Горькая потеря

Размер шрифта: - +

Глава 15. Часть 2

Сердце подпрыгнуло и понеслось вскачь при мысли о том, что предлагал вампир. Странные чувства овладели Айрой в эти минуты. С одной стороны, ей было безумно страшно решиться на это, но с другой… Впервые в жизни она вдруг осознала, что хочет знать как это – быть кем-то другим, быть частью чьих-то воспоминаний потом, спустя много лет.

- Он единственный – этот способ?

- Если ты не хочешь, я могу рассказать словами, - Рамис отодвинулся, понимая ее смятение.

- Я очень хочу знать, - тихо проговорила она. – Просто…

- Ты боишься? – склонил вампир голову к плечу, обнажая в улыбке длинные белоснежные клыки.

Протянув руку, Айра коснулась его лица. Почему ее так тянет к нему? В чем причина столь неестественного чувства, которое практически порабощает ее? Уверенная в своей любви к Райсу, Айра отчетливо осознавала, что теперь в ее сердце появилось место еще для одного. Возможно ли такое? Нормально ли это – любить двоих? Странное чувство – любовь… Оно не спрашивает и не ищет причин для своего появления. Часто любовь поселяется в душе ни за что-то, а вопреки. Так случилось и с ней.

- Очень боюсь, - кивнула девушка, - но и отказаться не могу. Что происходит, Рамис?

Он подался вперед, в результате чего оказался так близко, что их дыхание смешалось.

- А ты не понимаешь?

- Совсем ничего, - прошептала она, изнемогая от дикого желания поцеловать его.

На короткое мгновение их губы встретились, что стало толчком к краю пропасти. Айра судорожно вдохнула, позволяя ему поцеловать себя. На этот раз поцелуй носил более агрессивные нотки, но это даже понравилось девушке. До него никто не целовал ее так. Оторвавшись от нее, Рамис еще раз тронул край рта девушки, а затем переместился чуть ниже.

Чувствуя его губы у себя на шее, Айра затаила дыхание. Сердце ухнуло последний раз где-то в горле и оборвалось, падая вниз. Прохладное колющее касание напомнило о клыках вампира, но это ощущение было даже приятным, как и едва ощутимая боль, последовавшая за ним. Тянущее чувство проникновения отозвалось болезненным стоном, прежде чем ее подхватила упругая волна чувств и эмоций…

 

…счастливая и босая, Она кружилась посреди залитого солнцем поля. Высокая сочно-зеленая трава приятно холодила ноги, изредка лаская кожу нежными касаниями лепестков небесно-синих васильков. Невероятное чувство покоя и неги разливалось по телу, стоило лишь взглянуть на Нее.

- Я хочу быть с тобой вечно! – кричала она в небо, раскинув руки. – Буду любить тебя вечно!

И кружилась, кружилась, кружилась… Широкая юбка, отделанная по краю подола выбитым черным кружевом, обвивала ноги, стесняя движение. Казалось, Она не замечала этого, продолжая веселиться. Мелькание продолжалось, пока ткань не взяла в плен ее окончательно, вынудив упасть на обласканную солнцем и теплом траву…

…подниматься же пришлось с грязной дороги в темном переулке. Подниматься с трудом, делая над собой нечеловеческое усилие, держась за холодные серые стены домов, а потом идти. С трудом переставляя не послушные истертые в кровь ноги, идти вглубь города, под защиту полуразрушенной громады старинного особняка. Только там был шанс спастись от всевидящих глаз Охотника, что шел след в след уже несколько часов. Погоня измотала и выжала уже все соки, но способность двигаться вперед сохранилась каким-то чудом. Она пока не была готова расстаться с жизнью вот так легко, а потому продолжала идти. Споткнувшись о большой камень, девушка упала. Кое-как приняв вертикальное положение, Айя оглянулась, убирая с лица прилипшие, мокрые от дождя, пряди волос. Она намеренно шла именно этой дорогой, потому что точно знала ход мыслей того, кто гнался за ней. Охотники привыкли, что хладные всегда шли в фамильный особняк основателя города, о котором ходили дурные истории. О том, что она не была вампиром, ее преследователю знать было совсем не обязательно, потому что только так она могла защитить того, кого любила больше своей жизни. С Ним Айя хотела прожить долгую жизнь на просторах Вечности, встречать и провожать закаты... Все почти случилось. Она была в полушаге от своей самой сокровенной и большой мечты, когда в городе началась облава на вампиров. Рискуя собой, любимый помог ей выбраться на крышу, получив при этом три метко пущенных пули. Рамис велел уходить в противоположную сторону, когда они спустились по пожарной лестнице на влажную дорогу. В воздухе висел удушливый аромат мокрой пыли и серебра, которое распыляли над городом Охотники.

Судорожно выдохнув, она поцеловала его на прощание, поклялась, что сделает все так, как он сказал, и ушла, напоследок сняв с любимого длинную черную мантию с широким капюшоном. К счастью, одурманенный серебряной пыльцой, Рамис не успел обратить внимание на то, как повисла плетью левая рука девушки. Намокшее под дождем темно-красное платье, скрыло расплывшееся под левой грудью липкое пятно… Айя сделала все, чтобы скрыть свое ранение. Ей оставалось выйти к особняку, что и сделала девушка, не таясь и почти не прячась среди теней ночного города. Все сложилось именно так, как она хотела. Сглаженную далекую фигуру в длинном одеянии заметил один из воспитанников проклятого Ордена, который вот уже полтора столетия не давал жизни таким, как Рамис. Айя ненавидела Охотников. Ненавидела так же сильно, как любила своего вампира, потому сознательно вела своего преследователя под крышу мрачного особняка, что взирал на мир пустыми глазницами выбитых окон.



Александра Кармазина

Отредактировано: 17.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться