Герцог требует сатисфакции 2. Ален

19

         Несколько дней я была загружена по самые ушки: мои служанки и помощницы из деревни подхватили мои начинания, и у нас образовался целый цех по переработке овощей и фруктов, а я заодно узнала, что для сохранения фруктов и овощей свежими у нас есть особый подвал, радовалась этому как ребенок. Только вечерами становилось тоскливо – постоянно оглядывалась на дверь, ожидая, что кто-нибудь вот-вот доложит, что прибыл Ален, но чуда не случалось. И сейчас я была уверена в своей правоте, только от этого как-то легче не становилась, с ужасом понимала, что влюбилась в этого невозможного, резкого и недоверчивого герцога Арвиаля по самые уши.
    На исходе пятого дня, перед самым ужином, услышала звонок входной двери, сердце замерло, но через минуту увидела совсем не того, кого ожидала – приехал Норийский. Вот уж кого-кого, а его видеть я совсем не желала. Пригласив герцога войти, после первых приветствий, тихо сказала Эмме, чтобы поставили еще один прибор, пока гость был в гостиную. Вошла за ним, чуть улыбнувшись, спросила:
- Ваша Светлость, какими судьбами в наших краях? – Он хмыкнул, поняв мой вопрос «чего приперся».
- Я к Вам, баронесса, все с тем же, - я открыла рот, чтобы запротестовать, но он поднял руку. – Прошу Вас, выслушайте меня, может, Ваше мнение на счет меня изменится. Я долго наблюдал за Вами и понимаю, что Вас ни драгоценностями, ни богатством, ни связями, на что ведутся обычные женщины, не заманить. Мне импонирует Ваше стремление к независимости, хотя раньше я не считал женщин способными к более серьезным разговорам и размышлениям, чем домашние дела и дети, на Вашем примере вижу, что есть исключения. Вы меня заинтересовали больше, чем сариан, и я ясно понимаю, что с такой супругой мне никогда не будет скучно дома и уж точно не захочется заводить любовниц. Поэтому я вновь предлагаю Вам брак, но уже на равных, и гарантирую, что буду верен Вам, каждое решение будет приниматься только с Вами. Что вы мне на это скажете?

У меня почти что отвисла челюсть, мне предлагали брак на равных, с учетом моего мнения, но тут же мой внутренний пессимист сказал: «Ага, все это красиво на словах, а как поженитесь, забеременеешь, так привяжут, как собачку на цепь, и будешь домашней болонкой, посмотрим, как покачаешь права. И чтобы семья была, нужна любовь, а ты его любишь примерно как Тузик палку. И при всем этом, он-то думает, что ты еще ненадкусаный персик, а ты уже тю-тю, жаркая ночь любви с Аленом очень сильно повлияла на твою целостность. Если Норийский узнает об этом, а он об этом обязательно узнает, если ты соберешься за него замуж, то и разговор с тобой будет другой». – Я покачала головой:

- Мне очень лестно Ваше высокое мнение обо мне, но, чтобы вступить в брак, нужно хотя бы немного любить друг друга, не знаю, как Вы, но я в Вас вижу только приятного мужчину, не более. – Он чуть усмехнулся:

- Это уже прогресс, Вы ведь избегали меня совсем.

- Проймите меня правильно: я не мыслю брака без любви. Я хорошо знаю, что в обществе, котором сейчас живу девяносто из ста браков заключаются по разным доводам, причинам, но не по любви, и для Вас это нормально, но я иномирянка, и меня воспитывали в другом ключе, любовь выходит на первый план, отказываются от нее только в крайних случаях, под давлением обстоятельств, – с опасением на него глянула, добавив, - надеюсь, с которыми я не столкнусь.

- Что ж, я Вас услышал, Вы меня, но мое предложение остается в силе, если Вы вдруг передумаете.

- Благодарю Вас, Ваша Светлость, позвольте пригласить Вас на ужин, - закончила я разговор, и он согласно кивнул и поднялся с кресла. Слуги уже должны были все приготовить, я прошла вперед, показывая дорогу к небольшой трапезной.

Ужин прошел в непринужденной обстановке, а Норийский оказался интересным собеседником, с любопытством ел земные блюда, рецепты которых я дала своему повару еще несколько дней назад. Затем Эмма проводила его в гостевую спальню, Жардье послужил лакеем, помогая натаскать и вынести воду для купания и после него, а также мелкие услуги, необходимые Его Светлости.

Утром, сразу после завтрака, Норийский уехал, и я вздохнула с облегчением и подумала, что как бы не был Норийский хорош, все же у нас ничего не будет, однозначно. В этот раз он меня не пугал и не доставал, контакт прошел очень благоприятно, так что при следующем общении я трястись от неприязни или страха не буду, однако осадок предыдущих общений остался.

Но это были не все запланированные Судьбой сюрпризы, ближе к вечеру, когда я сидела в своей спальне на втором этаже с открытым окном, выходящим в сторону парадных дверей, раздалось мерное цоканье подков и шелест шин, а через пару минут прибежала Далиль, которая сообщила, что в гостиной меня ждет гость. Вздохнула – паломничество началось.

В гостиной меня ждал граф Вивирель, ну, да, только у него из моих знакомых была новинка каретной промышленности – колеса с толстыми жгутами шин, вместо обычных железных колес с обивкой. Вместе с рессорами такие колеса делали поездку максимально комфортной, герцог Арвиаль считал это баловством и довольствовался тем, что имел.

Увидев меня, граф с приятной улыбкой подошел и поцеловал руку:

- Вы, как всегда, неотразимы, Изабелль! Деревенский воздух Вам пошел на пользу, исчезла бледность и беспокойство в глазах! – улыбнулась ему в ответ:

- Рада Вас видеть, Маэль, Вы невообразимый льстец! Присаживайтесь, Вы, наверное, устали с дороги, Вам приготовят комнату и легкий перекус – ужин будет позже. – Он поблагодарил улыбкой, отсветившейся в его карих глазах, я же тихо отдала распоряжения слугам, потом обратила внимание на гостя. – Как поживают Арлийский и Лариаль, мне стыдно, что я уехала, не попрощавшись, боялась, что до темна не доберусь до поместья, а девушке ездить одной, сами знаете, небезопасно, особенно ночью.