Гордость

XX

       – Нет. Ничего. Прекраснее. Чем быть сейчас. Здесь. С вами. Слышите? Я очень рад. Что мы все собрались в столь важный. Для меня. Отрезок времени. Не хватает слов. Чтобы выразить свою. Признательность. Свою любовь. Я и вы. Мы одно целое. Переживаем сейчас. Одни и те же. Трудности. Разделяем общую участь. Я рад. Что вы есть. Я рд. Что весть. С мНой.

       – А мы то как рады, мы рады то а как, Саймон?

       Кто такой Саймон? Как мы можем знать кто это, если он сам не в состоянии ответить на этот вопрос? Прошло пятнадцать часов с того момента, как некто по имени Саймон покинул город. Еда закончилась. Вода тоже. Саймону ведь пришлось кормить и поить своего нового, появившегося в пустыне друга, который помогал ему идти. Куда идти? Какая разница. Саймону наплевать куда. Значит и нам тоже. Кому нам?

       Он обрел второго себя, обрел верного товарища, бравого попутчика и приятного собеседника, разве что-то может быть важнее этого? Конечно же может быть, что за бред, но только не для этого темноволосого худого парня, как там его…

       – Дружище, я хочу пить. – Голос №1.

       – Не вопрос, сейчас. – Саймон.

       Измотанный инженер кое-как скинул с плеч рюкзак и с хрустом в хилой спине наклонился, чтобы расстегнуть его. Он окончательно ослаб. Наступала ночь и по-хорошему бы поставить палатку и немножко поспать, но верный друг Саймона не давал ему сделать этого.

       – Там ничего нет, забыли? Вы все выпили и съели еще днем. – Голос №2.

       – Нет-нет, должна быть еще бутылка, я точно помню. – Как блаженный залепетал Саймон, перебирая в рюкзаке ненужный хлам, в поиске воды, которой и в самом деле не осталось ни капли.

       – Ничего нет… Совсем ничего нет… Но как? Я же хотел экономить, я же… – Саймон, начал кувыркаться по песку и нашептывать себе под нос едва различимый бред. Песок попадал ему в рот, в глаза и в уши, обмотки с головы слезли и остались на земле, правый ботинок также норовил сняться с ноги и потеряться, но инженеру было не то что наплевать на это, он попросту не видел, не чувствовал всего происходящего.

       – Черт возьми! Я жутко хочу пить! Вы слышите?! – Голос №1.

       Саймон вскочил с песка и встал в животную позу: широко расставил руки и ноги, выпучил глаза и оскалился в бешеном оскале. Волосы на его голове стояли дыбом, а из раскрытого рта доносились неясные резкие звуки: “Хчу пит, вы слыте?”

       – Саймон, Саймон, ты слышишь меня? Не слушай этого придурка, он сведет тебя с ума! – Голос №2.

       – Хочу пить, дайте пить! Хочу пить! Дайте пить! Хочу пить! дайте пить! – Голос №1.

       Тем временем в пустыне стало совсем темно. Жара заметно спала, даже стало чуть-чуть прохладно. Звезды усыпали всё небо, и чистая луна ярко светила в своё удовольствие. В окружении этой красоты Саймон страшно верещал, как животное, прыгал, как животное и пускал слюни, как животное. Радует то, что никто не видел всего этого. Трудно представить, что случилось бы с каким-нибудь добропорядочным, спокойным и адекватным человеком, если бы он увидел, до чего может докатиться представитель его вида.

       Вдруг, Саймон пустился плясать в диком танце. Движения были дерганными и глупыми, причем танцевало только тело, голова оставалась неподвижной. Во время танца по лицу Саймона было видно, что он постепенно приходит в себя. Неандертальское выражение лица медленно пропадало, превратившись сначала в безразлично-мертвецкое, а после став таким, каким оно должно быть в нормальном состоянии, и Саймона уже можно было узнать. В очередной раз очнувшись, Саймон сразу заметил, что с его телом происходит что-то неладное. Дикий танец все нарастал, движения ускорялись с каждой секундой.  Саймон страшно испугался, но, к счастью, остался в сознании и начал пытаться остановить свои руки и ноги, вырвать их из адского плена, но никаких усилий на это не хватало. Тело больше не принадлежало ему. Еще несколько раз безуспешно попытавшись прекратить танцевать, Саймон отбросил эти попытки, и начал просто наблюдать за тем, что вытворяют его конечности. Он устал. Ему было куда легче смириться, чем бороться. Саймон закрыл глаза и постарался отвлечься, перенестись в другую реальность, но неожиданно вокруг заиграла громкая скрипучая музыка. Тело уловило мотив и начало двигаться не хаотично, а в такт мелодии. Саймон открыл глаза и завертел головой в разные стороны, пытаясь уловить, откуда идет музыка. Она шла отовсюду. Музыка играла везде, во всей пустыне. Громкая, неприятная, резкая. Она проникала до самых костей и заставляла Саймона жмуриться от боли в ушах. Инженер хотел даже закричать, но не смог этого сделать. В безмолвном ужасе он продолжал танцевать, пока все не оборвалось так же неожиданно, как и началось. Музыка прекратилась, руки и ноги успокоились и стали неподвижны. Саймон почувствовал облегчение и хотел бы присесть, но нет. Владение своим телом не вернулось к нему. Несколько минут было тихо. Саймон просто стоял, замерев в неуклюжей позе, пока слегка не дернулась его правая рука. “Вот черт, только не снова” – Подумал про себя Саймон, уставившись на свою конечность. За правой рукой дернулась левая, потом обе ноги, и вот его тело приняло нормальную позу, встав ровно, как по стойке смирно. “Что же это такое, что со мной происходит” – Говорил у себя в голове Саймон, желая упасть на колени и разрыдаться. Постояв с минуту, ноги легонько подпрыгнули на месте и быстрыми, нелепо-широкими шагами пошли в неизвестном направлении, руки при этом оставались неподвижными. “А вот это уже совсем не смешно! Как же мои вещи! Куда я иду!” – Со злостью и ужасом прорычал про себя Саймон, видя, как он удаляется от своего походного рюкзака, который до этого оставил на песке. Ноги шли так уверенно, что, казалось, они двигались по определенному заданному маршруту. Саймон устал удивляться и уже даже несколько равнодушно наблюдал за процессом. Он не чувствовал усталости от ходьбы, ведь попросту не чувствовал ног. “Может, они приведут меня туда, куда мне нужно, куда я и шел” – подумал он – “Так даже лучше, чем идти самому, не устаешь, вот только как же хочется пить…” – Саймон вспомнил про мучавшую его жажду и мысли о воде отвлекли его от самостоятельно идущих ног, пока он не почувствовал, что они остановились. “Мы куда-то пришли? Что здесь?”. Вокруг было жутко темно, яркая луна и россыпь звезд слабее, чем обычно освещали местность. Саймон пытался привыкнуть к темноте и выцепить взглядом хоть что-то, но он даже не видел “собственных” рук. Неожиданно впереди ярко засветился маленький огонек. Его свечение увеличивалось и разгоралось, все больше и больше освещая пространство вокруг себя. Став настолько большим и ярким, что инженер начал щуриться от света, огонек чудовищно быстро устремился вниз, в какую-то глубочайшую расщелину. Долетев до самого ее дна и разбившись о землю, он вспыхнул и полностью осветил собой  обрыв, на краю которого все это время стоял Саймон. “Так, так, так… Не нравится мне все это…” – Подумал инженер и, собрав все свои силы, попытался отойти от края. Тело не сдвинулось ни на миллиметр. Простояв неподвижно все время представления огонька, от попытки сдвинуться Саймоном, оно проснулось. Ноги поочередно потопали на месте, а руки, сложившись в замок, вытянулись и похрустели пальцами. Туловище наклонилось вперед, назад, вправо и влево. Тело как бы разминалось, потягивалось. “Почему ты разминаешься? К чему ты готовишься?” – Яростно думал про себя Саймон. К нему в голову закрадывались страшные подозрения по поводу зияющего перед ним обрыва. “Какого вообще хрена посреди пустыни делает эта расщелина?! И почему я стою на её краю?! И ПОЧЕМУ Я НЕ МОГУ НИЧЕГО СДЕЛАТЬ СО СВОИМ ГРЕБАННЫМ ТЕЛОМ?!!” – Саймон впал в лютую ярость. Его белки глаз наполнись кровью, а ноздри широко раздувались, как у бойцового быка. Он, не переставая, пытался отодвинуть себя от края обрыва. Тело перестало разминаться и теперь лишь в каком-то нетерпении переминалось с ноги на ногу и слегка покачивало руками, не обращая никакого внимания на усилия Саймона. Расщелина сияла ярким светом в темноте, было видно её глубокое дно и острые неотесанные края. Этот вид вынуждал Саймона паниковать. Невольно взгляд инженера выхватил на дне расщелины какое-то слабое движение. У него было хорошее зрение и из-за отличной освещенности всего пространства, приглядевшись, Саймон смог разглядеть, что на самом дне, из-под песка выкапывается какое-то человекоподобное существо. Оно светилось точно так же, как и огонек, который осветил  обрыв. Выбравшись, существо встало на середину расщелины и посмотрело наверх. У него были ярко выраженные ноги, руки, голова и туловище. Оно все светилось белым светом. Саймон усердно всматривался, пытаясь разглядеть все детали, а в этот же момент, существо как будто всматривалось в него. Светящийся силуэт расправил руки в объятиях и слегка пару раз качнул ими, как бы подзывая Саймона к себе. Тело инженера встрепенулось и сделало небольшой шаг к краю обрыва. Светящийся силуэт запрыгал и захлопал в ладоши, и еще шире расправил руки, в нетерпении покачиваясь на месте. “Не смей прыгать, не смей прыгать!” – Завопил про себя Саймон, отчаянно пытаясь отойти назад. Тело в нерешительности замялось, как бы обдумывая, что ему делать, после чего, сжав кулаки, оттолкнулось от края и прыгнуло вниз.



Кирилл Грабовский

Отредактировано: 17.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться