Гнев небесный. Север сэда

Часть 23

Сказать, что Петрович глазам не поверил это ничего не сказать. Он тот час дал команду, накрыть защитным куполом жилой блок, благо тот не больших размеров и на всякий пожарный случай вывести людей из ближайших жилищ, а все помещения обыскать на предмет опасного варенья. Конечно официальная версия утечка газа.

Жители Оплота и так нервозные из-за таких пустяков как перебои воды, электричества, а теперь, когда их вынуждают покинуть родные дома и обыскивают, как преступников, это возмущало всех. Люди ругались, жаловались, они походили на потревоженных пчел, самое противное они искали виновного в своих бедах. Логично пришли к выводу, что виновен тот, кто пытается обеспечить безопасность. Петровича нелестно называли упырем и еще множество прозвищ по хлеще прибавилось, все считали что он фигней мается вместо обороны Оплота. Мол, он стар и хватку растерял.

Сам же Петрович переживал как бы кто не заразился и не пришлось вообще выселяться из насиженного Оплота. Ведь история Оплота тридцать три закончилась тем, что его люди массово мигрировали  убегая от смертельной хвори, правда не такой скоростной, их в осаде зараза держала месяц, пока люди сдались не найдя иного выхода как покинуть дом. Такой же судьбы для своего дома Петрович не желал. Да, он был мрачным ворчуном, но любил свой Оплот, считал домом, любил его колоритных жителей. Полагал его долгом было защищать их жизни, хотя не ожидал, что они оценят его поступки по достоинству, он даже за все годы службы и слов благородности не услышал, но не для этого он занимал свою должность.

Серый пожиратель кинул вызов Оплоту двадцать восемь, что ж битвы не миновать, пусть враг силен, но любовь к дому и воля к победе, помогут изгнать заразу.

Док сообщил по рации, что закончил исследование первых образов из лаборатории, где застряли Аря и Доминик. Действительно зараза имеет общее родство с плесенью, но с улучшенным геномом, от этого следует, что кто-то усовершенствовал сию напасть, обратив в оружие. Это одна из правдоподобных версий, а вторая, которая не понравилась Петровичу из-за попахивания бредовостью. Что серая гниль прилетела из космоса, ведь структура ее ДНК тонко намекает об этом. С другой стороны эта теория разбивается об один факт, в космосе предельно холодно, а серая гниль, судя по тестам не терпит низких температур, а экстремально низкие ее уничтожают. Также она не терпит сверх высоких температур, а дыхание Чертенка  как раз из этой категории.

Чертенок…Петрович все больше любил этого засранца. Ведь он надежное оружие против неведомого плотоядного врага.  Заражённый жилой блок, после покрытия защитным куполом очистили, благодаря именно Чертенку. В кубо-образном жилище разверзся настоящий ад, когда мелкого запустили туда. А шалопаю по ходу нравилось использовать свои способности, Петровичу даже показалось, что если бы не предоставившая возможность жечь серую гниль, Чертенок все равно использовал свои способности, только уже не во благо.  Да, четырёх глазый зубастик хорошее оружие, по сему правильно, что о нем не знает Ильич, ведь обязательно захочет забрать себе. Более того, нельзя дабы иные Оплоты узнали, о нем, по той же причине.

Остальные жилища с подозрением на заражение, принято Петровичем заливать жидким азотом. А людей пристально осматривать, провести разъяснительную беседу, при малейших подозрениях обращаться к врачу. Так появилась надежда не допустить эпидемию. Но вот как лечить от серой гнили зараженных не ясно. Возникла та же проблема что и с вирусом, порождавшим Восставших. Поэтому и решение принято советующее. «Всех пораженных серой гнилью подлежит уничтожить» – так звучит новая поправка в протоколе о сером пожирателе. Ведь изоляция тоже не вариант с этой гипер развевающейся заразой.

Петровича скоро изъест совесть, за этот протокол, но его исполнение гарантирует выживание Оплота. Хотя нет оправдания его решению и поступкам, это его грех, за него ему платить. Да. Однажды Петровича ждет расплата, если уже не пришла в виде исчезновения жены и дочериной комы. За все надо платить, а Петрович никогда не слыл должником. Может поэтому его ненавидят и бояться.