Гонка на двоих

Глава 10. Эффект панциря

Магистр стоял в каком-то сантиметре от нее. Почему-то его близость не давила и не угнетала, а скорее… будоражила? Кьярра усмехнулась. Отлично, стратегия неведомого доброжелателя начинала давать плоды. Как давно она собиралась его убить? С полчаса назад?

Она пару секунд молча смотрела в серо-зеленые глаза, которые были теперь совсем рядом. Потом с иронией спросила:

 — А вы всегда делаете то, чего от вас хочет неизвестная тварь?

— Помилуйте, — ухмыльнулся Магистр. — Я не настолько доверчив. Просто строю предположения…

Левой рукой он опирался о стену за спиной Кьярры и не собирался отступать. И явно веселился, хотя одному Авору известно, что веселого можно найти в такой ситуации. Хотя нет. Не одному Авору. Кьярра вдруг поняла, что ее тоже забавляет происходящее.

Она закусила губу и шагнула в сторону, слегка задев Магистра плечом. Веселье весельем, но терять бдительность не стоило.

Над  головой серело скучное неживое небо. Оно же заглядывало в разбитый дверной проем. Но стоило Кьярре шагнуть за порог, как все изменилось.

Сеть из каменных палочек никуда не девалась. Она по-прежнему затягивала мир, но теперь обрела некую структуру. Она начиналась чуть поодаль от руин, вздымалась с серой земли сетчатыми холмами и уходила в небо, где разворачивалась во всю ширь, закрывая и без того тусклый свет.

Кьярра поморгала. Потом шагнула обратно в полуразрушенное здание. Сеть исчезла.

— Очень интересно…

— Что там такое? — Магистр деловито оттеснил ее от проема и вышел наружу сам. Кьярра меланхолически проводила глазами его фигуру, облаченную в черную рабочую куртку и такие же штаны… и подпрыгнула на месте.

Он исчез!

Она раскрыла рот от изумления, но не успела даже выругаться. Магистр вошел в проем, появляясь прямо из воздуха.

— Что вы на меня так смотрите? Я тоже пропадал? — легко спросил он.

— А я пропадала? — Кьярра выскочила из помещения и пристально взглянула на наружную поверхность стены. Стена как стена, руины как руины…. Она уже заподозрила было, что снаружи они окажутся целым зданием. — Вы меня слышите, если говорить отсюда?

Магистр не реагировал, лишь смотрел туда, где видел ее в последний раз. Кьярра вернулась и повторила:

— Если говорить снаружи, ничего не слышно?

— Вы там что-то говорили? Значит, не слышно, — подтвердил Магистр. — Это не руины, это очередная аномалия…

— Пространственный пузырь. Не дает увидеть то, что лежит за пределами. Кстати, в обратном направлении все отлично видно. Я бы поглядела на него со стороны.

И она покинула развалины, на этот раз — чтобы больше не возвращаться, пока не выяснит, на что они похожи.

Первые шаги по сетке из палочек дались легко. Потом конструкция пошла в гору, и держать равновесие стало труднее. Кьярра перехватила руками ближайшие перекладины. К счастью, здесь было за что держаться. Сооружение напоминало колоссальный тренировочный полигон. Если бы только существовал безумный тренер-скалолаз, вздумавший учить подопечных карабкаться по такому странному искусственному рельефу.

Магистр догнал ее в паре десятков метров над землей. Впрочем, Кьярра уже сомневалась, что земля была настоящей. Теперь она видела сеть и внизу, под руинами, и в небе над головой.

Какое-то время они молчали, пробираясь все выше и стараясь держаться поверхности сети. Не углубляться в недра, не теряться в лабиринте… Но в какой-то миг небо надвинулось на самую макушку, и карабкаться выше стало некуда. Над головой нависли каменные палочки, сплетающиеся в паутину, от которой уже рябило в глазах.

— Что ж, — сказала Кьярра, разворачиваясь и садясь на одну из палочек-перекладин. — Да там какая-то головоломка…

Теперь руины были как на ладони. Сооружение оказалось далеким от правильных геометрических форм. Больше всего оно походило на панцирь улитки в разрезе. Только вместо ровных округлых завитков щерилось изломанными линиями, видимыми даже на расстоянии разрушенными стенами и какими-то темными пятнами, которые становились почти черными ближе к центру «улитки». Кьярра с запозданием поняла, что сооружение постепенно уходило вниз. Точнее, уводило. Уводило того, кто последовал бы по спиральному лабиринту в поисках его сердца…

— Вам это ничего не напоминает? — спросила она у Магистра. Тот помедлил.

— А вам?

— Какое-то существо. Большое мертвое существо. Возможно, иная форма жизни, не та, к которой мы привыкли. Это объясняет, почему изнутри руин не видно того, что находится снаружи. Это эффект его панциря. Будь оно живым, мы бы заметили сразу… Послушайте, у меня чувство, будто я сдаю вам экзамен. Мы, кажется, договорились делиться предположениями.

Магистр невесело усмехнулся.

— Но вы все-таки поделились предположением. В этом вся суть таланта. Талант легко делится идеями, потому что они не иссякают. Бездарность молчит, копит мысли, как невесть какие сокровища, и постоянно озирается, не додумался ли до них кто-то еще… Да, мне тоже показалось, что это мертвое существо. Но я не могу даже попытаться его оживить. Моя магия здесь не работает.

Кьярра украдкой покосилась на него. Надо же, сайтаррцы, оказывается, способны испытывать еще что-то, кроме желания доказать свое магическое превосходство. Она попыталась представить, что бы чувствовала сама, если бы это ее чары сейчас не работали, а соперник оказался более удачливым. Пожалуй, зависть. Причем чернейшую…

— И поэтому вы ноете и философствуете, — колко заметила она. — А я бы попробовала оживить. Чисто из интереса. Таланты, знаете ли, любят делать невозможное из чистого интереса.