйти. Она чуть ли не плакала от обиды. 

Я снова наклонилась к раковине и ополоснула лицо холодной водой. Нет, я не гордилась сейчас своим поступком, но была рада, что смогла за себя постоять. Тяжело вздохнув, я переместила браслет на другую руку, ведь за все это время, я должна была сделать это не раз. Наверное, я никогда не смогу избавиться от этой резиновой и некрасивой безделушки. Вытерев руки, я отправилась в танцевальный зал, чтобы продолжить тренировки, предварительно сходив в автомат за минеральной водой. Меня дико мучил сушняк. 

Только ближе к пяти вечера я стала чувствовать себя лучше и в следующий перерыв даже смогла выпить чай и съесть пару круассанов с малиной в кафе. Влад все это время продолжал меня игнорировать. Ребята из группы все так же непонимающе смотрели на нас, но спросить, что произошло между нами, не решались.

Антон отпустил всех около семи часов вечера, чтобы мы смогли немного отдохнуть и собраться перед выступлением в клубе. Почти сразу же после того, как я вошла домой, ко мне пришла Анька.

Подруга выглядела не лучшим образом. Она рассказала мне о том, что никакого случайного секса у нее не получилось. Как только Акимова вошла в роскошный номер отеля ее начало тошнить, и она провела всю ночь в обнимку с фаянсовым другом, а ее француз Кристоф все это время заботливо интересовался, может ли он чем-то помочь.

В свою очередь я рассказала ей о проблемах в отношениях с Владом, о ссоре с Пономаревой и о моем вчерашнем пьяном визите в дом Матвейчука. 

На этом наш с ней конфликт был полностью исчерпан. Подруга попросила у меня прощения и объяснила свое неадекватное поведение тем, что ей попросту не хватало мужского внимания, которым я, по ее мнению, все время была не обделена.

- Я, пожалуй, больше не буду пить, - сказала Анька. 

- Аналогично, - ответила я и продолжила собираться в «Сохо».

- И когда ты намерена помириться с Владом? – задала вдруг вопрос подруга.

- Я? Мириться? Не смеши! Я уже сделала первый шаг, позвонив ему – этого достаточно. Он даже не поднял трубку, а потом еще и Пономареву взял в пару.

- Шевченко, ну ты же виновата, признайся. Он приволок тебе лилии, которые, кстати, завяли, - Анька кивнула в сторону букета.

- Вот-вот. Даже цветы его противные сдохли. 

- Лиль, мирись. Правда. Попробуй. Он же хороший у тебя. Не мямля, как Голубев.

- Я попробую, но не знаю, когда, - сказала я, когда докрасила подводкой второй глаз. – Кстати, не хочешь со мной? Поболеешь за нас.

- Я бы с радостью, но сегодня вечером родители приезжают из Питера и остаются у меня на ночь, - грустно произнесла Анька. – Наверняка спросят, где Макс и очень будут огорчены тем, что мы не вместе. Даже и не знаю, может, им не говорить?

Родители Акимовой два года назад переехали жить в северную столицу. Там у них была огромная квартира на Фонтанке, которая досталась отцу Аньки, Владимиру Николаевичу, в наследство от его матери. Так как предки Аньки были уже в возрасте и сидели дома на пенсии, все свободное время они посвящали прогулкам и путешествиям. 

- И как долго ты намереваешься это скрывать? Пока не закончишь учебу? А потом вдруг скажешь им, что вы уже три года, как не встречаетесь и замуж тебе выходить не за кого?

- Ну, к тому моменту я найду жениха.

- Конечно, найдешь, только это будет не Максим Голубев, без которого родители тебя уже не представляют. Мой совет – скажи им, если, конечно, не собираешься сойтись с этим придурком снова.

- Боже упаси! Да ни за что на свете! С меня довольно! – ответила Анька и посмотрела на дисплей телефона, который вдруг зазвонил. - +33 6 33... – глядя на мобильный диктовала Акимова. Чей, блин, это номер?

- Не знаю, возьми и спроси, - ответила я и взглянула на себя в зеркало. Макияж мой был ярким и аккуратным. Я осталась довольна результатом и направилась в ванну, чтобы немного завить волосы.

- Угадай, кто звонил? – сказала Анька, которая следом пришла за мной.

- Неужели Максимка? - смешно коверкая голос, предположила я.

- Нет, хуже. Это был вчерашний дружок из клуба. Кристоф. Предлагает встретиться.

- Шерше ля фам, ищите женщину! – смеясь, ответила я. – Ну, а ты чего? Согласилась?

- Вот еще! Он наверняка хочет затащить меня в постель.

- Ну почему ты так думаешь? Сама же говорила, что он заботливо ухаживал за тобой, пока ты блевала в его сортир, - наматывая очередную прядь на плойку, ответила я. – Может, ты ему и правда понравилась.

- Не знаю. Я все равно уже отказала. Да и не могу я сегодня. У меня же предки приедут, - грустно вздохнула Анька.

- Смотри. Может, он и есть мужчина всей твоей жизни? Представь, выйдешь за него. Переедешь во Францию, я буду к тебе в гости приезжать, - предложила я вариант развития событий подруге. 

- Ага, закуплюсь вискарем и выйду за него! Лиль, после вчерашней ночи, мне в глаза-то ему смотреть стыдно, а ты мне про замуж…

- Вот так и говори, что тебе стыдно! А то боится она оказаться в постели симпатичного француза! Слушай, а может тебе пятьдесят грамм водки хряпнуть для храбрости? И вперед, на свидание! – иронично предложила я.

Тут мы дружно рассмеялись и обнялись. Как же все-таки хорошо иметь лучшую подругу, с которой можно сначала поплакать, потом посмеяться и постебаться одновременно.

*** 

Группа «Magic» справилась с выступлением на отлично. Несмотря на то, что еще днем я страдала от похмелья, к вечеру от него не осталось и следа. Антон даже нас похвалил. Танец, судя по аплодисментам, всем понравился.

- Отличная работа, блондинка, - сказал Матвейчук, когда подошел ко мне. – По правде сказать, не надеялся на тебя после вчерашнего, - было видно, что наставник и правда сомневался во мне, а когда я выступила безупречно, он был удивлен этому.

- Спасибо, - коротко поблагодарила я.

- Не за что. Я бы выгнал тебя из группы, потерпи ты фиаско, - самодовольно улыбаясь, ответил он.

- Вряд ли. Ты наш временный хореограф и не тебе решать мою дальнейшую судьбу, - парировала я в ответ.

- Уверена?

- На сто процентов!

- Зря, - ответил Антон и направился в сторону бара.

- Ты не в праве распоряжаться мной, я не твоя подопечная! – выкрикнула я ему в ответ.

- Думаешь, если бы я рассказал Кэти о твоем косяке, то она бы тебя по головке погладила? – остановившись, сказал Матвейчук.

- А ты что, стукач?

- Нет, просто не терплю, когда к работе относятся так халатно, как ты, - серьезно и спокойно ответил парень. – Мне не нужны безответственные, тупые блондинки в команде.

Слова Антона звучали очень обидно и жестоко. Я даже на мгновенье опешила.

- Какого черта я тупая блондинка? И вообще, почему ты никогда не называешь меня по имени?

- Я его не знаю. Я забыл, как тебя зовут, - парень равнодушно пожал плечами. – Извини.

- Вот ты козел! – не стесняясь в выражениях, ответила я. Таких высокомерных и надменных людей я давно не встречала. 

- Помой рот с мылом, алкоголичка. Тебе не идут хамские слова.

- Хамить начал ты! 

- Все, блондинка. Гуляй. Утомила, - Антон развернулся и зашагал прочь от меня.

- Лиля! Меня зовут Лиля, придурок! – крикнула я ему вслед. 

После такого разговора меня колотила нервная дрожь. Ни один парень никогда так со мной не обращался. Я не понимала, чем я заслужила такие неприятные слова в свой адрес. В это мгновенье мне резко захотелось бросить занятия танцами. Утешало только одно - совсем скоро, через какие-то две недели приедет наша Кэти и у меня снова будет все хорошо. Стоит лишь немного потерпеть.

Немного успокоившись, я направилась на поиски Влада. Сейчас, как никогда, мне нужно было уткнуться в его плечо и почувствовать поддержку близкого человека. Я шла с твердым намерением помириться и попросить прощение за свое недавнее поведение. Перед тем, как войти в гримерку, где переодевалась наша группа перед сегодняшним выступлением, я поменяла браслет с руки на руку. Ведь то, что у меня было в голове после разговора с Антоном, нельзя назвать хорошими мыслями, а с Владиком я хотела начать разговор исключительно на позитиве. 

Открыв двери в крохотную комнатку, я чуть не села на пол от увиденного. В углу возле зеркала стоял мой Влад и целовался с Пономаревой! Внутри у меня все оборвалось. Сердце бешено застучало и стало трудно дышать. Наконец, парочка обратила свое внимание на то, что они находятся тут не одни. Их реакция кардинально отличалась. Лицо Влада побелело, когда он меня увидел, он словно завис, не зная что сказать, а вот Юлька ликовала. У нее на лбу было написано, что она рада такому развитию сюжета. Ни слова не проронив, я убежала прочь из гримерки. Влад тут же бросился следом.

- Лиля, Лиля, подожди! – кричал он мне вдогонку, но я не намерена была останавливаться. 

Мигом я выскочила на улицу и запрыгнула в первое попавшееся такси. Когда я продиктовала свой адрес водителю, машина сразу же тронулась с места. Позади остался Владик, который некоторое время еще бежал за нами. Только в салоне автомобиля я поняла, что вся моя верхняя одежда осталась в клубе вместе с деньгами. 

- Остановите, пожалуйста машину. У меня денег нет, - проехав метров четыреста, сказала я.

- А чего тогда садишься? – раздраженно крикнул мне водитель и резко затормозил. 

Я вышла из машины возле какого-то бизнес-центра, не представляя, что мне делать дальше. На улице было холодно, и я в своей легкой одежде тут же замерзла. Хорошо хоть телефон был в кармане. Я сразу же набрала номер Аньки и попросила забрать меня. 

По приезде домой я рыдала как ненормальная Акимовой в жилетку. Таким ненужным ничтожеством я себя еще никогда в жизни не ощущала. Никогда бы не подумала, что Влад сможет меня предать и променять именно на Юльку! На ту, кого я ненавидела с самого первого дня нашей встречи. Анька, глядя на меня, тоже плакала, видимо, очень жалко я выглядела на тот момент. В довершении всего я жутко замерзла, пока ждала подругу на такси. Меня сильно знобило.

- Лилька, давай ложись в кровать уже. Ты как ледышка, - подруга уложила меня и накрыла пледом. - Сделаю тебе горячий чай, - сказала Анька перед тем, как уйти на кухню.

Я молча кивнула и свернувшись калачиком, продолжала отогреваться. В моей голове снова и снова всплывала эта немая сцена в гримерке. Без сомнений, Пономарева мне отомстила. Я пожалела, что оттаскала ее за волосы и все бы сейчас отдала за то, чтобы забыть о их поцелуе.

От слабости, усталости, слез, холода и безграничного одиночества я закрыла глаза и начала засыпать. И только мой телефон бесконечно исполнял одну и ту же песню, которую я когда-то поставила на Влада: «Разбуди меня, в этой темноте… В этом холоде больше не смогу. Отпусти, прошу…»