Гнев небесный. Север сэда

Часть 32 Автора радуют комментарии

Дар жизни

Аря пришла к мысли, что ее День Рождения не задался. В принципе, так было всегда. Девушке стало горько на душе от этого, и чувство вины закралось в душу. Ей казалось, что это она накликала на Оплот беду.

 Аря наблюдала, стоя в стороне, как люди устраняют последствия пожара. Ей накинули на плечи тёплый плед, ведь ее одежда истрепалась, из-за внезапно высвободившейся энергии. Тринадцать лет Аря была обычной девушкой. Единственное, в пять годиков оживила мертвого мотылька, тельце которого нашла в своей комнате.

 Аря смотрела внимательным взглядом на суетящихся людей, даже забыла моргать. Из-за чего жители ее сторонились, думая, что она не в себе. Возможно, так и было пережить такое и остаться в здравом уме, для этого надо быть нелюдем. Ведь через тело Ари прошла неведомая, могущественная энергия. Будь на ее месте просто человек, то умер бы. Но особая кровь Месферид помогала выживать в любых, даже ведущих к гибели ситуациях.

 Ветер коснулся волос Ари, унося мысли вверх. Небо принимало их, с мрачным пониманием. Только оно готово принять своих детей.

 Аря в растерянности, не могла понять кто она отныне все еще человек, или кровь Сиалии вытесняет все естество людское.

 В ладонь Ари уткнулся брат, учуяв взвинченное состояние сестры. А она, поглаживая его по мордочке, изрекла:

– Эх, не удалось мое День Рождения…

– Что не удалось? Что такое День Рождения? – поинтересовался с живостью дракари сэда.

– А? Что? – переспросила девушка, обескураженная, что ее вырвали из глубоких раздумий. – День Рождения? Это тот день, в который ты родился. У людей принято отмечать его. Дарить подарки. – Бесцветным голосом ответила Аря.

 Ее мысли были далеко, поэтому отвечала автоматически, ощущая себя словно в вакууме.

 А люди сторонились девушку, точнее сказать ее брата. Шарахались, как от Восставших. Арю это обижало.

 Было столько сил и энергии, куда это делось? Сейчас Аря была, иссушена, как земля, на которой стоит Оплот.

 Измученная девушка посмотрела на любящих родителей, которые обнимали своих детей, потом на озабоченного делами деда.

– Хм...подарок принято дарить…а что именно это может быть? – полюбопытствовал Север и внимательно посмотрел на сестру.

– Да что угодно. – Выдохнула Аря, поджав губы. – Подарки могут быть со смыслом или нужные, а могут дариться просто безделицы. – Нехотя объясняла девушка.

 Как же Аря устала, ей захотелось лечь прямо в пушистый снег, свернуться калачиком и заснуть.

 Люди удивлялись и радовались снегу. Особенно дети, они полны жизни. Детвора затеяла игру: собирали снег в комья, иногда похожими на ровные шары и кидались бесценным даром небес друг в друга. А взрослые кричали на них, дабы не переводили жизненно важный ресурс.

 А дети не слушались, для них первостепенной задачей было не думать о выживании, а о веселье. Ведь его так мало в этой серой жизни. У малышни нет ни школ, ни ярких игрушек. Они не видели солнечного света, но каждый знает, что может в любой миг умереть. Но детишек это не пугает. Поэтому они хотят швыряться снегом, только в этот миг они пищат от счастья, щуря глаза. Живут здесь и сейчас по-настоящему. Они не худые мертвецы, а человеческие дети. Именно это жизнелюбие отличает их от глупых взрослых, что отказались от мгновений радости в пользу прожить «потом», жертвуя «сейчас».

 Детишки так увлеклись игрой, что не заметили Арю бледной статуей замершей на месте. Один из детей, размахнувшись, метнул снежок в товарища, но в последний момент что-то пошло не так и снежок угодил в Арю.

 Холодным, отрезвляющим душем, стала встреча замерзшей воды с нежной кожей девушки. Она, зажмурив глаза, начала вытирать полой пледа лицо, недовольно шипя, подобно злой фее.

 А дети доселе юркие и радостные замерли, побледнев. Они несколько испугались, что попали по такому же ребенку, как они (решили, что Аре одиннадцать-двенадцать, как и им). На свой возраст, а именно четырнадцать она не выглядела, по крайней мере, сейчас. Слишком хрупкая, худая и маленькая, особенно в этом объёмном пледе. Да и вид у Ари был, как у ребенка, который вот-вот разрыдается.

 Дракари сэда, вздыбив спинные шипы, начал скалиться, грозно рыча. Дети испугались, что существо нападет и разорвет их.

 Север не знал, что дети игрались, для него они были такими же людьми, но поменьше, которые атаковали сестру.

 Дракари сэда не был агрессивным, как его пытались описать люди. Он отвечал взаимностью на негатив. Вот почему сейчас он стоял, не двигаясь на четырех лапах. Маленькие люди не излучали негативных волн: страх, смятение, на подобии того, что недавнего испытала сестра. Они не хотели зла. Поэтому Север не счел, необходим, кидаться на мальчишку, что кинул в сестру снежный сгусток. Он просто настороженно наблюдает.

 Аря наконец-то протерла глаза, от уже превратившегося в ледяную воду снега. Она часто заморгала и оглядела блестящими глазами ребят, которые замерли напротив нее с братом.

– Эй, вы чего? – возмутилась искреннее Аря.

– Эм...прости...я...не хотел…это случайность… – проблеял мальчишка, кинувший в Арю снежок.

 Пацан на вид старше всех, высокий, худой, а еще что бросалось в глаза его кожа, которая имела шерстистый покров, от висков, до нижней челюсти, шла буроватая шерсть. А одет («волчонок» – как про себя обозвала Аря метателя снарядов) в уже посеревшие, большие по размеру лохмотья, а на голове панамка. Поля коей опущены с целью скрыть, интересную внешность владельца.

– Я все понимаю, но ты мог глаз выбить! И зачем воду переводите? Вы в курсе, что этот снег идеально чист и его можно растопить в воду? – вспылила Аря.