Голос сердца

Эпизод 5

Вторник, 28 октября 2003 г.

Адам

Мы с Рустамом и Али сидели в нашей студенческой закусочной. Была большая перемена, так что народу было предостаточно. В последнее время, я редко с ними общался, так как сидел теперь за одной партой с Олей. Мы с Рустамом и Али приехали из одной страны, поэтому оказавшись в одной группе сразу после поступления в Налоговую академию и окружённые со всех сторон лицами русской национальности, сразу же сдружились и сплотились. У нас даже получилось нечто вроде братства – мы все эти два года были не разлей вода и в академии, и в общежитии. А вот теперь я как-то самопроизвольно откололся от нашего братства из-за Соколовой, и моим друзьям, похоже, это не понравилось. Во всяком случае, они сегодня притащили меня в нашу закусочную, чтобы, как они выразились, «поговорить по-мужски, без бабских ушей». Оля, услышав от них это выражение (потому что стояла рядом со мной и собирала вещи в сумку, планируя покинуть аудиторию), сказала, что «с радостью избавит свои бабские уши от мужских разговоров» и предупредила меня, что идёт в читальный зал доделывать какой-то доклад, так что я, мол, могу не торопиться.

Друзья мои были не из болтливых людей, поэтому разговор как-то не клеился. Они явно что-то хотели мне сообщить, но не знали, как сказать. Интересно, чего это они сегодня такие нерешительные?

Али у нас был наделён большой физической силой, но часто страдал от недостатка ума и всегда предпочитал решать все свои проблемы кулаками, зачастую наживая их от такого способа ещё больше. Особым красноречием он не обладал, но был бесхитростным как пятилетний ребенок и всегда прямо говорил, что думает. В нашем братстве Али был тяжёлой артиллерией и часто был задействован в операциях, когда требовалось грубое физическое вмешательство (читай: в драках).

Рустам, наоборот, физически был худощав и жилист, смотрелся на фоне накаченного Али довольно хило, казалось, что с ним легко справиться. Но это было обманчивое впечатление: его организм обладал невероятной выносливостью, он мог не напрягаясь идти трое суток по горным тропам практически без сна, отдыха и пищи. Мы с Али сами в этом убедились, когда на прошлогодних летних каникулах ездили все вместе домой и ходили в поход. Али и я, несмотря на свою силу и тренировки (у меня бокс, а у Али – спортзал) не могли угнаться за Рустамом (хотя он нигде не тренируется, просто любит много бегать и гулять пешком). К концу третьих суток мы с Али чуть ли не падали от усталости, а Рустаму хоть бы что! Казалось, он мог ещё столько же пройти и даже не запыхался бы! Но это было не главное его достоинство. Рустам был скрытен и молчалив, но обладал пытливым умом и хитростью. В нашей компании он был стратегом и мозгом всех проводимых операций.

А я был нечто среднее между этими двумя противоположностями и можно сказать уравновешивал их, проявляя свои лидерские качества. В братстве я обычно исполнял роль руководителя. И всех нас это полностью устраивало до последнего момента. Я в общем-то догадывался, о чём друзья хотели со мной поговорить: благодаря Ольге наше братство лишилось лидера и осталось, так сказать, без головы. Вряд ли их это устраивало. Я понимал ,что надо больше времени уделять своим старым друзьям и как-то по-братски разделить его между ними и Олей, но ничего не мог с собой поделать: с ней было так интересно!

Чем больше я её узнавал, тем больше она мне нравилась. Она так сильно отличалась от всех этих пустоголовых раскрашенных и расфуфыренных дурёх, на которых я успел насмотреться за два года своего пребывания здесь. Почти все девять дней, что я провёл за её партой после нашего перемирия, я заваливал её вопросами о её жизни и о ней самой, пытаясь разобраться, что она из себя представляет. Правда, спрашивать приходилось в основном на переменах – во время пар Соколова не отвлекалась от учебы и мне не позволяла это сделать. Сначала она отвечала на мои вопросы односложно, общими фразами и как-то не очень охотно. Но постепенно я её разговорил, и ответы стали более содержательными и информативными. С каждой новой фразой или наблюдением она удивляла меня всё больше.

Например, ей было неинтересно обсуждать модные тряпки, слезливые сериалы и всякие сплетни – короче всё то, о чем беседуют остальные девчонки. Теперь я понял, почему Соколова держится как бы в стороне от всех, и у нее нет близких подруг – ей просто не о чем с ними разговаривать. Ещё Оле не нравятся дискотеки и клубы – говорит, что там ей «плохо становится от сильного шума, сигаретного дыма и общего эмоционального фона». Большие тусовки и компании она тоже не любит, видимо опять же из-за шума. Не имеет никаких вредных привычек и старается заботиться о своем здоровье (это я узнал, когда она как-то обмолвилась, что делает зарядку по утрам. Интересно, в наши дни хоть кто-нибудь ещё кроме неё из всего студенческого братства делает зарядку, или она единственная в своем роде?) Она никогда ни с кем не жеманничает и не кокетничает, абсолютно самодостаточна.

По-моему самое большое Олино увлечение – это книги. Если бы у неё выпала такая возможность, она бы читала целыми днями напролёт. Как выяснилось, среди мира литературы у неё есть свои предпочтения, но она почему-то стесняется о них рассказывать. Во всяком случае, когда я застал её как-то раз с очередной книжкой и попросил показать, что она читает – она долго отнекивалась и только под угрозой лишения данного печатного издания показала мне обложку. Ничего запретного я там не увидел. Имя автора - Элизабет Клэр Профет – ни о чём мне не сказало. Название: «Фиолетовое пламя для исцеления тела, ума и души» - показалось странным, только и всего. Рисунка как такого на обложке не было – просто переплетение разноцветных линий. И совершенно не понятно, почему так долго она упрямилась и не хотела показывать? Пришлось спросить прямо.



Юлия Богатырёва

Отредактировано: 26.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться