Голодная библиотека. Огонь гетерохромных глаз

Размер шрифта: - +

✴слово одиннадцатое✴

"Глупо," - флегматично заявил Тень. - "Очень и очень глупо."

У него не было рта, но Библиотекарь четко услышал хрипловатый голос в своей голове. По звуку можно было судить, что говорит еще совсем юноша, страдающий ангиной. Но Тень всегда так говорил.

"Не знаю, что на меня нашло," - мысленно ответило чудовище, глядя в окно. Его взгляд пустых глазниц, сочащихся кровью, был обращен не на отъезжающую машину "Хендай" семьи Диковых, а на собственное отражение.

Они находились в читальном зале, погруженном в ночной мрак. Темнее, казалось, только Тень. Как бы ни было темно, его силуэт всегда ярко выделялся. Даже в кромешной тьме. Кажется, это и называется "чернее черного".

"Ты ведь понимаешь, что обменял возможность становиться человеком на молану каких-то людей?" - Тень сложил руки на груди, плоским изображением покоясь на стене у оконной рамы.

"Ты это уже говорил."

"Значит, тебе известны последствия?" - усмехнулся Тень.

"Последствия?" - монстр утробно рыкнул, но продолжил всматриваться в уродские черты того, что и лицом назвать язык не поворачивается.

Насколько он знал, молана давала возможность забыть о произошедшем в библиотеке, если это связано с проклятием, и интуитивно обходить украденные слова. Таким образом, человек даже не подозревает, что потерял слова, подвергся проклятию и после смерти его уже ждут стены проклятой библиотеки. Это был единственный туз Библиотекаря. Он бережно хранил его, хотя и не понимал, зачем молана ему может понадобиться. Тем более, еще некоторое время назад он считал, что плата чересчур высокая: отдать облик человека и навсегда стать этим жутким чудовищем. Кстати, парень так и не понял, почему при вспышках гнева становится уродом. Хотя теперь уже все равно. Библиотекарь отдал молану родителям Наны. Ведь даже сейчас внутри у него все сжималось и рвалось, стоило вспомнить мольбы девушки, насквозь пропитанные болью, страхом и отчаянием.

"А ты что хотел?" - хохотнул Тень. - "Последствия, мальчик мой, есть всегда и везде. Думаешь, Нана не удивится поведению родителей и тому, что в данный момент они находятся в прострации до первого сна? Я имею в виду, что уже завтра не вспомнят о том, что вообще из дома выходили. Она девчонка умная, а уж сложить два и два ей ничего не стоит. Она в любом случае догадается, что здесь замешан ты и примчится на всех порах. А я пробыл в ее ране достаточно долго, чтобы изучить и поведение, и характер, и мысли." 

Тень хотел добавить, что у него имеются очень интересные компроматы на эту кудрявую особу, но решил промолчать. По крайней мере, сейчас.

"Ей сначала в себя прийти надо," - заметил Библиотекарь, напоминающий статую сумасшедшего скульптора.

"После чего? Поцелуя?" - в голосе Тени слышалась откровенная насмешка.

"Да я не об этом," - попытался отмахнуться он, всеми силами прогоняя картинки случившегося. 

"А, ну да, конечно. Подумаешь, поцеловал потенциальный ключ к спасению, то бишь девушку, и изъявил желание больше ее тут не наблюдать. Да еще и прикончить за кампанию," - каждое слово Тени буквально сочилось ядом и ехидством. Он явно негодовал из-за поступка проклятого.

"Поцелуй был нужен, чтобы просканировать ее биологическое происхождение и запустить молану," - попытался выкрутиться Библиотекари. - "А вот появляться ей тут действительно больше не стоит."

"Вот это новость!" - разозлился Тень. - "Значит, как выпивать души ни в чем неповинных людишек, так это ты горазд. А как пустить на расходный материал левую девченку, которая чёрт знает почему привязана к проклятию, так ты хвост поджимаешь и всеми силами выпроваживаешь ее отсюда!" - он переместился со стены на книжный шкаф и упер руки в боки. - "У меня закономерный вопрос: ты чем, дурак, думал?! Нет, я на сто процентов уверен, что она сюда ещё вернется, но ты понимаешь, что либо угробишь ее еще на входе, либо она сама не захочет иметь дело с монстром!?"

Тень продолжал свою гневную тираду, перемещаясь по поверхностям, но Библиотекарь перестал его слушать. Нет, он не жалел о своем поступке. Нане действительно стоит забыть о нем, как о страшном сне. Даже сама мысль, что он может убить или просто покалечить эту девушку уже почему-то рвала на части душу. Если у него еще есть душа. Тем более, Библиотекарь не имел другого выбора: либо оставить ее родителей на произвол судьбы, заранее готовясь "встречать постояльцев" проклятого места, потому что уже только при взгляде можно было понять, что они сходят с ума, либо отдать молану. Отдав молану, он подписал Нане смертный приговор, ведь в облике монстра почти не контролирует себя. А Библиотекарь видел, насколько ей дороги родители. Дороже своей жизни.

Единственное, о чем парень жалел, так это о том, что хоть на мгновение не продлил поцелуй.

***

Город уже давно ожил под ночными огнями и сверкающими витринами. Он словно переключил рубильник: где-то свет выключился, уставшие работники поспешили по домам; а где-то наоборот, все только началось, о чем можно было судить по выкрикам молодежи, музыке и ночным барам. Единственные, которых, казалось, не волновало время суток, оказались круглосуточные супермаркеты и хостелы. Метель уже успокоилась, ночное небо взорвалось огнями звезд, что само по себе было не частым явлением.

Нечто мягко, будто лапки кошки на ковре, скользнуло по стене, пробираясь к автозаправке. Оно двигалось за счет теней людей, крепясь за каждым новым силуетом, который пересекался с другим. Свет фонарей падал от большой дороги на людей, из-за чего их тени ползли по стенам и заметенному снегом асфальту, подобно кляксам. Единственное, что могло выдать неизвестное существо - светящиеся тускло-красным глаза на каждой новой тени.



Neits

Отредактировано: 04.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться