"Голем из будущего" Книга вторая - "Конкистадор"

Глава 7

    За всеми этими делами как-то не удавалось выделить достаточно времени для общения с Анной. Особенно раздражали ее мои слишком частые вечерние посиделки за бутылкой самогона, причем за запертыми дверями, чтобы поутру никто не мешал перенести добытые сведения на пергамент, пока они не растворились вместе с похмельем. Девушка сначала подозревала, что я скрываю от нее некий чудодейственный напиток, но, попробовав забористую сорокоградусную смесь, долго плевалась и орала, заявив в конце, что даже если ежедневное употребление этой гадости даст бессмертие, она предпочитает умереть.

    Но что я мог поделать? За оставшееся до начала путешествия время нужно было "перетаскать" кучу разнообразнейшего и необходимейшего материала, что приводило к двум, а то и трем "погружениям" еженедельно. Особенно злило Анну когда, после проведенного вдвоем вечера, не оставался в спальне до утра, а вдруг вылазил из постели и шел в кабинет. Какие только оскорбления не неслись вслед! Все-таки, жизнь на Востоке оставила заметный след на характере моей подруги, несмотря на ее чисто арийскую внешность. Короче говоря, наши отношения стали неуклонно портиться. И мне это сильно мешало. В отличие от некоторых, не считаю, что регулярные семейные скандалы разнообразят жизнь, придают ей остроты и способствуют сближению с партнером. Может быть поэтому оба моих брака и закончились ничем.
    В общем, в какой-то момент, Анна, вместо очередных нападок додумалась применить извечное, не знающее промаха женское оружие. Чего нельзя добиться криками, всегда можно ласковым обращением. Немного едва прикрытой лести, пара поцелуев — и я ей все выложил. Как на духу. Вот такие мы, мужчины, слабые создания.

    На самом деле я давно подумывал ей рассказать, но что-то останавливало. А тут даже легче стало. До сих пор только Цадок знал полную правду обо мне. Вернее — имел возможность узнать, однако религиозный фанатизм и ограниченность кругозора позволили ему увидеть лишь то, что вписывалось в куцее мировоззрение каббалиста-неудачника. А Маймонид не в счет — он уже при смерти, да и общались мы недолго. Вот и получилось, что поговорить по душам мне здесь и на втором году после "попадания" было, по сути, не с кем. Так что откровенная беседа с Анной рано или поздно случилась бы. Девушка стала действительно мне близка, я ей доверял, насколько вообще еще способен доверять женщине.

    И, как ни странно, она восприняла известие о том, что я — уроженец другого мира, относительно легко. Правда, чтобы полностью донести до нее взаимосвязь обоих пространств, пришлось потрудиться, придумывая понятные человеку тринадцатого века аналогии. Но Анна разобралась, в конце-концов. По крайней мере, в главном. Я сделал правильный выбор — она явно, ввиду своей непростой биографии, гораздо менее зашорена, чем мой купец и другие местные "мудрецы". Глаза девушки загорелись и она, воскликнув: "Я так и знала!", набросилась на меня с расспросами. Понятно, на первом месте стоял вопрос: "А что у вас там женщины носят?" Но уже второй касался политического устройства общества будущего. Нет, она положительно умница!
    Отвечал ей пока вкратце, чтобы не ввергать неподготовленную психику в информационный шок. Но Анна и так вскоре пресытилась неожиданно обрушившимся на голову знанием и замолкла. Однако, отдохнув минуту, расставила, видимо, "по полочкам" всю полученную информацию и сделала вывод, которого я боялся более всего:

- Так, получается, когда ты найдешь этот свой артефакт, то исчезнешь отсюда навсегда? — голос ее в конце фразы сорвался и ресницы затрепетали, предвещая мощный поток слез.
- Да попробуй еще его найди! — как можно более нейтральным тоном произнес я. Не хотелось давать никаких опрометчивых обещаний, типа: "Я никогда тебя не брошу!" или "Мы будем вместе до гроба!". Жизнь отучила бросаться такими фальшивыми фразами. — И вообще, непонятно как этот артефакт работает! Так что глупости все это...

    Как и ожидалось, слова не помогли. Демонстрация потока слез все же состоялась. Пришлось утирать их шелковым платком, помогая себе поцелуями. Крепко обняв меня за шею, Анна прошептала мне прямо в ухо:

— Даже не думай исчезать!

Запланированную на эту ночь "доставку" карты очередного участка побережья полуострова Юкатан пришлось перенести на следующую...

 

    А в "своем" времени очень кстати наступило окончание текущего проекта и я, пользуясь оказией, взял давно планируемый, еще до случившегося со мной приключения, отпуск для написания очередной статьи в научный журнал. Руководитель лаборатории давно уже дергал за руку и другие части тела, мол, два года не публиковался, хотя материалов собрано на три статьи, как минимум. Надо только их систематизировать. Я действительно уже давно начал потихоньку пописывать, но тут случился развод, а потом и вообще... Короче, заявил начальнику, что писать в лаборатории не получается, сотрудники мешают, и взял две недели остававшегося в запасе отпуска и еще две — за свой счет. У нас в институте это была обычная практика, поэтому никто ничего не заподозрил. Зато теперь целый месяц могу на законных основаниях сидеть дома и заниматься исключительно своими делами. Надоело делать вид на работе, что сильно интересует происходящее в лаборатории. Даже если сохранится текущий повышенный темп в два перехода в неделю, "там" за это время пройдет почти четыре месяца. Как раз до начала путешествия хватит. Ну а потом "переходы" станут значительно реже...

 

    За всей этой суетой и минула зима. Никакого сравнения с моими первыми "крестьянскими" месяцами в средневековье, когда время тянулось невыносимо медленно. Вдруг как-то получилось, что вот-вот уже пора отправляться в Геную. А ведь еще и то не сделано, и это не завершено... Короче, последние недели до назначенной даты отправления промелькнули вообще незаметно.
    ...Поступили последние партии заказанного оружия. Сразу вышли в поле всей "бригадой" на завершающие комплексные учения. Не все прошло гладко, ну да ладно, не с Вермахтом же воевать. Одновременно завершили отбор тех, кто отправляется с нами и назначение командиров. Остальных, снабдив инструкциями, некоторой суммой денег и впечатляющей ксивой на дорогом пергаменте с огромной печатью в виде щита Давида с серпом и молотом внутри, сообщающей ивритом по коричневому, что ее обладатель является сержантом отряда самообороны, отправили назад по родным общинам. Со строгим наказом за ближайшие полгода обучить на месте (без отрыва, что называется, от производства) не менее десяти новых бойцов. После чего ждать известий и быть готовым выступить с отрядом к месту сбора немедленно по получении приказа...
    ...Чуть ли не в последний момент вспомнил, что хотел изготовить бронзовые подшипники для осей телег. У нас их набиралось много, а исходя из частоты поломки осей, статистически получалось, что такой длинный караван будет останавливаться на ремонт каждые полчаса. Так мы до Генуи никогда не доберемся! Вновь напряг расслабившихся уже было после выполнения основного заказа работников механического производства, начавших уже было консервировать часть оборудования. Справились за неделю. Испытания показали, что если не забывать смазывать подшипники, то оси теперь не выходят из строя вообще. Да и просто скорость из-за уменьшившегося трения возросла. Ненамного, правда — криво сбитые колеса не позволяли. Но заниматься еще и ими у меня уже не было времени...



Александр Баренберг

Отредактировано: 30.04.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться