Фиолетовый браслет

Размер шрифта: - +

Be happy

И другие краски и уже под кожей,
И они мне теперь всего на свете дороже
На запястье буквы твоего имени
И если вскроюсь, значит вычеркну их…


Нет, конечно, я не совсем идиотка, чтобы выводить чье-то имя на своем запястье. Я всего-то лишь нанесла в студии у своего давнего друга Никиты на Красной Пресне коротенькую фразу «be happy». Оригинальности в ней не было абсолютно никакой, но именно сейчас мне особенно сильно захотелось сделать татуировку. В дальнейшем я планировала нанести еще как минимум два рисунка на своей коже. И, наверное, это будут уже полноценные красивые работы, а не просто надписи. 

- Ну, все, Лиль. Готово, - сказал мастер, когда заклеил мою тату пленкой. - Не вздумай мочить и мажь «Бепантеном», тогда заживет быстро. 

- Спасибо, - поблагодарила я Никиту и отправилась домой. 

Через три часа меня ждала тренировка, на которую сегодня идти совсем не хотелось. Мои мышцы срочно требовали отдыха и «ничегонеделанья». Скинув с себя верхнюю одежду и зимние сникерсы я рухнула на диван, стоило мне только войти в дом. Понимая, что я больше не могу и не желаю двигаться с места я пошла на отчаянный шаг – позвонила Антону и объявила о своей мнимой простуде и температуре под сорок. Матвейчук конечно же мне поверил и разрешил отлежаться дома пару дней, пока я не поправлюсь. Абсолютно довольная своей актерской игрой я без зазрения совести скачала с торрента фильм «Исчезнувшая» и растянувшись на кровати провела ближайшие два с лишним часа в приятной компании Бена Аффлека и Розамунд Пайк. Мое чудесное времяпрепровождение нарушил мобильный, который громко трезвонил в кармане моей куртки. Судя по мелодии это был Владик. Когда я ответила парень обеспокоенно начал расспрашивать меня о здоровье. Видимо, после того, как он узнал от Антона по какой причине я отсутствую у него моментально прошли все обиды. 

- Лиль, а может мне приехать к тебе? Может лекарства какие нужны? – заботливо спросил Влад.

- Нет. Все хорошо. Температура спала, думаю, ничего серьезного. Не переживай, - отвечала я тихо, стараясь побыстрее завершить этот разговор полный вранья.

- Уверена?

- На сто процентов! – как можно убедительнее ответила я в трубку и тут же распрощалась с парнем.

- Вот я гадина! – пробубнила я себе под нос, глядя на отражение в зеркале. – Такими темпами браслет врастет в мое запястье…

Я равнодушно смотрела на резиновую побрякушку снова не зная, имеет ли вообще смысл менять ее местами. Прошедшие выходные совершенно выбили меня из колеи «правильности» и хороших манер. Оставалась всего какая-то неделя, но я облажалась и придется вести отсчет заново. Надоело. Не было никакой мотивации. Единственное, мне никак не давал покоя успех Акимовой на этом поприще. Неужели она смогла, а я нет? Быть может мне стать затворницей на следующие три недели и браслет волшебным образом сам рассосется с моей руки? А что, по утрам лекции, потом тренировки, а в перерывах между учебой и репетициями я буду есть, спать и читать умные книжки. Никаких встреч с Анькой, никаких клубов! Налажу отношения с Владиком и найду общий язык с Пономаревой – всего-то ничего! 

Оставалось только решить куда засунуть Антона, вместе с моими неправильными мыслями о его персоне. Вообще, я считала странные чувства к нему ничем иным, как временным помешательством и буквально уговаривала себя, что в скором времени вся эта ванильная лабуда пройдет. Я строго настрого запретила самой себе отслеживать его социальную жизнь вконтакте и инстаграмме, решив, что видеть его буду только на репетициях. Ходить на тренировки я собиралась также, как и прежде, без косметики и вызывающей одежды, чтобы никак не привлекать к себе внимание. Главное, самой поверить в то, что жизнь идет своим чередом, что ничего не изменилось…

Окончательно убедив себя в том, что фиолетовый браслет поможет мне поменяться в лучшую сторону, я решила начать новый отсчет с завтрашнего дня не меняя руки, потому что сейчас я меньше всего хотела надевать на свое татуированное запястье какую-то резиновую фигню. 

Взяв маленького Тошу на руки я отправилась вместе с ним обратно в кровать. Питомец тут же улегся на мою подушку и мирно заснул, свернувшись клубочком, а я перед сном залезла в социальные сети, чтобы немного поболтать с Анькой. 

Открыв свою страничку вконтакте я обомлела. Ко мне в друзья добавился Матвейчук и тут же написал несколько сообщений в которых интересовался смогу ли я уже завтра прийти на тренировку. Дурацкая улыбка тут же поселилась на моем лице. Приятная дрожь мурашками пробежала по телу. Было безумно приятно читать от него эти послания и вдвойне приятно, то, что он сам меня добавил, а не я его. Я долго рассматривала новую аватару своего наставника с которой мне очаровательно улыбался Антон в шапочке с надписью «NYC». Мое внутреннее я негодовало, требуя немедленно захлопнуть крышку ноутбука или хотя бы перестать тупо улыбаться, глядя в монитор. Быстро ответив, что завтра постараюсь присутствовать на трене, я вышла из контакта и выключила компьютер. Сердце бешено колотилось, спать я даже не пыталась, постоянно думала о милой улыбке засранца Матвейчука, которая так запала мне в душу…

*** 

Проснулась я со страшной головной болью и заложенным носом. Доигралась! Довралась! Заболела! Мое тело буквально горело. Взглянув на часы, я поняла, что проспала первую пару, но в моем состоянии было бы глупо сейчас срываться на учебу. Я мечтала только об одном – сбить температуру и к шести вечера быть у Антона на занятиях. Наглотавшись таблеток я нырнула под одеяло, мысленно молясь о том, чтобы произошло чудо, и я побыстрее поправилась. Проснулась я через пару часов, температуры практически не было, а вот слабость была такая, что я на ногах еле держалась. Я потянулась к мобильнику и позвонила Аньке, у которой тут же попросила совета и помощи в лечении простуды. Через полтора часа Акимова сидела возле меня с кучей всяческих лекарств и скептически смотрела на шкалу моего градусника. 

- Почти 39, Лиль. Никаких танцев! Тебе надо больше отдыхать и вообще лучше иди на больничный, грипп по Москве гуляет, ты же не хочешь загреметь в больницу?

- Анечка, мне очень надо! Умоляю тебя сделай хоть что-нибудь! Я должна там быть, - стонала я.

- Ты дура? Да и что я сделаю, я не врач!? – строго спросила Анька, глядя на меня.

- Ань, правда надо. А завтра я вызову терапевта на дом и пойду на больничный.

- Совсем свихнулась, Шевченко?

- Да, - вздохнув, ответила я, понимая, что веду себя словно маленькая девочка. 

- Зачем тебе в зал? Ты в таком состоянии ничего толком даже станцевать не сможешь!

- Я уже рассказывала тебе, что у нас с Пономаревой идет борьба за участие в мюзикле. Я хочу победить!

- Вчера значит прогуливала и не хотела победить, а сегодня захотела? – недоверчиво спросила подруга. – Говори правду. Я же вижу, что ты врешь!

- Хорошо, - немного подумав, ответила я. – Я кажется влюбилась, как последняя идиотка, - стараясь не смотреть на Акимову, тихо прошептала я.

- И я так понимаю, не во Влада, - утвердительно добавила Анька.

- Нет, не в него…

- Погоди, дай угадать, - прервала меня подруга. – В Матвейчука! Так?

- В яблочко, - кивнула я положительно головой в ответ.

- О Боже! Зачем? Я почему-то знала, что этим все кончится! – простонала Анька. – Он же вообще не вариант! Думаю, не надо тебе говорить, о том, что он меняет девушек, как перчатки и на фиг ему ты не сдалась? Ты же мне сама говорила, что у него куча поклонниц.

Я соглашалась с каждым словом подруги, но сердцу приказать не могла. Мне казалось, что если я не увижу этим вечером Антона, я просто сдохну дома от тоски и этой дебильной неразделенной любви. 

- Блин, вот ты попала, - констатировала Анька, глядя на мое расстроенное лицо. 

Конечно, Акимова мне помогла. Она позвонила своему другу Олегу Ковалеву, который учился в медицинском университете на хирурга. Тот любезно согласился приехать ко мне и сделать пару жаропонижающих уколов в задницу. Эти чудодейственные лекарства мигом поставили меня на ноги, и я стала чувствовать себя гораздо лучше. Правда несколько раз, Олег настоятельно порекомендовал мне оставаться дома и не шутить со здоровьем. 

- Мне нужно бежать, - сказала я, стоило только врачу шагнуть за дверь.

- Олежка тут тебе кучу рецептов написал, - ответила Анька, натягивая на себя марлевую повязку, которую ей вручил Ковалев. – А если ты меня заразишь, я тебя убью, - серьезно сказала подруга и направилась на кухню, чтобы выпить лекарства для профилактики гриппа.

- Как думаешь, что надеть? – не унималась я, переворачивая все вещи в шкафу.

- То, что теплее, Шевченко! Господи, какая же ты все-таки дура! Впервые вижу тебя такой глупой влюбленной курицей! Никогда бы не подумала…

- Ань, вызови мне лучше такси. Хватит причитать! – сказала я подруге. 

Мой затуманенный простудой мозг совершенно отказывался воспринимать окружающий мир адекватно, и я сейчас следовала только своим инстинктам. Мне нужно, просто необходимо было видеть Антона, и я четко следовала своей цели…

На занятиях я появилась при полном параде: короткие джинсовые шорты, черный топ, сверху клетчатая рубашка, красного цвета, завязанная в районе талии в узел. Конечно, я ярко накрасила глаза, а волосы уложила в аккуратные локоны… Идея выкинуть Матвейчука из головы пошла лесом, и я тупо хотела сейчас ему понравиться. Ведь любовь не может быть плохим чувством, и уж тем более из-за нее мне не придется менять то и дело с руки на руку мой фиолетовый браслет? 

Когда я пришла в зал и встала на исходную было видно, что Антон невольно проводил меня взглядом. Он, наверное, был немного удивлен такому резкому преображению. Первый час с небольшим я танцевала, как в последний раз, да что там танцевала – я парила. Матвейчук даже несколько раз похвалил меня за отличную форму, чем вызвал у Пономаревой приступ зависти. Через два часа занятий температура начала давать о себе знать и медленно возвращалась, накрывая меня противными волнами жара. Еле дождавшись перерыва я доплелась до мягкого пуфика и рухнула на него. 

- Шевченко, ты в порядке? – спросил Антон, глядя на меня внимательно.

- Нормально, - чуть улыбнувшись, ответила ему я, совершенно не понимая, как я дальше буду танцевать.

- Лиль, да ты горишь вся, - обеспокоенно сказал наставник, который только что дотронулся ладонью до моего лба. – Что это еще за жертвы? Отправляйся немедленно домой! – в приказном тоне сказал Антон. 

- Я в порядке, - соврала я, стараясь говорить, как можно спокойнее.

- Я вижу, - серьезно ответил Матвейчук. – Давай домой, лечись, - строго сказал он, не оставляя мне ни малейшего шанса, продолжить тренировку.

Я нехотя поднялась на ноги и направилась к выходу. В коридоре меня встретил Владик, который увидев мое поганое состояние сразу же стал ругать мое безрассудство. Как я оказалась дома, я уже помню плохо, но когда я очнулась, возле моей постели сидел Влад и врач, которого он мне вызвал. 

Похоже, в ближайшее время мне даже можно было не мечтать о танцах…

***

Следующие две недели я провела дома под зорким контролем Влада, который снова, как-то совершенно незаметно, вернулся в мою жизнь и практически поселился у меня в квартире. Словно заботливая нянька он то и дело носился со мной, как курица с яйцом. Это меня порой даже начинало подбешивать, но по большому счету его нежность и любовь придавали мне сил. Сейчас я чувствовала себя по-настоящему нужной. В довершении всего из-за моей простуды и постоянного сидения в четырех стенах я реже стала вспоминать Антона. Наше общение с ним было сведено к минимуму и похоже моя "Матвейчукомания" начала потихоньку отступать. По правде сказать, это меня радовало. Вместо того, чтобы днями и ночами думать о наставнике, я ударилась в учебу и это у меня очень неплохо получалось. В первый же день, после того как я пришла с больничного преподаватель в универе устроил нам коллоквиум, который я успешно сдала. Единственное, что меня огорчило - это место в мюзикле «Поющие под дождем», которое получила Пономарева, а не я, потому что в то время пока я валялась дома больная, Юлька благополучно прошла кастинг. Несмотря на это досадное поражение, настроение у меня все равно было хорошее. Я весело шагала по весенней улице, залитой ярким солнечным светом, по направлению в «Олимпийский».

Мое оптимистичное и бодрое настроение вмиг улетучилось, когда я столкнулась возле зала с Антоном, который беседовал с какой-то рыжей, голубоглазой девчонкой. Они живо что-то обсуждали, улыбаясь друг другу. Вот скажите, почему на моем пути всегда появляется рыжая и портит мою жизнь, а? Я только что избавилась от Пономаревой (на ближайшие два месяца моя соперница по танцам была полностью занята репетициями в мюзикле), так появилась еще одна рыжая бестия!

- Шевченко, привет! Как твои дела? – увидев, что я иду, наставник тут же меня поприветствовал и по-свойски приобнял. – Рад, что ты вернулась в наши танцевальные ряды.

- А я то как рада! – стараясь не выдавать своего раздражения, ответила я.

- А это Женька Самойлова. Она будет танцевать с вами в группе, - представил мне рыжую Антон.

- Очень приятно, - соврала я, натянув на лицо беспечную улыбку, хотя внутри уже разгорался пожар ревности.

- Взаимно, - чуть кивнув, улыбнулась мне новая знакомая в ответ.

Я резко развернулась и тут же скрылась за дверью зала, оставляя Антона и его Женю наедине. Пусть дальше флиртуют.

Как выяснилось позднее, эта Евгения довольно-таки неплохо двигалась. За ее плечами были годы проведенные в балете «Тодес» у Аллы Духовой и множество танцевальных конкурсов, где она занимала лидирующие места. 

После занятий я и Влад неспешно брели во улице домой, взявшись за руки. Парень постоянно мне что-то рассказывал, а я лишь делала вид, что внимательно его слушаю. На самом деле мои мысли были снова отданы моему наставнику. Стоило всего раз увидеть его улыбку, и я как послушный, верный пес, готова была бежать за Антоном на край света. Ненавижу эту любовь! 

- Да, Лиль? – повторил свой вопрос Влад, внимательно глядя на меня. 

Я растерянно захлопала глазами, не зная, что ответить, потому, что последние несколько минут моя голова витала где-то в районе облаков. 

- Ну, как считаешь? Я думаю, было бы неплохо, - сказал парень, сжимая мою руку крепче.

- Наверное, да, - тихо ответила я, не понимая, на что конкретно я соглашаюсь.

- Здорово. Тогда я завтра же перееду к тебе и будем жить вместе.

- Завтра? Переехать? – неуверенно переспросила я. 

- Ну, ты же согласилась, - улыбнулся в ответ мне Влад. – Я так рад и так люблю тебя, - нежно прошептал парень, изучая мое удивленное лицо. 

- Ага, - кивнула я, стараясь не показывать своей паники.

Какого хрена вообще я не слушаю, что мне говорят? Что теперь делать-то? Я совершенно не готова быть с Владиком 24 часа в сутки! Его и так в последнее время слишком много в моей жизни! А родителям я чего говорить буду? Они как раз планировали приехать ко мне в начале апреля.

- А ты уверен, что нам не нужно немного повременить? – робко спросила я, стараясь не обидеть парня.

- Да все будет хорошо, не переживай, кисуль, - ответил мне Влад, нежно чмокнув в лоб.

Так я, легко и непринужденно подписала себе настоящий смертный приговор…



Natiz

Отредактировано: 14.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться