Голуби — стражи Ада

Размер шрифта: - +

Глава 4. Приезд

      Антон припарковал машину и мы, наконец, вышли из неё. У меня пропало всякое настроение осматриваться, а от жгучего любопытства, переполнявшего меня всего час назад, не осталось и следа. С одной стороны, меня снова клонило в сон, а с другой — я боялась засыпать, странный, почти животный страх охватывал меня при первой мысли о том, что я могу снова вернуться в тот коридор, и то, что я видела в своём кошмаре, каким-то образом выйдет в реальный мир, несмотря на то, что я понимала: такого произойти просто не может.       

      Антон поглядывал на меня с настороженностью и даже какой-то обидой: приехала к нему, а за все время с момента встречи даже толком и не пообщались. Но мне, как ни странно, было не до него, я снова погрузилась в свои мысли. Моё сновидение не давало мне покоя, а в голове всё ещё звучал бархатистый тенор голубя. Он был таким знакомым, и я точно знала, что где-то слышала этот голос, но не могла вспомнить, где именно, словно я встречала его таинственного обладателя, однако наше общение с ним длилось недолго. Но как такое возможно?!       

      Вскоре к этим думам прибавились мысли о сегодняшней странной аварии по пути к Антону домой. Я до сих пор не могла понять, куда делся голубь, и почему на том месте, где по нему проехалась машина, не осталось никакого следа. Быть может, мой сон и эта автокатастрофа действительно как-то были связаны?      

      — Может, пройдём в подъезд? — решил напомнить о себе мой друг.       

      — Да, хорошо, — ответила я, немного туго соображая после безумного сновидения.       

      — Антон, а ты не замечал ничего странного в поведении голубей? — внезапно задала я вопрос, вертевшийся у меня на языке.       

      — Нет, птицы и птицы. Зато мой друг очень интересуется голубями. И я думаю, сейчас вы бы с ним нашли общий язык, — Антон снова глянул на меня так, будто я превратилась в роулинговскую Трелони и завопила о конце света, а затем открыл дверь, ведущую в подъезд.      

      Запах свежей краски резко ударил мне в нос, немного отогнав сонливость и заставив опомниться. Я равнодушно оглядела однотонные зелёные стены и свежевыкрашенные перила лестниц и громко чихнула от резко ударившего мне в нос запаха. Несмотря на то, что дом был новым, на меня этот подъезд абсолютно никакого впечатления не произвел: самые обыкновенные стены, лестницы, перила, квартиры, лифт и люди, каких было полно в каждом городе. Почему-то я ожидала увидеть что-то более интересное.      

      Поднявшись на лифте на шестой этаж, мы пересекли небольшой коридорчик и остановились у массивной металлической двери, запертой на несколько прочных замков.       

      Повозившись с ключами, Антон открыл дверь, и я без особого энтузиазма прошла в квартиру. Не знаю, почему, но интерес от встречи с другом куда-то испарился. Впрочем, вероятно, на меня так влияла сонливость и я, мечтавшая о тёплой кроватке и мягком одеяле, попросту была не в силах выражать яркие эмоции.       

      Несмотря на видимое безразличие, я оценила уют, царивший в четырёхкомнатной квартире. В коридоре стоял небольшой встроенный платяной шкаф, забитый всякой всячиной. Стены здесь были обклеены обоями нежного бежевого оттенка, хорошо гармонирующими со шкафом подобного же цвета.       

      Комнаты были, в основном, в пастельных тонах, отчего даже у меня, помрачневшей и задумчивой, на душе стало как-то легко и приятно, и я на некоторое время забылась, но потом снова вернулась в суровую реальность, полную неведомых загадок, ответ на которые мне ещё предстояло найти. Однако сейчас, когда я оглядела стены, обклеенные светлыми обоями, обитые бархатом мягкие кресла и диваны, жизнерадостные картины с великолепными пейзажами, межкомнатные арки с изящной ажурной чеканкой и прочее, я ощутила, как приятное тепло разливается по всему телу, и тревожные чувства рассеиваются, сменяясь абсолютно безмятежным спокойствием и умиротворением. Сон, продолжавший одолевать меня, словно почуяв ослабление рубежей, усилил свой призыв и я ощутила, как глаза начинают слипаться.       

      — Думаю, тебе стоит отдохнуть, — произнёс Антон, понаблюдав за моими попытками стряхнуть дремоту.       

      — Да, немного, — подавив зевок, ответила я и едва сдержалась от сладкого потягивания.       

      — Идём, — друг, добродушно усмехнувшись, приобнял меня за талию и повёл в одну из комнат.       

      — Эта комната будет твоя, — снова с какой-то странной улыбкой произнёс Антон, и я благодарно что-то муркнула в ответ.       

      Комнатка была маленькая и уютная, с приятными светлыми обоями. Середину помещения занимала царственная двуспальная кровать, застеленная пушистым узорчатым пледом. У изголовья комфортного ложа была деревянная тумбочка со стоящими на ней маленьким резным зеркалом и будильником, равномерное тиканье которого навевало еще большее спокойствие, словно я вдруг оказалась в гостях у любимой бабушки, не признающей молчаливых электронных часов.       

      Перед тем, как нырнуть в приготовленную постель, я заглянула в пустой шкаф-гардероб и, не увидев там ровным счетом ничего интересного, выглянула в окно. Отсюда, с шестого этажа, открывался вид на длинное шоссе, по которому проносилось множество автомобилей. Дальше были видны многочисленные дома: как низенькие с покосившимися от старости крышами, так и статные многоэтажки, гордо возвышающиеся над городом. Однако я, никогда особо не любившая урбанистические пейзажи, не могла оторвать взгляда от видневшихся вдали, там, куда люди еще не забрались со своей «цивилизацией», остроконечных горных вершин, бесстрашно вонзавшихся в тёмный небосвод, словно бросая вызов низко нависшим тучам. Я на какой-то миг даже позабыла и о сне, и о голубях, и уже не в первый раз в жизни пожалела, что не умею рисовать. Не знаю, почему, но сейчас мне хотелось туда, на вершину одной из этих скрытых в тумане гор, с небольшим холстом и термосом кофе, и чтобы были лишь я, высота и то невероятное чувство, которое возникает, когда соприкасаешься с великим творением природы. Стать птицей, взлететь туда, оставить позади даже вершины, и… Птицей… Голубем… И снова мне полезли в голову мысли об этих дьявольских созданиях, пригрезившиеся мне в машине.       

      С досадой задёрнув кремовые шторы, я отошла от окна и, стараясь отвлечься от не к месту вернувшихся дум, легла на кровать. Безмятежная дымка сна охватила меня практически сразу же, и я снова погрузилась в мир туманных грёз.       

      На этот раз мне вообще ничего не снилось, и я проспала спокойно и безмятежно до самого вечера. Однако я даже представить себе не могла, что происходило в это время в моём родном городе, от которого меня сейчас отделяли сотни километров пути…       



Алиса Линтейг

Отредактировано: 09.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: