Гном и семь Белоснежек

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 12. Алкоголизм у приматов

 

До самой прихожей тянулся одуряюще вкусный аромат. Удивлённая, я разулась и вплыла на запах в кухню. За столом обнаружились Марк, Дима и безнадёжно ушастый очкарик с пушистой игрушкой на коленях. Незнакомца облачала застиранная майка с въевшимися пятнами. Мурзики же были одеты как близнецы: оба в одинаковых фиолетовых тишотках и коричневых шортах, чем напоминали фиалок в горшках.

– А вот и наша Дуняша! – торжественно провозгласил Марик, толкая очкарика локтем.

Заметив этот жест Цветкова, я заподозрила: юноша приведён сюда с целью женихания. На днях друг обмолвился, что не мешало бы мне подыскать парня. В пользу догадки говорили и другие приметы: цирюльник и повар сидели с самыми загадочными лицами, а этот несимпатичный с игрушкой встал и пригладил длинные сальные волосёнки. Интересно, ему совсем некому было подсказать, что девушкам эти синтетические пылесборники стоит прекращать дарить после лет эдак двенадцати?

– Оу, Дуняша, я иметь большой радость, очень радость, – с акцентом произнёс тот и стеснительно улыбнулся, сверкнув стальными брекетами. – Ваши френдерасты мне много о вас говорить.

Оно ещё и иностранец. Геи решили сбагрить меня за границу? Да уж, полнейшие френдерасты.

– Гм-гм, – прочистил горло Дима и пояснил: – Френдераст – от английского слова «фрэнд», то есть друг. Не знаю, почему герр Густав так нас назвал.

– Герр Густав видит вашу сущность, – неожиданно съязвила я с широкой улыбкой.

Не успела перевести взгляд на чужеземца, как с его стороны мне в лоб прилетела котлета. Я возмутилась:

– Да что вы себе позволяете, герр? Там, откуда вы прибыли, так принято знакомиться с девушками?

– Правильно-правильно, Густав, будь внезапен, девушкам это нравится, – хохотнул Цветков.

«Тебе-то откуда знать, что нравится девушкам?» – подумала я.

– Оу-оу, Дуняша, я просить извинить мой шуша, – вылез из-за стола меткий пулемётчик и бестолково запрыгал вокруг меня. – Он мой так непослушный, бывает, я с он плохо справляться.

Я посмотрела в продолговатое лицо герра. Вблизи он был ещё непривлекательнее: прыщав, пах потом, а изо рта разило чем-то кислым.

– Даже стесняюсь спросить, – прошипела я, утираясь салфеткой, – какую часть своего тела вы именуете «шуша». Извините, не успела рассмотреть, чем именно вы запульнули в меня бифштексом, но, надеюсь, это была всего лишь рука. Любопытно, почему вы называете свою руку шушей, уважаемый герр Густав?

           Парни захихикали, иностранец удивлённо посмотрел на свою ладонь.

– Дуняша, шуша – это он, – сказал Марк и ткнул пальцем в игрушку.

Меховое изделие раскрыло пасть, оголив мощные, искусно сделанные клыки. Отлично, эта лохматая безделица ещё и интерактивная. Герр решил меня прямо-таки покорить! Не иначе, он считает, что в России до сих пор играют деревянными ложками, и все невесты, увидев такое диво дивное, сразу же падут штабелями. Игрушка моргнула. От неожиданности я повторила движение за ней. Та с превосходством во взгляде медленно задрала голову, чуть распушилась и, вновь оскалившись, издала звонкий боевой клич.

– Обезьяна? – отшатнулась я. – Живая?

– А ты сразу не поняла, что обезьяна и что живая, ma cherie? – улыбнулся Женевин. – Знакомься, Шуша Густавович, цепкохвостый примат рода капуцинов, на ближайшие несколько дней – член нашей гостеприимной семьи.

Член тем временем сложил губы в утиный клюв и, доминирующе смотря на Диму, снова кинулся котлетой. Но почему-то не в него, а опять в меня. На сей раз я увернулась, Шуша раздосадовано гугукнул.

– Я же говорить, он иметь сложный характер, – подбежал Густав к питомцу и взял его на руки. – Он ревновать меня к самка человеческий. Шуша хотеть, чтобы я любить только он один и жить только с он один.

Геи понимающе переглянулись. Очкарик прижал зверька к груди и звучно чмокнул в макушку. Тот в удовольствии зажмурился, но потом, вспомнив о присутствии вражеской самки, мстительно зыркнул на меня и вновь оскалился.

Подумать только. Если не считать хвоста, зверушка – размером с новорождённого и обладает, ладно уж, милой и трогательной мордашкой, а сколько неприязни в этих пятидесяти сантиметрах!

– А сие создание проживёт несколько дней со мной? – уточнила я. – Да оно, судя по взгляду, меня просто поработит.

– Нет-нет, Густав и Шушик поедут к нам загород, – успокоил Цветков.

– Мon ange, поешь, – усадил меня за стол Женевин.

– Вы не собираетесь сватать мне этого херра? – шепнула я ему на ухо.

– Святая Изабелла! – вылупившись, тоже прошептал Дима. – Считаешь, мы за эту неделю тебя уже возненавидели? Просто приехали сюда, думали, ты дома, хотели порадовать тебя зверьком. Сейчас ещё Лариса Константиновна зайдёт, она тут неподалёку, в торговом центре.



Майя Гордеева

Отредактировано: 18.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться