Геункаон: Качаясь над цепями

Размер шрифта: - +

2.19. Кимина.

Персонаж: Кимина.
Место: город Менэдекер. Казармы «Охотников Крови».
Время местное: 13:20 (Закат: 20:18).
Дата: Окаяница. 22 апреля 302 год от рождения Ока.

      «Невозможно» — Кими повторяла про себя снова и снова, но тут в глаза попали детали окружающей обстановки. Лечебный модуль, оказался совсем не тем, в котором она находилась раньше. Помещение гораздо больше, с несколькими смежными пристройками. Беспорядок вокруг указывал на недавний бой, особенно зияющая в стене дыра, оставленная выстрелом лучемёта. Над головой потолочная конструкция покосилась, открыв взору повреждённые фрагменты системы кондиционирования. Почему-то Агни проявила особый интерес к ним, ловко забравшись внутрь зазора под потолком. 
      Серёжка бегал от одного раненого к другому. Сейчас он казался бледным и измученным. Лишь когда Цапель оставил Кими в покое, парень решился подойти к ней.
      — Успокоилась? Вот, выпей, — он протянул флягу. — Лучше?
      Кими почудился в этом скрытый смысл. Она подумала, что отношение к ней изменилось. «Да, почему все так себя ведут?!» — параноидальные мыслишки закопошились в голове, заставляя подозревать окружающих в злом умысле.
      — Все хорошо, — солгала Кими, решив не привлекать внимания.
      — Болит? Сильно? — спрашивая, Серёжка нарочито прятал глаза. Это задевало, рождая новые подозрения, одно хуже другого.
      — Нужно смотреть в глаза того, с кем разговариваешь, — выпалила она раздражённо, удивившись своему резкому тону.
      — Не могу. Там в коридоре, — он опустил голову, — я видел твоё отвращение. Больше не хочу.
      — Голова трещит, тошнит, свет режет глаза, и звуки …, каждое слово как удар молота, — призналась Кими. — Звезды перед глазами мельтешат. Я так устала от этого.
      — Ты не привыкла пользоваться вектором, пытаешься гасить способность. Отсюда боль. Нужно время, хорошее питание, отдых. — Серёжка аккуратно взял лицо девушки в свои руки, затем коснулся губами лба. 
      Кими невольно поёжилась, прикосновения обжигали. Жар проникал внутрь, словно расплавленный мёд, растворяя боль и горечь. Такой ясной головы у неё давно не было. Даже спать не хотелось. Догадавшись об улучшении, Серёжка улыбнулся, раскрасневшись, не то от смущения, не то ещё от чего. 
      Кими подумала о том, что этот парень очень хороший человек, просто замечательный. Такой внимательный, отзывчивый. «Стигвер» — вспомнилось недавнее замечание Цапеля,       — «Неужели он говорил о нем? Не может быть». Стигверов боялись, считая одержимыми психопатами.
      — Ты стигвер? — вопрос сам сорвался с губ. Кими испуганно прислонила к ним руку, словно это могло вернуть сказанное обратно.
      — Ты не знала? — лицо Серёжки изменилось, став серьёзным, даже сердитым. Сверху по-слышался гулкий рык. Девушка подняла голову и увидела звериную морду, угрожающе оскалившую зубы. Блаженному спокойствию пришёл конец, бросив в объятия ночного кошмара. Опасные, враждебные твари окружили её, и нет никакой возможности сбежать.
      — Готова? — Цапель появился неожиданно, бесцеремонно обняв Кими за талию. Гнев про-гнал страх, и девушка, оттолкнув от себя охотника, приготовилась высказать ругательства, что смогла вспомнить. Однако охотник не дал ей и слово вставить.
      — Отличный настрой! Раз ты новичок и вообще неумеха, я тебе помогу. Ты ведь заметила, в нашей боевой группе не хватает двоих. Мы их с тобой найдём и притащим сюда. Вместе веселей! Так! Закрой глаза руками и смотри в центр ладоней. Потом тихонько убирай руки, но взгляд не меняй. Зрение не фокусируй, смотри на все сразу, как на один сплошной фон. Поняла? — в ответ Кими кивнула и выполнила все в точности, как было сказано.
      Окружающая обстановка предстала большим пятном, по которому двигались причудливые линии, рвались, пропадали, оставляя россыпи мерцающих звёздочек, и снова появлялись. Было похоже на вспышки фейерверков. Закостеневший страх боли от вида этого мерцания заставлял дрожать, как осинку на ветру.
      — Не трясись. Стиг страхует. Правда ж? — Цапель кивнул Серёжке. — Теперь поочерёдно фокусируйся на крупных изломах.
      — Изломах?
      — Когда силовой поток преломляется, возникает излом. Он режет глаз. Та не напрягайся так, расслабься.
      Кими присмотрелась к одной блёстке, и та распахнулась размытым пятном, в котором угадывались очертания транспортника. Захотелось протереть изображение, но Цапель схватил её за руку.
      — Куда грабли тянешь, дура! Хватаешь, как ребёнок, только в рот не тянешь. Или тянешь? — слова охотника звучали обидно, хотелось все бросить, залезть под одеяло с головой, и проснуться, когда все это исчезнет. — Ты сама по себе являешься генератором силового потока. Думай, что творишь! Фокусируясь на изломе, ты создаёшь свой вектор преломления, и он распахивается как дверь.
      — Уже нашёл? — голос Антона долетел издалека, девушка завертела головой в поисках командира, но не нашла его.
      — Сейчас, Бредяжку настрою на работу, — приложив руку к уху, ответил Цапель и весело улыбнулся Кими.
      — Забудь про неё! — прикрикнул на тощего вектора Антон, появившись прямо за его спиной.
      — Хорошо, хорошо! — пробухтел парень, уткнувшись в планшет.
      — В академии училась на обычном факультете? Позже вышлю курс вектора, изучи его, — взгляд командира показался Кими раздражённым.
      — Вы тоже вектороноситель? — сказав это, она в очередной раз пожалела, что высказывается, не подумав.
      — Чем отличается вектороноситель от других людей? — в ответ Кими лишь покраснела, ответа она не знала. — Они пассивно используют векторный щит — силовое поле, что защищает их от любого воздействия извне. Результат такой изолированности налицо: тощие, слабые, бледные, невзрачные. Больше похожи на призраки, чем на людей. Ко всему прочему, векторы тяжело переносят болезни тела. А обманчивое чувство всемогущества делает их заносчивыми и самоуверенными. Большинство вектороносителей мнят себя если не богами, то, по крайней мере, высшими существами. Хорошо относятся только к себе подобным и «избранным».
      Такое объяснение расставило многое по местам: внезапная «отзывчивость» Цапеля, который до этого смотрел на неё, как на говорящее туловище; его рассеянный взгляд, как у пьяного или обкуренного, и прочее. Антон был не таким, а значит, она ошиблась в своём предположении.
      — Видишь женщину с нашивкой в три стрелы? Она спец по ликвидации опасных вектороносителей. Сами векторы не знают о себе больше неё. Пошли, познакомлю, — командир взял Кими за руку и потащил через весь блок.
      — Алиса, это наш новобранец. Похоже, у неё незарегистрированный вектор. Она не знает, что с ним делать. Я не знаю, что делать с ней. Даже диш не смог определить. Поможешь?
      После этих слов Кими поняла, что так раздражает в ней командира.
      — Привет! — женщина с короткой стрижкой и одной тонкой косичкой над левым ухом приветливо улыбнулась. — Как самочувствие? Шум, голоса, глюки?
      — Спасибо, мне лучше. Серёжка … — начала отвечать, но Алиса тут же перебила ее.
      — Ясно! — она коснулась пальцами шеи и спросила. — До этого, как было?
      — Ну, в начале приступа принимаю метистинин . Его с детства прописывали от болей.       — Кими отвечала, как на осмотре врача.
      — Часто бывают приступы? — Алиса вставила в ухо медицинский прибор и, не глядя на свою «пациентку», считала показания.
      — Один, два раза в год, — голос девушки стал тихим, выдавая нежелание дальше общаться.
      Кими подумалось, что Алиса задаёт вопросы просто так, чтобы ни создавать скучной тишины.
      — Понятно. Что знаешь о вектах? — вопрос оказался предсказуемым, но отвечать не хотелось.
      — В академии преподавали немного. Я мало что помню. Люди с опасными способностями. Так?
      — Какие именно способности? Откуда они взялись? — теперь Алиса смотрела в глаза, походя на дознавателя.
      — Не-зна-ю, — слова с трудом выдавились.
      — Не тушуйся. Я расскажу немного, но, лишь, чтобы ты освоилась, — охотница улыбнулась, погладила Кими по плечу, успокаивая. — Так вот. Векторы появились в результате проекта DH: 3.9. Суть проекта в том, что человек—оператор мог управлять группой DH: дронов удалённо: видеть через них, давать указания и даже вести бой. Автономные боевые модули класса DH: Х обладают искусственным интеллектом, справиться с ними сложно. Знаешь, как устроен глаз? В нем есть хрусталик, такая органическая линза с кучей нервных окончаний. Похожая система использовалась в этом проекте. Человек мог удалённо подключаться к любому DH: дрону через линзу—хрусталик. Позже выяснилось, что подключаться можно к любому хрусталику органического типа. Видеть глазами людей, животных и даже птиц.
      — Значит эти блёстки — органические хрусталики, — провела аналогию Кими, задумавшись над сказанным.
      — Блёстки? Тебе видней. Можешь открыть скан-карту и проверить.
      Кими развернула в планшете многомерную проекцию казарменного корпуса. Режим «свой/чужой» показывал всех охотников, а также обнаруженные враждебные цели. Блёстки мерцали в каждой точке и еще вне их. Девушка догадалась, что на карте отражаются не все, а значит, эти мерцающие точки принадлежат тем, кто остался незамеченным. 
      — Цапель мне не сказал. Он твердил о силовых потоках и изломах.
      — Мне покласть, что там вещает какой-то вект, — огрызнулась Алиса, видимо она невысокого мнения о вектороносителях. — В общем, ты можешь подключаться и наблюдать, а можешь создать портал. Достаточно выбрать точку в обозримом пространстве. По сути, ты есть нулевой вектор. Начало и конец в одной точке. Выбираешь вторую точку и получаешь линейный вектор, — мгновенный телепорт из точки «А» в точку «Б». А портал … хм, … порталы получаются в результате сцепки векторов, — это называется созданием пространственного вектора. 
      — В чем разница?
      — Разницы особой нет. Просто порталом называют искусственно создаваемый проход для мгновенного переноса из одной точки в другую, а телепортом — способность мгновенно перемещаться. Или наоборот…, да какая разница.
      Алиса улыбнулась, и Кими подумала, что та совсем нестрашная.
      — Всегда так больно? — наконец тот вопрос, который она хотела задать больше всего.
      — Насколько я знаю, способности вектов не приносят вреда своему носителю, — Алиса приложила руку ко лбу Кими. — Сейчас тоже болит?
      — Серёжка снял боль. Не знаю только, надолго ли.
      — Стигвер, — молодая женщина фыркнула, но, увидев щенячий взгляд Кими, улыбнулась. — А обследование что показывает?
      — Никаких отклонений. Я обычная, — заверила девушка Алису, начиная тихонько сиять от радости, что нашла себе потенциальную подругу, пусть и немного старше. Это даже к лучшему.
      — Это плохо.
      — Почему? — встревожилась Кими. Холодок огорчения пробежал змейкой между лопаток, скользнул вниз по позвоночнику, и обвился вокруг талии, уткнувшись головой—льдинкой в пупок. По телу побежали мурашки.
      — Вектор невозможно спрятать. Он всегда себя проявляет, — взгляд Алисы показался неприятно пронзительным. — Почему ты его использовала сейчас?
      — Я не знаю. Оно само. Не знаю, как так вышло, — оправдываться было глупо, но ничего другого не оставалось. Она ведь не виновата, что все вот так сложилось. При этом удалось стольких людей спасти. Неужели это плохо? Огорчение сдавило живот, и холод ознобинкой дёрнул плечи.
      — Вариантов немного. Либо твой вектор с рождения очень слабый и успешно подавляется, тогда боль уйдёт, как только освоишься. Либо тебе зачем-то вживили чужой вектор, тогда он убьёт тебя и очень быстро. — Алиса покопалась в подсумке, вытащив узкий контейнер, в котором оказался инъекционный набор. 
      В этот момент появился Антон и кивнул охотнице, как бы спрашивая «как успехи». Та в ответ улыбнулась, подняв вверх два пальца на манер пистолета. 
      — Не бойся. Это для подавления вектора. Когда вколю, ты сразу отключишься, — женщина глянула на Кими с теплотой и улыбкой. — Ну, а когда очнёшься, тогда и посмотрим, как вектор поведёт себя после подавления. Согласна?
      — Да, — неуверенно ответила она, перекидывая взгляд с командира на Алису. Кажется, они знают, что делать. Не станут же ей вредить? Пшикнул инъекционный пистолет, и медицинский модуль посыпался осколками реальности.
      — Ну что? — вопрос Антона прозвучал далёким эхом в голове Кими. — Выяснила её диш?
      — Бесконечный ноль. Я вколола ей сыворотку. Другие векторы заставляют её кристаниты настраиваться на их колебания, — так же глухо прозвучал ответ Алисы. — У неё D∞h …, понимаешь? 
      Кими словно тонула в чем-то вязком, слова доносились все тише и тише, но она изо всех сил хотела слышать:
      Антон:
      — Разве такое бывает? 
      Алиса:
      — Не бывает. Кто-то обнулил векторные кристаниты, чтобы подсадить в иммунную систему. Поэтому сканирование ничего не показывает. Она — не вектор.
      Антон:
      — Зачем кому-то делать такое?
      Алиса:
      — Кто знает. Возможно, без этого она умрёт. 
      Антон:
      — Жизнь в муках или смерть. Скверный выбор. Не думал, что кристаниты векторов можно зачистить.
      Алиса:
       — Можно. Только это несовместимо с жизнью их носителя. 
      Антон:
      — Значит, она умрёт?
      Алиса:
      — Удивляюсь, как она вообще живёт. 
      «Выходит, я какой-то урод? Ни человек, ни вект. Кто же я? Почему со мной так поступили? Папа, мамочка …» — Кими хотелось плакать.
       Но ответ на её вопросы пришёл сам по себе из далёких уголков памяти. Родители очень её любили и опекали, даже чрезмерно. Она была их единственным ребёнком, рождённая слишком слабой, чтобы жить в этом мире. Они не могли с этим мириться, не могли потерять её. Сделали все возможное и невозможное, чтобы их дочка жила. 
      «Спасибо! Я так вас люблю» — тепло наполнило сердце Кими. — «Я буду жить. Я не сдамся. Никогда, никогда не умру!»



Эль`Рау

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: