Городская Ромашка

Размер шрифта: - +

Глава 24

После сбора урожая традиционно наступает пора свадеб. Когда погреба полны душистых яблок и пузатых тыкв, а в бочке засолены огурцы, заквашена капуста – самое время для праздничного застолья! Вот и в Вестовом этой осенью сыграли три свадьбы, правда, уже не по теплу, а когда лес запестрел совсем, расцвел яркими красками – от багряно-красной до солнечно-золотой.

На свадьбах гуляли всем поселком, только Мирослав там появлялся редко – все в Родень ездил. Любима, Воярова жена, как-то пожаловалась соседкам, что сына редко видит, потому что не знает Мирослав уже, как и куда от городской девчонки спрятаться. Ромашка это услышала... Не поверила, конечно, да только стучалась время от времени настырная мысль: "А если правда?"

После того Ромашка старалась первой с Мирославом не заговаривать. На улице сталкивались, бывало, но девушка все торопилась убежать поскорее, делами отговориться, а когда Мирослав к Туру зашел – сидела-вышивала, лишь поздороваться голову подняла. А вот издали, когда знала, что не видит ее Мирослав – смотрела: как дрова рубит неподалеку от родного крыльца, как поздним вечером с охоты возвращается, как к старейшине вместе с отцом идет. Ромашке все больше казалось, что внимание ее Мирославу в тягость, словно навязывается она ему со своей любовью, специально на глаза лезет. Вот и не лезла, думала: захочет Мирослав – сам подойдет. И недоуменных взглядов Тура не замечала. А Тур все понять не мог, что ж это случилось, какая кошка пробежала между его сестрой названой и лучшим другом, что они, как с Долины Ручьев вернулись, едва ли парой слов за все время и перекинулись. А прошло уже больше месяца.

 

День выдался облачный, тихий. Тура мать отправила к дядьке в соседний поселок – гостинец отвезти племянничку, а тот и Димку с собой взял. Ромашку тоже звали, но она не поехала. Девушка уже давненько поглядывала на тропу, что, петляя, поднималась от поселка по горному склону. Она набрала в котомку пирожков и, надев поверх платья длинную шерстяную безрукавку, тетушкой Званой для нее связанную, вышла на улицу.

Вскоре домики Вестового остались позади, вокруг была желтеющая трава, поздние цветы да редкие кусты вперемешку с невысокими деревцами. Девушка запрокинула голову, оценила предстоящий путь, и, удовлетворенно хмыкнув, начала подъем.

Прошло чуть больше получаса, когда Ромашка, запыхавшаяся, но невероятно собой довольная, выбралась наверх. Девушка нашла удобный каменный выступ и присела на безопасном расстоянии от края. Перед ней расстилалась украшенная осенью долина: до самого горизонта, огибая холмы, укрывал землю пестрый лес, река отражала голубовато-серое небо и ловила скупые солнечные лучи. "Разве я когда-нибудь увидела бы все это, если б Мирослав не забрал меня из города? Разве у нас, в городе, было хоть что-нибудь подобное?" – думала Ромашка с восхищением и грустью. Она скучала по городу, даже несмотря на то, что хороших воспоминаний о нем у Ромашки осталось мало, а большинство тех, с кем эти воспоминания связаны, уже мертвы. "Как странно... Вроде и хорошо мне здесь, вроде и понимаю, что в город путь закрыт, а только хочется еще хоть раз пройтись по Кольцевой, кисточку в руки взять, присесть на подоконник"...

Тут Ромашка представила открывающийся из ее окна вид – два дома, стена, полоска неба над ней – и вздрогнула. Тюрьма, иначе и не скажешь! Нет, в город она не вернется, ни за что! И грустить о нем не станет. Ей и так есть над чем подумать, от чего вздыхать. "Странные же мы, люди, создания, – девушка невесело улыбнулась. – Вроде все у нас есть для счастья, а постоянно хочется чего-то большего, и уж обязательно несбыточного".

– Здравствуй, Ромашка.

От звука знакомого голоса стало вдруг жарко и закружилась голова. Девушка оглянулась не сразу.

– Здравствуй, – выдавила она и тут же отвела взгляд.

Мирослав подошел и сел рядом. Они оба молчали, глядя вперед, вдаль, но не друг на друга.

– Ромашка, ты меня избегаешь? – спросил Мирослав.

Девушка растерялась, не зная, что ответить. И промолчала, хотя остро ощущала – нельзя сейчас молчать. Иначе Мирослав просто встанет и уйдет, и тогда можно не ждать, что однажды он подойдет первым...

– Может, я тебя чем-то обидел? Так ты скажи.

Девушка качнула головой.

– Нет. Не обидел.

Мирослав повернулся и смотрел теперь прямо на нее. Этого взгляда Ромашка не выдержала, опустила лицо.

– Так что же случилось, Ромашка? Может, я все-таки сказал или сделал что-то не то, или просто...

Он замолчал, но ответа, судя по всему, еще ждал.

– Я не знаю, отчего так получилось, – пробормотала Ромашка. – Я не избегала... не нарочно... – она перевела дыхание, и, решившись, высказала: – я подумала, что и так чересчур тебе надоедаю.

Брови Мирослава приподнялись.

– И что же, интересно, привело тебя к подобным рассуждениям? – серьезно спросил он.

– Мне просто показалось... – прошептала девушка. О подслушанном разговоре она, конечно же, сказать не могла.

Мирослав улыбнулся, и улыбка его выражала одновременно и удивление, и облегчение.



Ольга Кай

Отредактировано: 17.02.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться