Гиалдо Неквурт и Магический хаос

Размер шрифта: - +

Глава 7 Миграция в кризисы, или по пути магических обстоятельств!

- Ацби Лиабб, твоя фирма "Независимых гармоний" вредит моему делу. - заявляла некая мадам, наблюдая как ее магические страшилы крушат его заведение.
Посмел перечить моему влиянию ты зря. И внушения колдовского-то не имеешь. Да и лавочка твоя - смешна, а цены и вовсе бессмысленны! Твоим делом только несчастья дразнить, да и со страстями заигрывать. В твои не юные годы выбираться из возни нужно, да и в простеньком хобби гаснуть, а не плыть по амбициозному величию, это мне оставь! Я справлюсь со всем.
В этот момент плаксивого мужчину, худого и ухоженного, держал хвостатый транспорт мадам.
Женщина плясала под рев ее страшил, на лоджии от особняка, кой не уцелел, тот разрушили ее недруги, потому на остатке его и разъезжает, та на колесах от машин, с парами, из печи, чей магический дым предстает крыльями, да и переносит нечто поверху, и с хвостами, они же - ее крыша. Присев на кресло из аквариумов, с миниатюрными садами в тех, та выращивает в них урожаи сверхъестественных лакомств, теми чудищ и кормит, сами издавна ничего ни ест и не пьет, мигом призадумалась над почвою тоски.
- В погреб его, и возвращаемся. - крикнула дама, приготовившись вздремнуть.
Хвосты мужчину зашвырнули в сундучное днище сего транспорта, да и подхватив страшил, кои лишь и томились на крыши сей, тотчас отправились обратно, к заведению мадам.
- Тамаль объявился? - вскрикнула Эппей Тиамза, вскочив с кресла. - Стой, Нуагг. - добавила, ударив кучера по горбу на голове.
Существо, с искрами вместо языка, с ушами вместо глаз, с лапами на спине, с хвостами вместо зубов, и прочим жутким в облике, остановил механические копыта, что напоминали лошадиные конечности, в количестве 30, да и тут же вытащил карту всего Динспура, из кармана в своей же плоти, та состряпана на множестве купюр, несуразных и странных.
- Куда нам? - спросил он у мадам, что с интригующей смекалкой озиралась проницательностью по всем слоям округи сей.
Женщина что-то шепнула ему в уши, да и с азартом начала заряжать свой возраст какими-то искусственными мирами, из мирофона, тот - имплант на ее шее, ей ведь уже 5 веков.
Кучер кивнул, да и помчался куда-то.
Мадам подошла к шкафу из бочек деревянных, кой более напоминал сарай, да и начала что-то швырять, ища подходящий наряд.
- Ох уж эти испытательные возраста, более принимать их не буду, лучше заряжать буду имеющийся. - поговаривала та, переодеваясь в вызывающий наряд. - Проделка печатных сюрпризов и вниманий подделок, я не утеряю вновь твои долги из своего мощного внимания. - шипела дамочка, рассеивая в воздухе переработанный шарм покровителя Тампара, коего та лично недавно уничтожила.
Очно и гневно, дневно и бессрочно выискивала его, а он сам появился в поприщах локационной канители моих помощников. Уж теперь полакомлюсь его совершенными несовершенствами! Следов его и не удержать где-либо, их толково вычерпывает из недосягаемой нам заперти. Наверняка его и не узнаю, ведь около 500 лет уже!
Обняв фотографию своих племянников, а их у нее 18, мадам принялась отрицать невозможность оскальпировать долги Тамаля, коих у него теперь нет, он те поперекладывал в свое же потомство.
- Что за чучело? - озадачился кучер, наблюдая как некий старец куда-то двигается на льве из его же длинной бороды.
Те под ними шли.
Транспортное посмешище взлетело ввысь, да и скрылось в тучах из нелепого жира ль.
Пока сверху некие куда-то торопились, подлетая все ближе к одному городку, разрушенному, внизу же, некое дитя боролось с шелковым монстром, махоньким, да и только что-то спрашивало у своей бабушки, коя в саду из текстильных растений пытливо прибиралась.
В месте словно зависло шелковое затишье. Здесь климата нет и не было, с чем и погода - заблудшая сила, та же сама порождает некие фантастические прелести сей местности.
– Что наверху летит? – озадачился ребенок, совладав с тварью, на шелухе прудовых овощей, те росли в самодельном пруду из масляных камней, теми усыпано место, прозрачной жидковатой грязи, и ползучей травы.
Лишь на мгновение мальчик призадумался, да и продолжил боевать с питомцем-нечистью.
Продвинувшись к кучам писем Тамаля, с просьбами утилизировать колдовскую атрибутику, кою тот приволок на вихревых существах к мадам, что ранее утилизировала весь магический хлам, та положила ребенка на диванчик, и тотчас ринулась к щитку, на коем 3 рычага.
Несколько секунд, до того как бабушка Гиалдо, или Неквурт старшая, пораздвигала рычаги, и вполне обычный особняк уже превращался во что-то другое.
Коттедж теперь занапоминал дупло, изнутри, со срезанной верхушкой, и будто из толченых орехов, цветочной муки, некоего духового молока, голографических перьев, и кое чего еще. В центре сих хором зарасполагалась эскалаторная печь, вместо лестницы, что вела наверх, к чаше-кабине, с несколькими тварями, на коих находятся ванная, кровать, и нечто еще.
- Тут более подходящих условий для нас. - сказала бабушка мальчика, отправившись куда-то вниз, через ряби в стене ль.
Попридержится у меня он? Или к другим родственникам его отправить? К тем что побогаче, например. Хотя, наверное толковее отправить на кое какое обучение, к дальней подруге. Ему осваивать колдовство нужно. И это не просто! Наслажусь его визитом, да и сама переправлю к ней. Что же случилось? Где жил? Где родителей утерял? Интересно все, вот только сумеет ли рассказать? Да и нужно ли мне знать многое? Не облегчу его потаенные травмы, наверняка.
Мадам заспускалась по лестнице из механических щупальцев, коих на стенах сооружения ни счесть, а те сами готовят, стирают, убираются, повторяя что-то про гардероб деда мальчика, и вроде даже запланировала что-то всучить ребенку.
Мальчик в эту минуту посапывал!
Сам особняк имел 3 наружных вида, и 4 внутренних, так в первом случае тот изменялся на сарай, павильон и санаторий, а во втором же трансформировался в храм-холл с подземной верандой, норовое дупло, музейную галерею, и тировый цех.
Нагрянув в лабиринты из перевернутых бассейнов, с множеством колдовской атрибутики, мадам отправилась к мебельным джунглям, где и простираются завалы одежды ее мужа, кой коллекционировал ее для маскировок в основном.
Невзначай, в воздухе, над коттеджем, что-то забурлило, и замерцало, а там и словно из каких-то оползней оттенков прибыл юродивый транспорт. Колымага приземлилась, да и из нее тотчас вылезла мадам, указав своей своре на окраины.
- Изведайте их, я тут с ним сама справлюсь. - сказала она, утопая в азарте.
Дама чересчур живуча, та порождает целые системы преимуществ, и собирает некие долги, тем самым повелевая нуждами большинства. Многие с ней отказываются встречаться, кто знаком с той, так как могущество ее тянуче, а силы расплывчаты на смысл.
Та прибыла по следам долгов Тамаля, за коими ранее посылала лишь тварей, а тех сотворяет и теперь из фрагментов себя, как например волос, ногтей, и другого, но только в раны ее замыслы и превращались успешно.
- Тамаль, я явилась за бременем. - сказала та, двинувшись к ограде.
Под ногами следов маловато, да и то детские в основном! Может он тут решил выпрятать их? Плутует ведь со многим. Не удивлюсь если эту родственницу озадачить намерен! Какой неухоженный регион. Кто им владеет теперь? Чужд моей впечатлительности. Справлюсь тут, да отбуду к себе, в офисные апартаменты, где перекрою вековые планы. Теперь выделять эру для поимки Партуса не к чему вовсе.
Мадам способна на многое, что впечатлит всякого опытного колдуна, и известного, и не совсем, чем и обожает позировать в самых кривых обстоятельствах, да небрежных обстановках.
Мадам раскрошила ограду, цокотом туфель, да и хлопком рук изящно некие тучи сверху пожгла, дабы тут светлее было, и куда теплее, прохладу не почитает вовсе.
- Эрфейн, Каглаам-Буамайс. - рявкнула та, мигом превратив назойливые души, что к ней посходились, в зависшие ароматы.
Взгляд ее превратился в темные крылья, от чьих взмахом пораспухла, да и лопнула следом, дверь коттеджа, впрочем тут же и растрескались стены его.
- Я отниму твое имя! Оно вместе с талантами изымется навсегда, и позже будет передано мною тому, кто более кчемно начнет выполнять твою роль. - шептала она, проходя во внутрь домишка. - Почему следы его долгов меня сюда явили? Здесь же могила Неквуртши старшей! Чтож, осмотрю коттедж, да и ознакомлюсь с составом случая. Быть может его дух бродит, да разыскивает подходящие останки, дабы разменять подходящую шкуру.
Твой покровитель почерпал все свои возможности, и самоликвидировался. Слегка помогла ему лишь. И тебя теперь с радостью примет забвение! Что за жалкое и злачное место? Тамаль, ты теперь изнемогаешся в теле ребенка? Таким даже и совестно утешать агонии внутренних вкусов могущества.
В этот миг твари дамы приближались к окраинам места.
В эту минуту дамочка внизу копошилась в гардеробных мужа, и даже не слышала причитаний сверху властини.
- В тебе все его долги! Но ты явно не он. Очевидно всю опасность в наследства вам, своему потомству, пакостник отдал. - сказала та, ненароком разбудив мальчика, громким стуком туфель.
Дитя вздрогнуло от зловещих звуков, да и о чем-то поинтересовалось тут же у сей незнакомки.
- Где бабушка? - озадачился Неквурт младший, тем самым прояснив что мадам все еще жива.
Та посмаковала момент, да и услыхав внизу какую-то возню, и запевания, тотчас обернулась, посмотрев на стену с рябями, что напоминали некий ковер.
- Кто вы? - спросил Алдо, ощущая какую-то опасность, как для себя, так и для бабушки.
Угрожающей сообразительности мадам, этим разит ее бесшабашный вид. К тому же чересчур неприветлива! Так еще она и дверь разрушила?! Явно не гостья. Где бабушка? Сколько я спал? Хотя бы чемодан рядом, это успокаивает. Что за нелепый наряд на ней? Морковные сапоги, серое платье-тюль, бардовые перчатки, сливовая беретка, и бежевая нашейная бабочка, то лишь вызывает потаенные шутки.
- Держательница обстоятельств, кредиторша нош, обладательница долговых обуз волшебного сброда, врагиня Тампара, и владелица одной могущественной компании! - заявила она, обожая подробничать всяким. - Погодницей обязательств меня называть можешь. - сказала приготовившись к атаке.
- Для чего вы явились? - продолжил Алдо, осматривая странности измененного места.
Едва поднялась мадам, с вещичками мужа и пречудным настроем, как тут же гостья окатила ее мощным заклинанием, тем самым превратив в почву для какого-то хаоса, тотчас наделив ее формой рассыпчатого краха.
Дитя вскочило, да и рассвирепело, с чем попросту начав атаковать даму собственным колдовством, по памяти, и то к ее собственным недоумению и удивлению.
- Орглем, Эттевал - Тауффи. - выскорбил ль Алдо, вызывая нашествие кризисов в умениях мадам.
Та и ответить не успела, как тут же оступилась, да и утонула в останках ликвидированного могущества.
- Алгеагг! - сказало дитя, разложив перепуганную мадам на дробь каких-то субстратов.
Это заклинание лично составил мальчик, и сильнее его он не знал еще, но то пока. Тот тут же разревелся, да и побежал прочь, вновь обратившись к тому самому путеводному барахлу, с чемоданом вместе.
В эту минуту твари мадам попросту рассыпались на ее младенческие зубы, парики из ресниц, и другое.
Транспортное средство предстало лучезарным сомокроликом, объемным, да и рассыпалось на собственные следы дамы.
- Разыщи Иммер Ддауз Гсайнфур! Она обучит тебя захватывающим умениям. - сказала бабка мальчика, через ту же колонку в ручке чемодана, и стихла.
Сама колонка переводила в границы слуха голоса призраков, не более того, хотя как вблизи, так и на длинных расстояниях.
Дитя и само не уяснило что сотворило, со смертью мадам уже не сгенерируются комбинации цивилизаций условий, с чем и затеется повсюду хаос, разных свойств, и сортов, и то приведет к неразберихе в условиях магического повсеместного преобладания.
- К ней доставь меня, имя слышал сам. Предмет, поторопись! - попросил мальчик у вещицы в руках, тотчас вбегая в вихревую арку, по пучкам мерцающих троп.
Через мгновение дитя уже стояло на какой-то равнине, и будто общалось с воздухом.
- Эта равнина мне подходит? Что за молоко под ней? Чья эта башня вдалеке? Что из твердого сока ль, кой с формой камней? - озадачился Алдо, двинувшись к единственной постройке, чья ограда из колонок.
Здесь хоть раз оказывался ветер? Наверно нет. Будто в террариумном парнике нахожусь, над которым и вовсе висит надувной перевернутый бассейн. Слишком много нелепостей томит этот мир искусственных последствий. А время тут будто приходящее, да и тает неустанно. Место это пригодится моим нуждам? Или же покинуть его уместнее?!
Возле постройки некие кушали трапезы, колонки съестное месиво и извергали ведь. Те были похожи друг на друга, слишком, коих было только 10.
Наверху, на небесах, какой-то монстр неустанно заводил световые лики, на украшениях своих, из механических кубиков, и прогонял отсюда потемки всякие, кои сползались отовсюду, и неспроста, это место умирает в темноте ведь.
Увидав вдалеке гостя, некие, с обликом погибшего брата владелицы места, двинулись к мадам, то в башне из пудр всяких подшивала фляги, те клетки, в кои их превращает дудка-заколка, в ее волосах, что сами втягивают злодеев-чужаков, кои тут не редкость ныне.
Мадам сия способна на рассеивание всего, и лишь кивком подола наряда, всякое им в пыль превращать может запросто, с чем сеять магический хаос, кашлять взрывами чужих могуществ, повелевать природой нужд, и корректировать искусство беспорядков.
- К нам кто-то идет! - тотчас высказали снаружи башни дегустаторы чудес, да и тут же будто развеялись на газы.
Внутри сооружения та кивнула, да и незамедлительно превратила его в плывучий барбакан, а место и вовсе в берег превратила, причем из щепок паранормального леса.
Все видоизменилось незаметно, дитя и ощутить не успело всех скоротечных признаков магических перемен.
- Я готова ко всяким визитам, пусть явится. Быть может меня отыскал заместитель, и следующий повелитель магического хаоса. - выговорила мадам, превратившись в обаятельную скульптуру ль.
Скука тут только мутируется. Может выпроводит хроническую тоску мне поможет? Хотя, ранее не встречала поразительных детей. Но жителем не разрешу ему стать, копий братца предостаточно. До сих пор его тело отыскать в этом молоке не могу. А ведь под ним лабиринты с экстрактами могуществ неких повелителей, что до меня тут многими страстями заправляли! Хорошо что разобралась со всем сама, невероятное недоразумение только расстраивало, а здешний климат мне весьма мил, да и только он подходит изъятому здоровью, кстати, кое и заперто в братце.
Повсюду возникли зеркаловидные пары!
Наверху некто усмехнулся, да и в каких-то парящих нарядах так и попрятался, кои мигом из насыпи снизу повылезали.
Дитя подошло к барбакану, и тотчас опешило.
- Где же башня? - озадачился Алдо, внимательно рассматривая некое подобия дерева.
Горшки из драгоценных шлемов, в них корни несусветные, сверху это горбатое недоразумение, причем будто из фантомных кремов, и с плодами волосяными, к тому же с пастью снизу, под корнями, и та явно из туфель дамских. Из пор растения ль текут слезы, и оно кружится! Пахнет потом, да горелыми платками, носовыми, как и вроде парфюмерными симпатиями. Эти отталкивающие грезы только поражают вкусы предпочтений!
- Зря сюда прибыл, пожалуй бабушка ошиблась. Покину место! - сказал тот, двинувшись прочь.
Мигом барбакан превратился в башню, а место вновь в возвышенность.
Мальчик тут же оказался в постройке, где растение предстало мадам.
- Вновь магические шутки полнят заболевшую обычность? - поинтересовался Гиалдо, осматривая пустую махину, в коей дама спала на подоконнике, а укрывалась в прохладу гибким стеклом мистерической рамы.
- Явился к кому и зачем?! - спросила дама, так и переворачивая дефицит всего в избыток чего-то феноменального, с чем и разворачивая размеры места.
Мальик тут же удивился тому, что здешний свет сам предстает то кухней, то ванной, то гардеробной, то еще чем.
- Гиалдо Неквурт я. Бабушка попросила явиться сюда, и очевидно к вам, для какого-то обучения. - сказал Алдо, тут же обрадовав ее подругу.
- Ты ее внук? Описывала тебя она иначе. А на похвалу изводилась усердно, но жаль что давно это было. - выдала дама, превращая место в боевой луг-павильон. - Я принимаю твое желание, и разрешаю тебе стать моим заместителем. Начнем немедленно, ибо жажду покоя! - добавила она, не предупредив дитя о ближайших мощных переворотах в его привычках и самообладании.



Зувус Сувуз

Отредактировано: 18.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться