Фронтир

Размер шрифта: - +

XVIII

* * *

 

Изменения стали ощутимы уже на следующее утро: небо прояснилось, выглянуло солнце, и снег казался теперь россыпью мелких бриллиантов. Воздух будто бы стал чище. Я поднялась с постели с трудом, с головной болью, мучимая уже знакомым приступом, не способная отделить свою боль от той, что испытывал Недвин. Закутавшись в плащ прямо поверх сорочки и легкого халата, я спустилась вниз, открыла заднюю дверь и вышла на двор. Снег похрустывал под ногами, морозец колол щеки.

- Я должен увидеть ее светлость!

- Леди Алуэтта еще не поднималась.

В голосе Уинифрид звучала такая непоколебимая уверенность, что мне стало немного нелепо. А я вот поднялась, и даже вышла во двор, хотя Уинни и утверждает обратное. И должна я сейчас лежать покорно, носом сопеть в подушку и видеть десятый сон.

- Вы не понимаете! Это очень важно!

Я заглянула в холл через приоткрытую дверь. Уинифрид, уже полностью одетая несмотря на достаточно ранний час, скрестив руки на груди взирала мрачно на молодого помощника капеллана. Элсрин его звали, что ли? В новоустроенном госпитале он совмещал обязанности метбрата и администратора, а еще ему было поручено усмирять Розу Бэджолл.

Забавно, что я только сейчас о ней вспомнила. Как там наша поклонница доктора Недвина? Все слезы выплакала в подушку?

Я закусила губу, удивляясь собственной глупой злости. Это все от напряжения. А еще, должно быть, из-за того, что в воздухе чувствуется что-то чужое, недоброе. Возможно, мне не следовало просить Сеймар Лэах колдовать с ветрами. Может статься, к вечеру ураганы сравняют Сат с землей, как приснопамятный Сугеш.

Я вошла в холл, потопала немного, чтобы стряхнуть снег с обуви и заодно привлечь к себе внимание.

- Что случилось, Элсрин?

Юноша поклонился, старательно делая вид, что герцогиня в одной ночной сорочке — обычное для него дело. Сорочка была, к слову, полупрозрачная, так что сквозь нее просвечивало мое тело. Я отчего-то смутилась, возможно, впервые в жизни, и запахнула плащ плотнее.

- Так что случилось?

- Двое проклятых, леди Алуэтта… Они…

- Ну что? - я начала терять терпение. Этот мальчишка потерял голову из-за неземной моей красоты, или моего величия? Или он всегда такой тугодум?

- Они скончались на рассвете, миледи.

- Подай платье, - я взбежала по лестнице, задержавшись на мгновение на последней ступени. - Подождите меня, Элсрин. Зайдите на кухню, Дебра нальет вам чашку пунша.

Я плеснула в лицо воды из умывальника, потом толкнула дверь и замерла на пороге прежней своей спальни. Ковер убрали, но черное, выгоревшее пятно в форме звезды отпечаталось, должно быть, навсегда.

Рано или поздно кто-то из проклятых должен был умереть. Нельзя надеяться на счастливый конец для всех, я и для себя-то его не вижу, честное слово.

- Платье готово, миледи, - Уинифрид тронула меня за плечо. - Это не потому, что вы просили Сеймар Лэах о колдовстве, я уверена.

- Даже не думала об этом, - соврала я.

Одевшись, наспех сделав прическу, я набросила плащ, зашнуровала ботинки и поспешила через площадь в клинику. Капеллан бормотал молитву, кто-то поминал в сердцах Матушку, страшно, по имени, и тотчас же сам пугался. Увидев меня, Сулиж оставил свое скорбное занятие, и снова превратился из капеллана в доктора.

- Милейшая леди Алуэтта, поднимемся наверх?

Я последовала за ним в тот самый кабинет, который облюбовал для себя Недвин, села на краешек кресла и сцепила руки на коленях.

- Буду с вами откровенен, миледи… - Сулиж пожевал щеку. - Сила амулетов, приготовленных китоврасами, иссякает быстрее, чем мы надеялись. Двое сегодня скончались. Остальные же… Состояние их очень тяжелое, и мы совершенно не представляем, как же браться за лечение. Здесь нужен маг, но мы им не располагаем. Нужно посылать за специалистом ко двору его светлости, или в Альсиму.

- Я отправлю письмо немедленно, - Сулиж прав, медлить больше нельзя было. Я встала, подошла к столу, где все было разложено в уже знакомом порядке, и быстро написала короткую, деловую записку. Запечатала ее личной печатью, а рядом еще приписала несколько слов самым строгим почерком. У Ларка не должно возникнуть сомнений, что дело серьезное. - Я занесу его на почту. Пока же… У меня есть кое-какие старые амулеты, очень сильные, до конца не разряженные. Я передам их Белону, может быть он что-то придумает.

- Благодарю вас, - поклонился капеллан.

Весь день я суетилась, отправляя письма, договариваясь с китоврасами, разрешая множество мелких проблем. Ночь я проспала, как убитая, а проснулась, кажется, лишь для того, чтобы повторно прожить тот же самый день. Амулет теряет силу, люди умирают. И на третий день — снова. И так, кажется, могло продолжаться целую вечность.

На четвертый день вернулся Макгройен и привез неутешительные вести. Они обнаружили тело почтового курьера, истерзанное, обожженое огнем, на небольшом расстоянии от города. Сейчас, когда кандаваси больше не вмешивались в мои дела, стало понятно — на Сеймар Лэах, а теперь и на курьера напали маги, которые не желали видеть лишних колдунов во Фронтире. Недвин все еще остается нашей единственной надеждой. И он все еще жив.



Дарья Иорданская

Отредактировано: 08.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться