Фронтир

Размер шрифта: - +

XVII

Город лежал внизу передо мной каскадом зеленых, синих, красных черепичных крыш. Кое-где золотились купола храмов и искрились хрусталем крыши оранжерей. Их здесь по словам Недвина было много. Жители Агвиеи были необыкновенно богаты, многие могли бы поспорить в этом с нашей семьей, а то и со всей герцогской казной. Дамы и кавалеры, одетые по последней моде, сверкали драгоценными камнями и золотой отделкой нарядов. Даже простые горожане ухитрялись нацепить на себя по дюжине цветных стекляшек, среди которых порой попадались настоящие камни поплоше. Сколь бы не была мне неприятна Альсима, Агвиея оказалась еще хуже. Она подавляла, в этом городе я себя ощущала провинциалкой, приехавшей в пышную столицу из совсем глухой деревни.

- Как и все, - сказал Недвин, когда я поделилась с ним этим чувством. - Думаю, даже даваси так себя здесь чувствуют.

Мы нырнули в узкое ущелье между высокими домами, облицованными красно-коричневым гранитом, и влились в шумную толпу.

- Куда все идут?

- Взглянуть на прибытие даваси.

На мой взгляд, не бог весть какое событие. Однако, толпа становилась все гуще, и начало казаться, нас просто раздавят.

- Ты нашел такой изощренный способ избавиться от жены? Или это двойное самоубийство?

Недвин негромко рассмеялся.

- Ты будешь вознаграждена за мучения, обещаю. К тому же, два квартала вниз и налево расположена улица ткачей. Там ты найдешь себе и модистку, и магазин готового платья.

Впереди послышались громкие крики, какая-то шумная ссора, сзади напирали, и наало казаться, что до модистки я уже не доберусь. Но "ущелье" наконец кончилось, и мы оказались на залитой солнцем площади, полной народа.

- Идем, - Недвин сжал мою руку и потянул за собой. Ему, кажется, не терпелось взглянуть на что-то.

- Вто вообще происходит?

- Прибытие даваси. Наверх посмотри.

Я послушно запрокинула голову, но надо мной не было ничего, кроме синего, по-весеннему яркого неба. Глупая шутка! Я опустила взгляд и принялась разглядывать площадь. она была обрамлена домами, владельцы которых, кажется, состязались между собой в высоте зданий и богатстве облицовки. В центре площади высилась витая колонна из темной бронзы с позолотой, покрытая рельефами, но разглядеть их с такого расстояния я не могла. Венчала ее золотая игла. Не было ни лавко, ни чего-либо еще, способного привлечь такое количество зевак.

А потом тень накрыла площадь, я вновь подняла голову и оторопела. По воздуху плыл огромный корабль. Был он белый, вытянутый, с почти плоским дном. У него были мачты, легкие сияющие паруса и крылья, полупрозрачные, точно стрекозиные. Зрелище это завораживало, ошеломляло и в то же время пугало. Корабль пришвартовался к колонне, к золотой игле, и вниз упала, раскручиваясь, веревочная лестница. Даваси начали спускаться с необычайным изяществом, каждым движением влюбляя в себя толпу, затаившую дыхание.

Я моргнула, и очарование пропало. Никто не может спускаться по веревочной лестнице изящно, сохраняя достоинство. Даже даваси.

- Это... Почему я никогда не слышала о летающих кораблях? - я посмотрела на мужа. Судя по взгляду, его васи тоже не одурачили.

- Магия. Рассказать об этом ты можешь только тому, кто сам эти корабли видел в полете, - Недвин пожал плечами. - Очень старая магия. То ли наши мудрецы наложили лет пятьсот назад, то ли даваси, от обиды, что их не пускают летать надо всей Аппелузой.

Я поежилась, представив, как целый флот таких кораблей пролетает нам Стромой, над моим Фронтиром.

- Нет уж, спасибо. Обойдемся без такого счастья.

- Но, согласись, красиво, - хмыкнул Недвин.

- Как и все у даваси: даже слишком.

Муж засмеялся.

- Идем, выберем тебе платье. Слишком уж ты злая в этом корсете.

Что верно, то верно.

Мы протиснулись сквозь толпу, очарованную васи и завороженно следящую за прибытием второго корабля, и свернули в еще одну улицу-ущелье. Здесь дома были облицованы голубым мрамором и ракушечником.

- Есть легенда, - Недвин заметил мой интерес к домам. - Лет триста назад здесь жили пять семей, пытающихся перещеголять друг друга во всем. Они и построили эти дома, соревнуясь в размере особняков, высоте, пышности, богатстве отделки. Получилось пять уродливых домов вокруг почти круглой площади. Лет за сто семьи разорились, что неудивительно, и город выкупил эти особняки, собираясь снести. Но король Эдуард Пятнадцатый оказался большим поклонником старинной архитектуры и повелел оставить все, как есть. Площадь носит название - Звезда, но неофициально ее называют "Площадью Идиота".

- И много здесь таких "достопримечательностей"?

Недвин улыбнулся.

- В Агвиее всегда жило немалое число богачей.

Значит много.

 

* * *

 

Еще с полчаса мы бродили по окрестностям, любуясь сомнительными местными красотами. Каждый в этом богатом городе старался перещеголять соседа в пышности, богатстве отделки, красоте материалов — мрамор был восхитительный! - и уродстве того, что из них делали. Потом мы спустились в Нижнюю часть города, где были в основном доходные дома в три-четыре этажа с лавочками внизу. Здесь было светлее, и дома понравились мне значительно больше. Хотя неприятное ощущение собственной провинциальности никуда не пропало.

Следует признать, тугой корсет портил мое настроение, да и весь характер в целом. Поэтому я сосредоточилась на поисках модистки.

Город, очевидно, менялся медленно, потому что лавочки торговцев одеждой и модисток сыскались именно там, где и ожидал Недвин. Они занимали всю длинную улицу, соревнуясь друг с другом в убранстве витрин и яркости вывесок. И помпезности именования магазинов. Я даже и не знала, что выбрать, поэтому свернула в первую попавшуюся лавочку.

Ее хозяйкой оказалась даваси. Молодая, редкой красоты, которой даже сложно было позавидовать, она раскладывала на прилавке цветные ленты. Несколько молодых покупательниц щупали редкие, узорчатые ткани, перебирали отрезы шелка. Увидев меня, даваси царственно кивнула и вернулась к своему занятию.



Дарья Иорданская

Отредактировано: 08.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться