Герцог де ла Кастри Том 2

Размер шрифта: - +

(2-4)

2

Габриэль молча закрыл дверь на кухню. Он не хотел, чтобы Изабелл с Корой ненароком увидели то, что не предназначалось для их глаз.

Дима забрызгал кровью раковину и теперь сосредоточенно смывал следы своей болезни. Де ла Кастри молчал, голову разрывало от боли, а сердце – от страха.

– Артур должен приехать через пару часов, – произнес он, когда Дима выключил воду и вытер губы черным платком. – Я скажу ему, что ты хочешь… поговорить.

Дима кивнул, не оборачиваясь. Он и так слишком долго это откладывал, а теперь из-за боли в груди едва мог дышать.

В новой квартире имелся телефон, поэтому Габриэль немедленно связался с Артуром. Тот приехал как только освободился от пациентов, переступил порог с объемным чемоданом в руке, кивнул Диме, но больше ничем не выказал того, о чем ему стало известно. Праздничный стол был накрыт, и трое мужчин просидели за ним довольно долго, улыбаясь Коре и Изабелл так, словно ничего не случилось.

Наконец дочь запросилась домой, и Дима с трудом уговорил Иззи отвести ее к Виктории и уложить спать. С уходом женской половины семьи все трое облегченно вздохнули и заперлись у Габриэля.

Сидя за праздничным столом, Дима сдерживал кашель, но едва дверь за ними закрылась, как из его груди стали вырываться громкие надрывные хрипы. Истомин согнулся пополам, не в силах даже прикрыть рот ладонью.

Габриэль сел в кресло в самом темном углу комнаты, к горлу подступила тошнота. Ему казалось, что внутренности друга вот-вот вывалятся прямо на ковер.

Как только Истомин пришел в себя, Артур послушал его легкие.

– Сколько лет ты куришь? – спросил он, озабоченно поглядывая на Димино бледное лицо.

Молодой человек поморщился.

– Не помню точно. Может, с восьми. Через пару лет после того, как отец ушел. Он любил курить…

Доктор в растерянности бросил стетоскоп в чемодан.

– Ничего не понимаю! Учитывая кашель и кровь, я могу с уверенностью заявить, что это рак, но в остальном… – Артур оглядел Диму, который непослушными пальцами застегивал рубашку: развитая мускулатура, широкие плечи… – В остальном ты выглядишь абсолютно здоровым! Я не понимаю. Вот если бы мы могли съездить в Париж или Бухарест – там сейчас развивают медицину – чтобы тебя могли обследовать лучшие врачи. Но боюсь, и они зайдут в тупик.

К удивлению всех Дима махнул рукой на это предложение.

– Не надо. Я все равно не поеду ни в Париж, ни в Бухарест, ни в Кронах, ни в какой-либо другой развивающийся город и не потащу Кору за собой. Пусть учится спокойно. Я прошу вас никому не говорить об этом, ладно? – и Дима обвел друзей суровым взглядом.

Артур кивнул, не поднимая головы от чемодана. Согласие Габриэля Дима, скорее, почувствовал, чем увидел. Тьма скрывала лицо Герцога.

Молодой отец подошел к окну и, стоя спиной к друзьям, тихо спросил:

– Сколько мне осталось?

Габриэль скрипнул зубами. Ему хотелось вскочить и заорать на Диму, что тот не умрет, что Артур ошибается, и все эти симптомы просто чушь собачья! Но Габриэль остался сидеть неподвижно, а врач всплеснул руками.

– Если бы я знал! В данном случае уместнее будет, если я спрошу тебя: «Как думаешь, сколько тебе еще осталось?»

Дима сел на широкий подоконник. Габриэль неотрывно глядел на его ярко освещенную уличным фонарем фигуру, и внутри у него все разрывалось от боли.

– Не знаю, – Дима задумчиво провел рукой по бедру. – Наверное, все будет вовремя.

– Вовремя? – Габриэль даже подался вперед, чтобы лучше слышать. Он ждал объяснений, но Дима молчал. Новость о смертельной болезни он воспринял на удивление спокойно, словно знал об этом уже много лет.

Де ла Кастри понятия не имел, но Дима и сам не ожидал от себя подобной реакции. Он в очередной раз ждал прихода ярости, страха… Но не было ничего, если не считать странного ощущения, будто все идет по чьему-то идеально выверенному плану.

Истомин хотел было объяснить свои чувства остальным, но не стал. Нет. Они не поймут. Он сам с трудом понимал.

– А что скажешь о головной боли Габриэля? – спросил Дима, так как воцарившаяся в комнате тишина начинала давить.

– Не знаю, – Артур в растерянности покачал головой. – То, что происходит с вами так странно, что глупо спрашивать мнение обычного врача!

Дима робко улыбнулся. Габриэль не поднял головы. Его все еще тошнило, и он уже всерьез сомневался, что удержит в себе ужин Изабелл. В душе нарастала тревога, и не только за Диму. Что-то происходило. Затишье перед бурей…

– Это еще не все, – неожиданно Дима снял повязку с руки, показав Артуру свежий порез. – Это было на руке Габриэля.

Бледное лицо аристократа вытянулось от изумления. Дима аккуратно забинтовал ладонь.

– Да что с вами происходит?! – Артур был не на шутку встревожен. – Что происходит?



Крис Мейерс

Отредактировано: 09.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться