Геункаон: Качаясь над цепями

Размер шрифта: - +

2.20. Алекс.

Персонаж: Алекс.
Место: город Менэдекер.
Местное время: 16:42 (Закат: 20:18).
Дата: Окаяница. 22 апреля 302 год от рождения Ока.

      Транспортники мчались к невзрачному строению, расположенному за два дома до офисного здания охотников. В это время Акош сбивчиво объяснял Алексу систему охраны комплекса. Из всего сказанного стало ясно лишь одно — есть три корпуса:
      Первый, выходящий фасадом на центральную улицу — офисное здание. Здесь расположен штаб охотников, навигационный и информационный центр. Надземные этажи заняты кабинетами и залами для инструктажа, оборудованных для кинеграфических конференций. Подземную часть составляют два этажа, напичканные всякого рода аппаратурой и бог знает, чем. Вход туда строго закодирован, а доступ ограничен. Это мозг комплекса.
      Второе здание, представляло собой центр профессиональной подготовки с тренировочными залами, казарменные помещения и госпиталем. Алекс догадывался о наличии в этом здании арсенала и, как следствие, склада ангельской крови. Это живое сердце комплекса.
      Третье здание, стоило назвать ангаром. Здесь находится техника охотников, а также мастерские, где ремонтируется все: от транспортников до оружия. Подземный нижний этаж закрыт для доступа и что там, Акошу не известно. Возможно, ещё один склад или место хранения саркофага.
      Алексу предстояло влезть в систему защиты, чтобы отключить последовательно блокаду первого, второго и третьего корпусов.
      Строение, где охотники остановились, имело площадку на три транспортника, здесь и припарковались. Как оказалось — это рекрутский центр, в котором есть информационный канал, соединённый напрямую с офисным.
      На первый взгляд, работники в этом здании больше походили на клерков, чем на бойцов, впечатление усиливало состояние недоумения, в котором они пребывали из-за внезапно сработавшей "блокады". Проверка безопасности снова и снова показывала, что угрозы нет, но блокировку системы снять не удалось. Доклад Акоша не столько объяснил, сколько заставил рекрутёров паниковать, так что легче не стало. Алекс, с ходу присоединился к технарям, которые скучали в сторонке, старательно избегая участия в офицерских заморочках. Удалённое подключение и проверка связи не дали результата, комплекс словно вымер. 
      — Отсюда ничего не сделать. Блокада включается и отключается изнутри. Мы можем только ждать, — сказал один из техников, сидя на пятой точке. Алекс окинул взглядом людей в черных комбинезонах. Их равнодушие и скепсис напоминали нежить. — «Вроде живые ещё люди».
      Без посторонней помощи, провозившись добрых полчаса, Алексу удалось запустить про-грамму диагностики, которая в итоге ничего нового не показала: все системы работали, угроза не фиксировалась, причин для блокады не было.
      «Бред, выглядит так, словно с ног на голову поставили, да на изнанку вывернули» — интересная мысля пронеслась в голове, дав первую зацепку. В очередной раз, пристав к технарям, заставил передохнуть от безделья и заняться диагностикой систем, не связанных с безопасностью комплекса. Им предстояло искать все сомнительное и странное. Прошло около часа, прежде чем удача улыбнулась. В казарменном комплексе в системе медицинского обслуживания работал протокол эвакуации тяжелораненого. За последние трое суток в госпиталь не поступало тяжелораненых охотников. Можно предположить, что кому-то внезапно стало хуже. Однако транспорт для перевозки раненого, подготовленный ещё утром, до сих пор не взлетел.
      — Акош! Они во втором здании! — крикнул Алекс. — Они не могли атаковать сразу три здания. Тупо шли на запах. В госпитале же есть раненые?
Акош кивнул, и лицо у него стало совсем угрюмое. Из трёх корпусов именно во втором нахо-дится больше всего людей.
      — Охотники не овечки, — подбодрил его Алекс. — При арсенале и медпомощи есть все шансы оставить от нежити только следы грязи, размазанной по стенам.
      Принудительно указав второй корпус в качестве источника угрозы, система сама установила карантин, и два других здания удалось разблокировать. Алекс не стал вникать в хитросплетения дальнейших мероприятий, и так ясно: предстоит штурм. Технари наконец проявили активность, готовясь вовремя распечатать здание-угрозу для зачистки, а потом отладить систему, чтобы работала, как раньше.
      — Виктор Михайлович, у нас раненые… — слова Акоша едва долетали до Алекса, увлечённо копающегося над самодельной волновой гранатой.
      — Акош! Слышь! — Алекс подошёл к другу, не заметив, что стоит перед сентивом . Хочу «погремушку» собрать. За несколько секунд, она масс-брешь устроит в блокировке корпуса. Надолго не хватит, но технари успеют включиться, чтобы запустить протокол зачистки и прочее. В здании разом включатся излучатели, и за считанные минуты спалят находящихся там «упырышей». Останутся зомбаки, … излучение их не убьёт, но ускорит разложение повреждённых тел. Как на излучение отреагируют дракулиты, я не знаю. Не думаю, что понравится. Останется справиться с бесхозными фамильярами. Это не сложно.
      — Кто это? Новобранец? Система не распознает его, — Виктор Михайлович с напряжённым лицом инициировал протокол проверки данных.
      — Ты уверен, что сработает? — едва слышно спросил Акош, и добавил громко. — Виктор Михайлович, это Алексей Калинник. Очень смышлёный новичок, помог наладить связь и освободить Вас. Без него мы бы не справились. 
      — Я ценю ваше рвение командир Ош. Вместе с тем, хочу напомнить, что правила создаются не для того, чтобы их нарушали! — голос Виктора Михайловича прозвучал раздражённо и в чем-то угрожающе. — Когда приступите к …
      — Ну, дальше сами справитесь, — отмахнулся Алекс и направился к выходу. В конце концов, это ж не его работа, рисковать конечностями, мозг себе выносить за «пошёл на фиг».
      — Виктор Михайлович, я могу все устроить, — чувствовалось, Акош взволнован.
Алекс не услышал окончания разговора, быстро сбежал по лестнице на три пролёта и напра-вился к выходу. Хотелось послать весь мир в бездну, а потом упиться наливки, что прислали из "Кривых ножек».
      — Стой! Твою мать! Алекс! — крикнул сверху Акош. — Поднимайся!
      Темно бордовая жидкость, отдающая вишнёвыми косточками, звала домой. Алекс нехотя по-брёл наверх, понимая: ничего стоящего внимания не будет.
      — Лепи «погремушку» и вперёд! Верь мне! Что тебе нужно? Все организую в миг! Но на штурм извини взять не смогу, — Акош говорил тихо, одной рукой держа Алекса за плечо.       — Слушай, не в службу, присмотри за тем монахом. Хочу его подрезать после штурма на пару слов.
      Алекс недоверчиво посмотрел на друга и вздохнул. Пришлось вернутся к техникам, чтобы обсудить порядок действий. Затем собрал электро-волновую гранату, кустарного производства. Минут через десять, может пятнадцать, Акош сообщил о том, что все готово к штурму. Алекс хотел предложить связаться с Костиком, но рыжий охотник уже сам организовал связь.
      — Костик, можешь сориентировать по скоплениям нежити в здании?
      — Дракулиты возле медицинского транспортника, грузят что-то. … Кровь … они грузят кровь … много. А ещё ящик с темной жидкостью, в нем тело. Остальные рассредоточилась по этажам. Охотятся. Приказано никого не щадить… — равнодушный голос бессмертного звучал бездушно, ничего общего с воспоминаниями Алины. Одна только мысль о видении, заставила Алекса чувствовать неловкость, и даже стыд, словно застали за подглядыванием. В такой момент искренне хотелось ничего не знать и не видеть.
      — Ну, вот и все! Придержи старикана, чтобы его в офис не отправили. Дождись меня. Хорошо! — Акош натянул шлем и вышел. 
      Алекс кинул взгляд на монаха, тот сочувственно смотрел на него. От чего чутье, встрепенувшись, ожило и стало подавать тревожные сигналы.
      — Похоже, я составлю Вам компанию, — пожилой мужчина приложил руку к плечу, и пред-ставился. — Касей Мейнхард, антиквобилус , служу в архиве Энфильского братства.
      Алекс старался максимально ограничить общение с братством, считая их не менее опасными, чем нежить. Но этот человек производил странное впечатление. Его открытый и внимательный взгляд располагал к общению, вопреки растревоженному чутье.
      — Алексей Калинник, охотник на нежить, — представился Алекс, решив этим ограничится, показывая общую незаинтересованность.
      Транспортник с ранеными только отчалил и до следующей отправки, рекрутёры предложили "гостям" пройти в каморку, вроде переговорной комнаты. Ожидание нагнетало раздражение, заставляя то и дело проверять мультелит на предмет отчёта о штурме. Ничего не было. Мейнхард занял место за единственным столом и спокойно работал с планшетом мультелита. Что именно монах делал, Алекс не знал, и не хотел знать. Однако собственное бездействие в конечном итоге, заставило заинтересоваться стариком.
      — Братство Энфиля стигверами занимается? — предположил он вслух, и, осёкшись тут же добавил. — Я не поклонник техногенезиса . 
      — Методы техногенезиса часто идут в разрез с общепринятыми нормами и моралью, — ответил на это Мейнхард, не отрывая взгляд от планшета. — Принимать их как должное — глупо, но вы не производите впечатления стигмафоба . 
      — Я стараюсь не делить людей на «модификации», — не думал Алекс, что у старика окажется такой острый слух.
      — Противники неостигм, не считают стигверов людьми. — Мейнхард вздохнул. — Пожалуй, к ним человечество отнеслось несправедливей всего, в отличие от тех же векторов . Их в равной мере недолюбливают и за достоинства, и за недостатки. При этом не отказываются от их услуг.
      — Сожалеете? Разве селекционное совершенствование не является вашей работой? — Алекс был уверен, что замечание обидно, и разговор сойдёт на «нет».
      — Нет, — монах внимательно посмотрел на Алекса, и после короткой паузы добавил.       — Я всего лишь изучаю руны.
      — Ясно. — Алекс сделал вид, что проверяет сообщения в АМ.
      — Командир Ош, как я погляжу, необыкновенный человек.
      Алекс удивлённо посмотрел на старика. Никто и никогда не считал Акоша особенным или необыкновенным, разве что оборотни.
      — За долгую жизнь мне встречалось много интересного и необычного. В былые времена, люди вроде командира Оша, встречались чаще.
      — Я не очень понимаю. О чем вы говорите? — Алекс насторожился, чутье забило тревогу. Словно монах приоткрыл крышку «Ящика Акоша», из которого на свет того и гляди выскочат тысячи бед, несчастий и ещё бог знает, чего похуже.
      — Ясно. Разрешите, я расскажу вам … о звериной иерархии и том месте, которое занимает в ней командир Ош? — Мейнхард сделал жест, приглашая присесть за стол.
      — Хорошо! — напряжённо ответил Алекс, располагаясь в кресле напротив старика. Его интерес всегда касался нежити, а оборотни оставались «болью» Акоша. И он мало рассказывал о зверье, просто держал всех от них подальше.
      — У оборотней нет деления по нациям, расам или видам. Вам ведь это известно? — Алекс утвердительно кивнул, хотя не был уверен, так как у чистокровных есть разделение похожее на сословное. — Их разделяют воплощения. «Спящими» называют тех, кто по каким-либо причинам не меняет, не развивают своё основное воплощение, оставаясь людьми по большей части. «Примитивными» считают оборотней, имеющих в своём арсенале минимум шесть воплощений. Далее идут «дикие» оборотни, число доступных воплощений которых больше тридцати. Количество воплощений «чистокровных» переваливает за семьдесят. Те, кто перешагнул отметку в сто воплощений, встречаются крайне редко и называются «репликаторами».
      — Откуда такие цифры? Кто-то ведёт статистику, учёт воплощений? — замечание прозвучало скептически.
      — Представьте куб с шестью гранями. Каждая грань обозначает воплощение, — при этих словах Мейнхард активировал панель на столе и синхронизировал с наручным мультелитом. — Воплощения, имеющие общее ребро в таком кубе, называют «подобными», и переход из одного в другое занимает минимум времени и сил. Воплощения, не имеющие общих рёбер, называют «диаметральным», и переход между ними болезненный и затратный. Вот так приблизительно можно описать «примитивных» оборотней. Внутри куба содержится ядро, базисное воплощение. Оно появляется в момент первого обращения человека в зверя. Когда тело впервые дробится на крохотные фрагменты, из которых после выстраивается каждое воплощение.
      Над столом парил детский кубик с картинками животных на боках.
      — Теперь нарастите по кубу на каждой грани. Теперь у нас семь кубиков, так? — проекция переросла в более сложную фигуру. — Так…, происходит эволюция «примитивного» оборотня в «дикого». Как правило, грани развиваются только «подобными» воплощениями. Наращивание которых, особенно в первый раз, связано с адаптацией в естественной среде обитания. В это время оборотни «дичают», по людским меркам. И ядро меняется, усиливая внутренний базис.
      Глядя на то, как конструкция усложняется, Алекс подумал, что это не совсем наращивание. Картинки первого кубика и сейчас венчали внешние грани. Словно зверёк решил сбежать от остальных, оставляя за собой вереницу картинок, как размытый след.
      — Как вы уже догадываетесь, воплощения можно развивать и дальше, — продол-жил повествование Мейнхард. — При этом ребра новых кубов могут соединять «диаметральные» воплощения. Здесь эволюционировать намного легче, и процесс адаптации проходит быстро. С чем это связано? Говорят, что, наращивая воплощения, оборотень дополнительно генерирует «нечто» собирательное всех воплощений внутри базиса, становясь «чистокровным». Оборотни без труда различают друг друга по ядру. Остальным для этого нужен базиметр . 
      — Это познавательно, но при чем тут Акош? — спросил Алекс, теряя интерес к разрастающейся проекции кубооктаэдра степени-N.
      — Дело в том, что не все люди способны обращаться. Не обратившихся называют скрытым зверьём или «лихом». Они сильно отличаются от тех же «спящих». Лихо перенимает и хранит в себе базис зверя, обратившего его и передаёт своим потомкам без потерь. Если пробудить «спящего», большой беды не будет, в отличие от выпущенного на волю лиха. Чистокровные, как правило, сразу чувствуют скрытую силу, потому избегают стычек с лихозверем.
      — Не думал, что существа без неостигм интересны техногенезису, — убеждённость Алекса в опасности людей из братства усилилась в несколько раз.
      — Сложно отрицать очевидное. Как антиквобилус, я обладаю обширными знаниями в разных областях, включая давно забытые. Рад, что смог развлечь Вас. К тому же мне интересно учавствовать в необычных проектах. Смена обстановки, знаете ли, полезна такому одинокому старику, как я. Как думаете, командир Ош по рождению лихозверь или же это неудачное стечение обстоятельств?
      — Я знаю только о нападении чистокровного, которого он убил, защищаясь. Зверь его ранил, но благодаря сыворотке, Акош выжил и не обратился. Так что вы ошибаетесь. — Алекс ответил лукавством на лукавство, смешав правду и ложь.
      — Я могу ошибаться лишь в происхождении, но и это ненадолго. Слишком мало информации, знаете ли, — ответил Мейнхард с улыбкой. — Вы ведь понимаете?
      Вопрос сбил Алекса с толку. Теперь он совершенно не понимал, о чем идёт речь.
Слова старика расходились с мимикой лица. Создавалось чувство, будто он искренне лжёт.       Вспомнились строчки неизвестного поэта:
Опасна искренняя Ложь.
            Обман, рождённый от печали.
      Его ты Правдой назовёшь,
            Что б крики боли замолчали.
      Понастрадавшись от обид,
            В объятьях сладкого дурмана,
      Открыто на тебя глядит,
            Та Истина внутри Обмана…



Эль`Рау

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: