Глазами слепцов

Кэм

Церковь было несложно найти: всё что требовалось – это идти на звук. Со зданием самого монастыря она соединялась внутренним двором. По мере приближения, песнопения становились всё громче. Поистине величественная музыка. Казалось, даже стены благоговейно вибрируют в унисон. Время от времени в недрах храма раздавались глухие удары неизвестного инструмента, подобно биению огромного сердца.

Вход преграждала мощная двустворчатая дверь с килевидным верхом, сделанная из прочного древесного массива. Она несла на себе отпечаток времени. Правая створка была приоткрыта, и сквозь щель доносился хор. Кэм провела рукой по холодному шершавому дереву и скользнула внутрь.

В первую секунду всё внутри стиснул ужас: ей показалось, что алтарь объят огнем. Но, приглядевшись, она поняла, что приняла за пожар множество зажженных вокруг него свечей. Проступая из темноты, они, казалось, парили в воздухе. Толстые восковые ножки, похожие на древние сталактиты, горели и оплавлялись белым нагаром.

К сердцу храма вёл широкий проход. Всё по обе стороны от него утопало во мраке. Только едва заметно проступали очертания суровых каменных сводов и пустых церковных лавок. Алтарь был единственным источником света. Пока глаза привыкали к темноте, Кэм казалось, что в церкви, кроме неё, никого нет, и это поют сами стены. Но потом она скорее почувствовала, чем увидела, шевеление теней, и из тьмы стали проступать силуэты молящихся. Облаченные в плащи с широкими капюшонами, они занимали передние ряды. Кэм поспешила к ним.

Её шаги, как ни старалась она ступать бесшумно, звучали пугающе гулко. Плащи пришли в движение: капюшоны, как по команде, обернулись, и три десятка зияющих пустот уставились на неё. Среди этой массы невозможно было различить Корин.

Радуясь, что на этот раз не забыла про плащ, Кэм накинула на голову капюшон и присоединилась к молящимся. Любопытные ещё некоторое время оборачивались в её сторону, слышался шёпот и шорох, но постепенно все взоры снова сосредоточились на алтаре. Кэм принялась осторожно оглядывать своих соседей, но не могла различить ничего, кроме контуров. Которая из них Корин? Времени у неё только до рассвета!

Вскоре она начала понимать, почему в таких местах люди чувствуют себя ближе к Богу. От смеси запахов, доносимых гулявшим под сводами ветром, от похожего на горестные стенания пения и давящей темноты у неё закружилась голова, а по коже побежали мурашки. Теперь освещённый сотнями свечей алтарь казался единственным безопасным островком в скорбном мраке этого мира. Течение мыслей замедлилось, а тревоги вдруг отошли на второй план, представившись чем-то неуместно-суетным в подобном месте.

Торжественное волшебство момента было нарушено грубо и внезапно. Дверь храма распахнулась от непочтительного пинка и громко ударилась о противоположную стену. Пение оборвалось, наступила растерянная тишина. Молящиеся разом обернулись. Какой-то тёмный предмет, брошенный сильный рукой, пролетел по проходу через весь храм и, врезавшись в подножие алтаря, остановился. Кэм вгляделась в него и с изумлением узнала массивный крест, совсем недавно покоившийся на монументальной груди матери-настоятельницы.

В проёме показался высокий мужской силуэт. Он ненадолго замер на пороге, будто наслаждаясь всеобщим вниманием, а потом занёс ногу и ступил внутрь. Вслед за ним в церковь вбежало ещё с дюжину воинов с факелами в руках. Они тут же разбрелись по храму, зажигая настенные светильники. Вскоре в церкви стало светло настолько, что можно было различить искажённые ужасом и непониманием лица монахинь и воспитанниц. Послышались восклицания и сдавленные всхлипывания.

Мужчина тем временем шёл по проходу, легко и изящно переступая. Когда он приблизился, Кэм и все присутствовавшие смогли хорошенько его рассмотреть. Моложе тридцати, темноволосый, высокий и крепкий, ни единого изъяна, настоящий красавец. Он окинул взглядом столпившихся перед ним и внезапно театрально приставил правую руку ко рту, как если бы кричал через шумную площадь, а не вещал посреди гробовой тишины храма:

- Где ты, мой монастырский цветок? Отзовись! Твой рыцарь пришёл спасти тебя из лап престарелой драконихи!

Он снова окинул взглядом женщин, но ни одна не пошевелилась.

Незнакомец вздохнул и обернулся к своим помощникам:

- Варг, Вигго, приведите мою голубку!

Двое здоровяков кинулись расталкивать мощными плечами жавшихся друг к дружке женщин. Как и остальные, Кэм взвизгнула и отскочила. Но они не обратили на неё ни малейшего внимания, потому что нашли ту, кого искали. Схватив под руки хрупкую фигурку в плаще, они вывели её вперёд. Лицо мужчины озарилось улыбкой, словно ему только что сделали лучший в жизни подарок.

- А вот и ты, моя голубка! Что ж, возрадуйся, твоему заточению пришёл конец.

Не дождавшись ответа, он нахмурился.

- В чём дело, ты не рада своему избавителю?

Снова наткнувшись на молчание, он картинно вздохнул:

- Ах, как женщины ветрены и коварны!

Он рассмеялся, и от этого смеха все внутренности Кэм замёрзли. Да, он настоящий безумец!

Быстрым движением он откинул капюшон с лица своей пленницы. Корин.

Девушка растерянно озиралась, дрожа всем телом. Верхняя губа испуганно поднялась, сделав её похожей на бельчонка.

Пришедший, чьё настроение менялось ежесекундно, вдруг сделался серьёзным. Он спокойно посмотрел на Корин: