Гордость

XVIII

       Одиночество съедает нас изнутри, не так ли? Мало кто любит быть одиноким, полностью одиноким, совершенно одиноким. Речь идет не о временном одиночестве, когда на пару дней вы закрываетесь дома и никуда не выходите, развлекая себя просмотром любимых сериалов, чтением книг или чем бы то ни было еще. Имеется в виду тотальное одиночество, когда вам не к кому обратиться за помощью или не с кем поговорить не потому, что вы никого не знаете и боитесь близости с людьми, а потому, что рядом попросту никого нет. Псевдо одиночки любят хвалиться тем насколько им хорошо быть в уединении, как здорово они с этим справляются, но большинство из них не знают ровным счетом ничего об истинном одиночестве. Большая часть из них сошла бы с ума в первые же дни абсолютной изоляции от общества, не выдержав такого сильного давления на психику. Кто бы что ни говорил, человеку нужен человек. Да, есть те, кто могут обходиться без друзей, без любви, без нежности и ежедневных вопросов по типу “как дела? что нового?”, но без банального присутствия других подобных себе особей, нормальный адекватный человек обойтись не может. Человек – стадное животное. Так мы с вами устроены, и с этим ничего нельзя поделать.

       – Сколько я уже иду… часа три, четыре? Солнце, по-моему, еще не в зените… хотя, черт его поймешь, я же не разбираюсь в этом… надо сделать еще глоток. – Думал про себя Саймон, медленными шагами пробираясь через раскаленный песок к своей намеченной цели. Земля была нагрета настолько, что обжигала пятки даже через плотную обувь. Саймон укутал своё лицо чем-то, что походило на простыню, и из-за этого едва различал, что находится перед самым его носом. Впрочем, различать было нечего, вокруг него на долгие километры простирался однообразный гладкий пустынный пейзаж.

       Саймон остановился, чтобы в очередной раз попить воды. Он снял с плеч большой походный рюкзак и достал из него одну из бутылок с остатками живительной жидкости на самом дне. Выпив залпом последние жалкие капли, он отбросил пустую тару в сторону.

       – Вот черт, уже одна бутылка закончилась, а я прошел всего ничего, надо бы начать экономить свои ресурсы… – Проговорил вслух Саймон и снова двинулся в путь. Идти было тяжело, идти было страшно, идти было мучительно… Молодой инженер уже миллион раз пожалел о своем решении, но все же упрямо продолжал идти дальше, не сворачивая ни на градус, ведь сделав это, он рисковал сбиться с намеченного пути. 

       Вид вокруг всегда оставался неизменным, и это сильно давило на Саймона. Ему казалось, что он не продвигается вперед, а просто перебирает ногами, стоя при этом на одном и том же месте. Саймон явно загибался уже в самом начале своего путешествия, страдая не столько физически, сколько морально. Молодой инженер всегда был немного психически неуравновешенным. В спокойных мирных условиях этот факт не был заметен, но в условиях экстремальных, спрятанные психические расстройства вылезали наружу. Неизменный однообразный пейзаж, сильная жара, одиночество и усталость так сильно действовали на Саймона, что он начал разговаривать вслух разными голосами, споря ими сам с собой.

       – Похоже, что он сам не знает куда идёт. – Сказал Саймон голосом №1.

       – Всё он прекрасно знает, не мешай ему. – Сказал Саймон голосом №2.

       – Ни черта он не знает! И ни черта не умеет! Он глупый обиженный маленький мальчик в теле взрослого человека. Эй, дайте кто-нибудь соску, малыш сейчас расплачется! – Голос №1.

       – Не смей!! Не смей так говорить! Он сильный и умный мужчина! Я уверен, что у него все получится, и такие, как ты, навсегда перестанут оскорблять его! – Голос №2.

       Саймон увлеченно говорил сам с собой, перестав при этом следить за тем, куда идет, и что происходит вокруг. Очнувшись от непродолжительного забвения, он не был  уверен в том, что не сошел с нужного маршрута.

       – Чёрт, чёрт, чёрт! Я шел прямо или свернул? Почему я этого не помню?! – Прошептал Саймон и, сняв с плеч рюкзак, снова достал из него бутылку с водой. Он сделал пару глотков и убрал с головы покрывшиеся песком обмотки, чтобы полить воды себе на макушку. Это немного помогло и чуть-чуть придало ему сил. Саймон отряхнул повязки,  намотал их обратно и неуверенно вновь зашагал дальше.

       – С чего бы мне было сворачивать? Наверняка, я все время шел прямо… Все таки странно, что я этого не помню…

       – Ничего странного. Ты не только слабак, а еще к тому же и псих, говоришь сам с собой. – Голос №1

       – Лучше не выводи меня из себя… – Саймон.

      – Вот-вот, прикуси свой язык, не то он тебя проучит! – Голос №2.

       – Ой-ой, да что он мне сделает? Нападёт также, как на Дерека? Ахах, видел я эти бабские удары, нисколечко не страшно. – Голос №1.

       – Что… Ах ты… – Задыхаясь от злости зашептал Саймон и резко ударил сам себя по лицу. – Ааа, какого хрена! – Закричал инженер и схватился за голову. – Господи,  что происходит, что я делаю? Что я делаю?!

 

       – Неужели я схожу с ума… – Пролепетал Саймон.

       – Всё с тобой нормально, успокойся, не ведись на провокации этого придурка. – Голос №2.

        – Сам ты придурок! – Голос №1.

       – Замолчите вы оба! – Заорал Саймон.

       Погода в пустыне начала ухудшаться. Маленький ветерок, который подувал время от времени, когда инженер только вышел из города, потихоньку становился всё сильнее и сильнее. Окончательно утонув в своем бреду, Саймон не замечал происходящих вокруг изменений. Ветер усиливался с каждой секундой, песок метался по воздуху в разные стороны, засыпая молодого инженера с ног до головы, попадая в лицо, в ботинки и даже за шиворот. Прохладнее от этого не становилось, наоборот, казалось, что чем ветренее становилось, тем труднее было дышать из-за духоты. Саймону уже приходилось делать усилие на каждый шаг, чтобы преодолевать встречный ветер, но он до сих пор не приходил в себя, не осознавал, что он в опасности.



Кирилл Грабовский

Отредактировано: 17.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться