Гитарист не того времени

Размер шрифта: - +

27 июля 2030

- Назовите ваше фамилию, имя и отчество?

- Даниил Яковлевич Артемьев, - ответил я.

- Дата рождения?

- Двадцать пятое февраля, две тысячи двенадцатого года.

- Вы давно играете на гитаре?

- С четырнадцати лет.

Евгений Мартиросян, москвич армянского происхождения, руководил клубом «Четырёхлистник», что находился ближе к центру Москвы. Он отбирал музыкантов для развлечения публики. Однажды, когда я был в составе группы «Изгои», мы приходили к нему, с просьбой взять нас, но получили отказ. Я решил попробовать самостоятельно взять эту работу на период лета и учёбы (если получится).

Прошло больше месяца, как я покинул группу (точнее, меня выгнал основатель). Я написал ещё пару песен и выложил их на многих сайтах и блогах. Никита иногда позванивал и сообщал новости о группе. Он надеялся, что Костя изменит решение и вернёт меня обратно, но этого не происходило. Он также рассказал, что моё место занял никудышный прыщавый гитарист. В последний раз он мне позвонил и сказал, что группы больше нет. А чему удивляться? Благодаря мне (отчасти), группа жила.

- Какой у вас репертуар? – спросил, наконец, Мартиросян, ознакомившись с моей анкетой.

- Бардовский. Я играю Высоцкого, Цоя, «Сектор газа», «Машину времени». БГ и «Аквариум», правда, пару песен знаю. В основном стараюсь играть то, что получается сочинять.

- Вы пишите песни?

- Написал пару. Может, вы слышали группу «Изгои»?

- Помню, - наморщил лоб он, - приходили такие ободранцы ко мне.

- Я среди них там был. Написал одну песню, «Не могу без тебя», а после меня выгнали из группы.

- За что же?

- Зависть. Я был лучше нашего основателя.

Мартиросян, глянув на меня с ног до головы, рассмеялся. Не просто рассмеялся. Загоготал, схватившись за свой пухлый живот. Я уже думал, что он издевается надо мной и со злости уже готов был развернуться и уйти из этого клуба, но когда он остановился, извинился:

- Прости, сынок, не удержался. – Он вытер наступившие от смеха слёзы. – Сам в такой шкуре побывал. Знаешь, у меня был друг. Мы оба делали бизнес и, через год, мой поднялся, а его – наоборот. Поэтому он начал возникать и гнать на меня многое. Знаешь, что я ему сделал?

Я покачал головой.

- Я выбил из него всё дерьмо. Он завидовал, а я ненавидел завистников.

- Значит, с вами иметь дело – это вредно для здоровья? – поинтересовался я.

- Я просто хочу, чтобы меня ценили, Даниил. И ты этого тоже хочешь. Иначе бы ты не пришёл сюда.

- Так вы берёте меня?

- Выступишь сегодня вечером?

Я кивнул.

- У нас планируется до полуночи корпоративная вечеринка, а одна группа отказалась помочь. Плачу сто долларов за час.

- Когда начинать?

- Сегодня в семь.

Я посчитал, если сто долларов за час, а играть до полуночи, то я получу за концерт пять сотен баксов.

- Согласен.

 

 

Корпоратив собрался из двадцати человек. Я дал концерт и получал бурю оваций. Я исполнял в основном песни Виктора Цоя, особенно из его раннего репертуара, когда он ещё выступал с Алексеем Рыбиным в группе «Гарин и гиперболоиды».

Я исполнил свою любимую «Скоро будет зима», а потом решил спеть из своего репертуара: новую песню, которую я написал два дня назад. Она называется «Кто в том виноват». Она игралась аккордами «Машины времени», но я играл её битовым боем. Если бы были ударные, бас и соло, то было бы ещё лучше.

Один из посетителей попросил, чтобы я сыграл «Легенду». Я так и сделал. Для этой песни достаточно и гитары, только нужно умение вести пальцами.

 

Среди связок в горле комом теснится крик,
Но настала пора, и тут уж кричи - не кричи.
Лишь потом кто-то долго не сможет забыть,
Как, шатаясь, бойцы об траву вытирали мечи,
И как хлопало крыльями чёрное племя ворон,
Как смеялось небо, а потом прикусило язык.
И дрожала рука у того, кто остался жив,
И внезапно в вечность вдруг превратился миг.
И горел погребальным костром закат,


И волками смотрели звёзды из облаков,
Как, раскинув руки, лежали ушедшие в ночь
И как спали вповалку живые, не видя снов.
А жизнь - только слово. Есть лишь любовь и есть смерть.
Эй, а кто будет петь, если все будут спать?
СМЕРТЬ СТОИТ ТОГО, ЧТОБЫ ЖИТЬ,
А ЛЮБОВЬ - СТОИТ ТОГО, ЧТОБЫ ЖДАТЬ...

Последние две строчки, который я произнёс с интонацией, я уже пел с публикой, так как были те, кто чтил память Виктора Робертовича Цоя, погибшего 15 августа 1990 года.



Артур Белоновский

Отредактировано: 04.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: