Глубоководный дрифт

Размер шрифта: - +

Глава 3

Ночь дышала. Гнетущая тишина то наваливалась, заливая уши расплавленным воском, то отступала. И тогда темноту наводняли звуки: резкий всплеск, утробное урчание переплетались с протяжным то ли стоном, то ли скрипом. На фоне неразличимых полутонов  слышалось шумное дыхание чего-то большого, всплывающего на поверхность и уходящего на глубину. И снова воцарялось безмолвие.

Маньяк сидел на мраморном полу возле толстой сваи. Костерок догорал и временами приходилось подбрасывать обломки мебели, которые удалось раздобыть. Огонь света почти не давал. И каждую новую подачку принимал неохотно, как с непривычки объевшийся жареной картошкой гурман. Честно говоря, толку от костра не было никакого. Но крохотный островок создавал слабое подобие уюта.

Рядом, за гранью света спали люди Партизана. Он сам – крепкий мужик, устроился на какой-то пластиковой панели, подложив под голову рюкзак. Врубель отключился сразу. Маньяк невольно позавидовал такому умению. Ему, даже после тяжелой ходки, требовалось некоторое время. У стены, неловко примостившись на прогнившем дереве, лежала Марго. Спала ли она, дайвер не знал. У девочек нервная система устроена по-другому. И надо же было такому случиться, что именно с его подачи - ярого противника присутствия в море женщин - здесь оказались сразу две представительницы прекрасного пола! Одна скорчилась у стены, подтянув колени к груди, вторая… «Так. Стоп», – приказал он себе.

«От твоих «стоп» - раздался в голове насмешливый голос, - той хорошей девочке в Цитадели легче не станет».

В черном озере, гладком, без ряби, как всегда ослепительный прятался диск луны. Звезд не было. И пусть умные люди объясняют это явление избирательным преломлением света, для Маньяка ответ очевиден. Это вторжение. И пока временно оставленные в живых ведут местечковые войны, потихоньку отстреливая друг друга, это новое – чужое переделывает под себя старушку-планету. Если вообще замечает существование людей. Говорят, что где-то в районе Китайской стены ракетой средней дальности подбили Циклопа. Пусть и не убили тварь – свернулись крылья и черной сигарой исчезла она в заоблачной дали. Хрен с этим. Но, может, в тупой башке хоть отложилось слабое подобие мысли, что не совсем безобидна та мелочь пузатая, которую она жрет?

Эх, забыть бы о противостоянии, о том, кто царек какой Цитадели, и какого «Призрака», собрать все силы в кулак, зацепиться на стратегическом объекте, расширить разведывательную сеть – навигаторов опытных, пруд пруди. Не перевелись еще на… земле богатыри. Есть ли разница, русские - не русские, когда враг один?..  

Если бы удалось достать из затонувшей яхты те алмазные шарики, да продать подороже. На вырученные деньги собрать команду и обосноваться на острове в безграничном океане. И там установить новые порядки, собрав воедино всех целеустремленных людей, для которых слово «спасение», не означало лишь заботу о собственной шкуре.

«И тебя, дружок, на царство потянуло?» – шепнул в голове противный голосок.

Маньяк нахмурился. Не в том дело. Просто в его будущем не светит то, за что хотелось бы отдать жизнь!

«Ага. И поэтому каждую минуту, проведенную здесь, ты готов отдать ее просто так».

Дайвер потянулся и подбросил в костерок кусок доски. Он никогда не выходил победителем из спора с самим собой. Кто-то сказал ему однажды, что это верный признак начинающейся шизофрении. А Маньяк считал, что это просто его дурно воспитанная совесть временами тявкала на хозяина.

Ночь в затонувшем городе пугала. Тут и днем было небезопасно, что уж говорить о темном времени суток. По возможности, Маньяк старался держаться подальше от Фата-Морганы. Слишком много неприятных воспоминаний было связано с неподвижным зеркалом озера. Поначалу, падкие на дармовщину дайверы пытались обследовать подводные руины. И необычные находки в духе той же «пчелы» только подстегивали интерес. Но очень скоро то, что скрывалось в глубине, доходчиво объяснило непрошеным гостям, кто тут хозяин.

Маньяк стал свидетелем гибели группы Черноморца. Невысокого ровесника, сплошь покрытого шрамами от ожогов, он считал своим другом. Парень бросил якорь в центре озерца. Когда один за другим, в воду погрузилась тройка дайверов, оставив Южанина на борту, Маньяк с товарищами стоял на крыше затопленного строения, прилегающего вплотную к стене со старинной кладкой. Слева и справа поднимались и уходили под воду горбатые спины затонувших мостов, ведущих к готическим башенкам. В разбитые длинные окна с тяжелым плеском била волна.

Стояла тишина и ребята на крыше расслабились. Из воды возник Черноморец и, положив что-то в лодку, показал знак «окей» - сведенные кругом большой и указательный пальцы.

Вот на этой радостной ноте дрогнула озерная гладь, пошла кругами, добираясь до стен. Раздался мощный хлопок – мало кто успел заметить, что произошло. Маньяк успел. Он четко уловил момент, когда вода выбросила вверх метра на три парня, имя которого память не сохранила. И в ту же секунду он словно взорвался изнутри. Красно-черное облако, зависнув над водой, разлетелось по сторонам, залив и крышу, и стены кровавым дождем. Лодку  подкинуло, еще и еще раз. Оставшийся в ней человек оказался в воде. Хлопок – и его постигла та же участь, что и товарища.

- Черноморец! – что было сил, заорал Маньяк. Да и не он один. Только все крики в мире, слитые воедино, не смогли бы ничего изменить.



Ирина Булгакова

Отредактировано: 03.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться