Голуби — стражи Ада

Размер шрифта: - +

Глава 15. Камни

    Аня и путешественник прибежали на вопль. Они взволнованно глянули на меня, пытаясь понять, чего я так испугалась, но, уловив указывающий жест, сразу же обо всём догадались.

      Тварь, стучавшая клювом по прочному стеклу, продолжала своё дело, даже не думая уходить. Наверное, намеревалась забраться в наше, как выяснилось, не слишком-то надёжное укрытие, чтобы уже в квартире совершить очередное кровавое дело, взбудоражив ни о чем не подозревавших жителей города.

      Аня стремительно подлетела к окну и, вызволив из кармана джинсов тот же загадочный камень, приготовилась раскрыть дверцу. Но не тут-то было: таинственный гость резко остановил её, отдёрнув руку хозяйки от подоконника.

      Не ожидавшая от путешественника такого выпада, Анна сделала неловкое движение и, взмахнув рукой, случайно коснулась его лица камнем, отчего гость издал странный сдавленный восклик, напоминающий болезненный стон.

      Не понимая, в чём дело, я глянула на путешественника и, обнаружив, что с ним произошло, оторопела от очередного изумления. На его худой гладкой щеке появился большой багровый ожог, налитый какой-то неприятной жидкостью, словно гость совершенно случайно ударился о раскалённый предмет. Скривившись от боли, он закрыл поврёждённый участок напрягшейся ладонью.

      — Прости, — виновато прошептала Аня, пряча камень, излучавший чуть заметное сияние.

      — Всё хорошо, — с трудом выдавил из себя путешественник, продолжая наблюдать за голубем.

      В моей голове же сразу стали мелькать не слишком радостные мысли, связанные с гостем и Аней. Что-то странное было в каждом из них, определённо, и, похоже, они упорно скрывали какую-то мистическую тайну, недоступную пониманию простых смертных вроде меня.

      Я попятилась, опасливо глядя на хозяйку и гостя, закрывавшего рукой обожжённую кожу.

      — Что это было? — подозрительный взгляд застыл на щеке путешественника, скрытой его жилистой ладонью.

      Аня сделала странный жест, словно спрашивая таким образом разрешения у таинственного гостя, на что тот чуть заметно кивнул. В его глазах снова промелькнула странная искорка, заставившая меня невольно поёжиться.

      — Это — осколок священного камня, очень ценный и редкий артефакт, — произнесла Аня, вновь вызволяя камень и стараясь отвести его как можно дальше от страдающего путешественника. — Путеше... — она запнулась, окинув гостя мимолётным взглядом, но, не став долго раздумывать, продолжила: — Путешественник приобрёл его на особом аукционе, чтобы с помощью него защищать невинных людей от голубей, отгоняя их священным светом. Но после одного несчастного случая он отдал его мне. Теперь этот камень, можно сказать, — моя вторая жизнь. Ну и защита от голубей, конечно же.

      Аня шумно вздохнула, крепко прижав к своей груди осколок священного камня, словно собственного ребёнка.

      Я удивлённо покосилась на хозяйку, только что озвучившую абсурдные вещи. Какой-то камень, купленный на аукционе, по сути, являющийся чуть ли не чем-то сродни стекляшки, поддерживал ей жизнь и, похоже, ненадолго отгонял голубей, заставляя их невольно уходить с захватываемых земель. Последнее радовало, но представить себе, как этот камушек мог обеспечивать жизнеспособность человека, я, привыкшая скорее к логическим объяснениям, решительно не могла.

       Снова недоумевающе покосилась в сторону чудаков. Происходящее всё больше напоминало безумие, однако я, случайно ставшая частью оного, уже не так волновалась, желая лишь выяснить, как неприметная стекляшка дарила жизнь: помпезное название «священный» говорило не так много, как хотелось знать.

      — Ну и что это за камень? — поинтересовалась я, пытаясь оторвать взгляд от щеки гостя. Его ожог, похоже, всё больше напитывался багровой жидкостью.

      — Осколок священного камня. Одного из тех, что раскололись шестьсот десять лет тому назад, став первым штришком к началу голубиного апокалипсиса, — повторила Анна.

      — А где другие? — Я тут же смутилась, осознав, какую детскую глупость ляпнула. Но уже было поздно, так как и Аня, и путешественник, решившие наконец посвятить меня во все подробности, услышали эти слова.

      — Неизвестно. Несколько лет мы пытались их искать. Макс... — Аня замялась, однако, поняв, что проговорилась, продолжила: — Максим путешествовал, я в свободное время сопровождала его. Мы хотели отыскать хоть некоторые осколки священного камня, полагая, что это может стать неплохим шагом к созданию особенного оружия. Оружия, способного причинять вред демонам. Но к сожалению, так ничего и не отыскали, а со мной ещё и несчастный случай произошёл, — объяснила Анна, начав вертеть в руках заветный осколок. 

      Теперь я примерно поняла, в чём заключалось дело, но в моей голове по-прежнему не совсем укладывалось, как осколок камня, может, и вправду наделённого каким-то особыми свойствами, мог обеспечивать жизнь. Впрочем, теперь гораздо больше интересовало другое, а именно раздувавшийся ожог на щеке путешественника Максима, явно причинявший ему жуткую боль. Насколько мне было известно, осколки священного камня негативно действовали только на демонов, близко с ними соприкасавшихся. От этих мыслей в голову тут же лезли смутные догадки, звучавшие абсурдно, но в то же время имевшие вполне логичное доказательство.

      Кажется, теперь настала очередь раскрываться путешественнику, по виду которого можно было смело сказать, что он того не особо желал.

       Когда Аня договорила, в нашей комнате вновь воцарилось молчание, нарушаемое неприятным скрежетом голубиного клюва о твёрдое стекло. Я бы разразилась вопросами, забыв о правилах приличия, но делать это уже было страшновато: я прекрасно представляла, что могли ещё поведать эти интересные, но жутко чудаковатые люди.

       Осознав, наверное, что скрывать что-либо уже бессмысленно, раз почти все карты раскрылись, Максим так же быстро, слово по заранее выученному тексту, выпалил:

      — Сейчас я, наверное, ещё больше шокирую тебя, но я родился не человеком и мне, по идее, гораздо больше лет, чем указано в паспорте, — на этих словах гость странно хмыкнул, превозмогая сковывающую боль. — Когда-то я тоже был стражем ада, но сражался против своих, за что меня, собственно, и наказали, на десять лет превратив в человека. За несколько дней до начала своего восстания голуби отправили меня на ваши земли в образе тринадцатилетнего мальчика, лишённого сверхъестественных способностей, но тем не менее чувствительного к священным камням. Тогда у меня был выбор: либо перейти на сторону стражей ада, либо остаться при своём мнении, но спустя десять лет предаться мучительной казни. В конце августа этого года будет проходить великий суд, на котором мои бывшие сородичи примут судьбоносное решение. Как вы уже, надеюсь, поняли, оно будет явно не в мою сторону.

      Я не нашлась, что на это ответить. Сказать, что я была ошарашена — ничего не сказать. Конечно, я догадывалась, что Максим как-то связан с демоническими созданиями, но его голубиное происхождение стало поразительной неожиданностью.

      Тут же меня, вспомнившую свой сон в машине, словно пронзило стремительной молнией, внезапно обрушившейся на вскипающую голову: это его голос я слышала, когда очутилась в узком коридоре, затерявшемся в зловещем непроницаемом мраке. Это он говорил мне бежать, так как стражи ада, начавшие стремительное наступление, беспощадны и, разумеется, не сойдут с проторённой тропы.

      — Так, значит, есть и хорошие голуби? — на моём языке вертелась нелепица, от изречения которой я не могла себя остановить, сколько ни пыталась. Ну и ладно — этим людям, похоже, не особо важно было, какого уровня вразумительности и адекватности вопросы я задаю, главное — чтобы что-то спрашивала, показывая свою искреннюю заинтересованность.

      — Хорошие? — Максим снисходительно улыбнулся. — Нет, это несколько неверное определение. Правильнее будет «мятежные». А хороших голубей нет. Они все твари.

      От последних его слов я нервно усмехнулась и невольно попятилась, искренне надеясь, что они были сказаны не совсем всерьёз, так как мысли о неотвратимом предательстве и сдачи нас в голубиные лапы тут же посетили меня, вызвав некоторое недоверие к, хоть и обделенному способностями, но всё-таки демону.

      — Да, может быть… — только и сумела выдавить я, а затем надолго замолчала, занявшись перевариванием удивительной информации.

      Спустя несколько минут мне, окончательно всё осмыслившей, почему-то даже стало немного спокойнее, так как осознала, что с такими ловкими сторонниками, как Максим и Аня, и их оружием, способным ненадолго отогнать птиц, голуби были не так страшны.

      Увидев, что я готова к новой дозе шокирующих заявлений, Максим, уже почти не кривившийся от боли, произнёс:

      — На Земле есть несколько человек, которые с помощью особых колдовских практик могут общаться с птицами. Большая часть из них — сторонники голубей, идущие против общества. Скорее всего, им известен секрет создания или добычи особого оружия, способного не просто отогнать, а навсегда отправить голубей в ад, с концами убив их на человеческих землях. С одной такой колдуньей я общаюсь, и у нас даже неплохо выходит найти общий язык, несмотря на её нелюдимость. Именно она сказала мне, что искать камни бессмысленно, потому что, даже если собрать их, ничего сделать нельзя. Не обещаю, что получится, но я постараюсь сделать все возможное, чтобы выведать эту тайну.

      — Будем верить, что у тебя получится, — откликнулась я, как ни удивительно, обрадованная столь приятному известию.

      Кажется, теперь в этой борьбе, не имевшей особого смысла, и вправду все надежды возлагались исключительно на Макса, общавшегося с некой ведьмой… Осколок камня, оружие, повреждения голубиной оболочки — все эти методы в сущности выглядели настолько бесполезными, что не хотелось даже к ним прибегать. Теперь я, словно болельщик, наблюдавший поражение любимой команды, упорно заставляла себя верить, что Максим непременно справится и совсем скоро наша планета очистится от голубей, однако реалистское подсознание категорически отрицало столь простодушные внушения.



Алиса Линтейг

Отредактировано: 09.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: