Генри Смит и королева

Размер шрифта: - +

Сумасшедший дом - санаторий Сатаны!

- Конечно! Разве вы не знаете, что душа переживает множество воплощений. И меняет свои оболочки.

- Да, есть такая религия.

Санитар прикрикнул:

- А вы, чего стоите? Идите хавать быстрее. Получите пайку.

Генри подошел к окошку.

Обед был не очень, суп - типичная баланда, на второе мясо -сплошные хрящи. Пабло Пикассо шепнул:

- Вообще, выделяют деньги на кормежку приличные, вот только крадут много.

Генрих Наварский согласился:

- Обкрадывать психов безопаснее всего. Хорошо еще, что правительственная комиссия была, и телевизор новый купили. А так был устаревший, «Рекорд».

Эх, стал бы я королем России, показал бы им кузькину мать!

Сын Футина и Медхедева проорал:

- Суп пустой! Жратва не вкусная! Воры в законе.

- А ведь верно говорит парень.

- Замолчи! - Произнес тип в татуировках. - Хочешь перо получить за наезд на братву?

- Не посмеете, я скажу папе.

Старший санитар, небольшого роста тип, кивнул:

- Сына Футина в карцер, сульфу в четыре точки, пускай отдохнет.

Наварский заметил:

  • Медхедев это верх лицемерия, на словах за демократию, а на деле отменил передачу к барьеру. Не люблю тех, кто делает одно, а говорит другое.

Пабло Пикассо добавил:

- Политик хуже водки: стоит дороже, а голова начинает трещать сразу!

Генри Смит согласился:

- Легче слепить снеговика в аду, чем найти честного политика.

Наварский ответил:

- Вообще то, я диссидент, в милиции мне подбросили дозу героина и, чтобы избежать тюрьмы я тут околачиваюсь.

- Да ну, не выдумывай. – Сказал Пабло Пикассо.

- Верь мне, как президенту!

- Проще на дне моря найти сухой камень, чем президента, выполняющего предвыборные обещания! – Заметил Генри.

Пабло Пикассо согласился:

  • И это верно! Вообще, во всем, что ни касается твоей личности, ты вполне благоразумный парень, как, впрочем , и большинство чокнутых. Поэтому, дам тебе совет. Когда будут раздавать лекарства, спрячь под язык, а потом выплюнь в унитаз. А то по настоящему свихнешься. Большая часть препаратов на то и рассчитано, чтобы отключить мозги.

- И на сердце, почки, печень очень дурно влияют! - Добавил Генрих Наварский. – Как пел Высоцкий, а медикаментов груды мы в унитаз, кто не дурак.

- Будут в голове Бермуды, и асфальтом бьем в пятак! - Переврал Пабло Пикассо.

Послышалось движение, в отделение вошел батюшка. Он был очень толстый, с длиной бородой и в черной рясе. На груди был большой серебряный крест.

Сумасшедший, возомнивший себя Иисусом Христом, закричал:

-Смотрите, меня несут. – Он подскочил к батюшке. - Да светится имя мое, да придет царствие мое.

Священник рявкнул:

- Уберите чокнутого.

Санитары подхватила сумасшедшего, огрели дубинкой. Поп благословил их:

  • Да помилует Господь его грешную душу. Вообще, это форменное хулиганство. Батюшка подошел к сумасшедшим.
  • Вы хоть бы построились, возлюбленные чада. Увидав Генри Смита, спросил:

- А ты, дитятко, кто?

Пабло Пикассо ответил за него:

- Это Генри Смит.

- Покайся и признай, что ты не Генри Смит. – Сказал поп.

- В последнее время я в этом не уверен. – Сказал юноша.

- В чем, не уверен?

- Что я Генри Смит.

- Так у тебя просветление, чадо. Знаешь ли ты, что участь всех волшебников в озере огненном?

- Читал сие, батюшка.

- И что?

- Не верится мне. Ведь в этом случае, много хороших людей мучилось бы в аду.

- Придется поверить, когда сам удивишь. А вообще, ты православный?

- Нет!

- Может баптист! – Голос батюшки стал грозным.

- В общем, нет!

- Католик?

- Не был я крещеным. Мои родители волшебники опасались, что я могу при крещении потерять колдовской дар.

- Тем лучше! Хочешь стать православным?

- Не знаю, чем эта вера лучше других.

- Всем! Например, баптисты верят только в Троицу, а у нас есть еще посредники святые. В этом имеется большое преимущество в деле спасения.

- А разве в Библии не сказано: один у нас Бог, один и посредник между Богом и людьми, человек Иисус Христос.

- А это так, метафора! - Смутился священник.

- Скорее буквальное понимание, тем более, что Библия осуждает поклонение людям. Как сказал апостол Павел: встань, я всего лишь человек.

- Что, под баптистов косишь! - Рассвирепел поп. – Может еще и младенцев, скажешь, не надо крестить?

- Кто будет веровать и креститься, тот спасен будет, а кто не будет веровать, осужден. То есть вера предшествует крещению, и человек крестится сам, а не его крестят.

- Богохульник! Еретик! Сульфу ему в четыре точки.

- Вечером с ним хочет поговорить главврач. – Заметил главный санитар.

- Ну ладно! Дайте ему дубинкой, чтобы не трепыхался.

  • врезали, но били не сильно, видимо, опасаясь покалечить похожего на подростка парня. После, батюшка еще поспрашивал сумасшедших. х Наварский отважно ответил:

- Я атеист, и не верю в сказки!

-Будут тебя черти вечно в аду жарить!

- До второго пришествия Христа, мертвые, как пишет Ивов, наслаждаются покоем в шеоле.

- Ты случайно, не адвентист?

- Атеистический буддист, я! А Библию рассматриваю с восточных позиций.

Священник смягчился:

- Эти протестанты, баптисты, адвентисты, пятидесятники хуже язычников. Так они Библию против православия поворачивают.

Пабло Пикассо заметил:

- А вы бы публичную дискуссию устроили с ними. Приводили бы разные аргументы, а молодежь слушала.

- Дать протестантам трибуну? Никогда!



Олег Рыбаченко

Отредактировано: 30.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться