Город сотни башен

Глава 3. Которая послужит очередным подтверждением тому, что многие приключения и злоключения можно найти в библиотеке

Салли двигался через ночные улицы быстрым шагом, иногда переходящим в бег. Город был многолюден даже ночью, город никогда не засыпал по-настоящему. Все основные маршруты были ярко  освещены. Студентам, даже не самым компанейским, вроде Салли, случалось ходить поздно ночью не раз и не два. Ночные улицы Эласа обычно были местом совсем не жутким.

Сегодня ночью город был даже более оживлен, чем обычно: снегопад вывел из строя некоторые серьезные механизмы, и какие-то части вечно движущегося города перестали двигаться как положено, и в результате некоторые площади не оказались там, где должны были оказаться к этому часу, и повсюду царили столпотворение, хаос и раздражение. Ремонтникам предстоял тяжелый день. Или неделя. Салли, проталкиваясь сквозь скопления народа, порадовался, что ему не нужно было покидать пределов своей шестерни Южной четверти Академии.

Причиной его спешки было очень странное ночное происшествие в комнате дормиториев. В поздний час вместо сна Салли сидел один, тщетно пытаясь разработать по задаче алгоритм вращения для водонагревательного механизма. Поначалу он даже решил, что переработал, и перед глазами пляшут значки. Или что он уснул прямо над записями. Потому что в другом конце комнаты, отделенной книжными шкафами, послышалось шуршание бумаг и что-то замельтешило. Салли подумал было, что вернулся Кти, который не появлялся уже пару дней подряд, что было совершенно на него не похоже. Салли привычно отклонился и посмотрел сквозь полки на другую половину комнаты, и тут-то замер.

Кти в комнате не было. Зато многочисленные записи с его стола плавно поднялись, тихонько покружились в хороводе и вдруг принялись крошиться на маленькие кусочки, а затем приземляться в камине.

Первое время Салли просто сидел, замерев. Он хотел заставить себя подойти поближе. Но, во-первых, подходить поближе  и трогать голыми руками то, что он не понимал, показалось ему неперспективным научным подходом. Во-вторых, если он не сошел с ума и не спал, то тут, очевидно, происходило какое-то волшебство, а вмешиваться в заклятия Салли не хотел – он читал, что происходило иногда с теми, кто пытался.

Спустя какое-то время он все-таки подал робкое «Эй!», но инстинкт самосохранения сделал свое дело: движение уже стихло, и нового не последовало, так что оклик запоздал. Тогда Салли кинулся к камину, попытался что-то выгрести, но слишком поздно.

Все это было, мягко говоря, совсем неуютно, и у Салли сдали нервы.

Несмотря на наличие в городе магов и общей традиции студенческих приколов, ни разу на памяти Салли в личных комнатах не происходило ничего примечательнее сурового похмелья или каких-то очевидных шуток. Более того, Кти не был магом. Кти за все время знакомства ни разу не проявил тенденции к чему-либо необычному, если не считать его нечеловеческое терпение и чудовищное занудство.

А теперь, значит, Кти сперва вел себя очень странно и жаловался на каких-то врагов. Потом он исчез, перестал появляться в комнате, что Салли списывал на работу. Но вот теперь это! Салли задался вопросом, после которого совпадения паранойя уже может перестать считаться паранойей и переходит в категорию главной рабочей гипотезы.

Дикарь в ту ночь ушел в очередной то ли загул, то ли ночной концерт; насчет Лиаха Салли не мог сказать точно, спал тот или отсутствовал. Он попробовал постучать по дубу, но ни к какому эффекту это не привело. Так что разделить всю гамму эмоций было не с кем. А хотелось.

«Спокойно!» - говорил себе Салли, натягивая куртку слегка трясущимися руками и не попадая в ботинки. – «Что бы сделал на моем месте авантюрный герой? Или Тишина с ним, с героем - что бы сделал на моем месте любой здравомыслящий человек? Он бы обратился за советом. Он позвал бы стражу. Так что я просто пойду и обращусь за помощью».

Всю дорогу до Сторожевой Башни Салли ждал и надеялся, что все это окажется просто  приколом. Никогда в жизни он так не жаждал оказаться паникером и болваном, над которым сыграли шутку. Это бы заткнуло разом всех кошек, скребущихся на душе.

Он надеялся, что кто-то покрутит пальцем у виска и скажет «Ты что, совсем? Давно известно, что в Эласе предметы двигаются и сжигаются сами по себе. Давно изученное явление. Иди еще пожалуйся страже на то, что снег падает!».

Но его никто не остановил. И это не успокаивало.

Впрочем, увидев живых нервных людей, Салли перестал ощущать себя один на один с какой-то чертовщиной из ночных кошмаров. Он был вместе со всеми перед лицом транспортной проблемы. Так что до места назначения он добрался с глазами почти нормального размера.  

Сторожевая башня, в отличие от многих других, высоких и ажурных, была приземистой и сугубо утилитарной. Она была построена в те времена, когда обжитая территория ограничивалась монастырско-университетской стеной. Сейчас эта граница между академическим кварталом и другими была весьма условной и символической, но охранная служба по традиции располагалась в башнях и в помещениях внутри толстой Старой Стены.

Салли выдохнул, мысленно напомнил себе, что у него действительно уважительная причина, по которой вполне можно было колотить в дверь среди ночи, и заколотил в дверь.

Дежурный стражник отворил с кислым видом и с кружкой в руках. В ответ на сумбурные объяснения Салли он без эмоций протянул «Что, еще один?», сказал подождать, а сам поднялся наверх. Через минуту он высунулся и жестом велел Салли пройти в верхнюю комнату.

Оказалось, что этим поздним часом Салли был не одинок в своих стремлениях. В верхнем помещении, рядом с угрожающе заваленным бумагами столом, уже сидели две девушки, маленькая светловолосая и повыше, с черными волосами.

- Ашри? – удивился Салли.

Ашри эмоции разделила, но не успела даже ничего сказать, как дверь отворилась, и в их помещение с какими-то кожаными папками в руках протиснулся Киаран Кордо. Глава безопасности собственной персоной? Ничего себе.